Но ничего такого не случилось. Сделав ещё пару размеренных движений, Дерек затих и покинул её тело, резко откатившись в сторону.

Рейчел хотелось бы, чтобы он, как и прошлой ночью, крепко обнял её и прижил к себе, но видимо ей стоит смириться с тем, что брачная ночь являлась чем-то особенным, а реальность не имеет с ней ничего общего.

Если сначала Дереку не нравилось, что их морское путешествие закончится в Портсмуте, откуда до Лондона ещё ехать и ехать, то к концу плавания он понял, что обстоятельства сложились просто идеально. Тем более это стало очевидно, когда он увидел выражение лица своей старшей сестры Вероники, леди Джордан, которая жила в Портсмуте и приняла их в своем огромном доме на Юнион-Стрит.

Вероника продемонстрировала невероятную выдержку, когда вместо того, чтобы лишиться чувств, взяла себя в руки и приветствовала новую маркизу достаточно тепло. И ничего, что эта самая маркиза вертела головой, рассматривая убранство дома, будто явилась не из более менее цивилизованной страны, а прямиком из индейской деревни. Зато она не заметила, какими взглядами обменялись брат и сестра.

— Что всё это означает, Дерек? — набросилась на него сестра, когда Рейчел была отправлена в сопровождении слуг наверх, отдохнуть и переодеться к обеду.

Дэр опустил голову. Ему было и смешно, и стыдно, но он решил прикрыться насмешкой.

— Я женился, — невозмутимо произнёс он.

— Это я поняла, — Вероника нервно сжала руки у груди, — но зачем? Зачем?!Где ты нашел её, и что теперь с этим делать?!

— Ты же понимаешь, сестрица, что я не мог не жениться на ней. — начал маркиз, не скрывая кривой усмешки. — Это было выше моих сил, и я счёл появление этой девчонки за проведение.

— Ты уже раскаиваешься? — поинтересовалась Вероника, успев немного остыть и хмуря брови.

— Нет. Однозначно нет, — мотнув головой, сказал Дерек. — Да и выбора у меня не было. Как я мог оставить её там? А вот что с этим теперь делать...

Вероника тем временем подошла к креслу и опустилась в него, положив руки на подлокотники. Она всегда была величественна, высокая, стройная, но с тех пор, как несколько лет назад овдовела, избавившись от нелюбимого мужа, расцвела и стала похожа на сказочную королеву. Она сама воспитывала сына, предпочитая царить в небольшом Портсунде, а не покорять Лондон, где бывала достаточно редко.

— Ты не можешь везти её в столицу, — наконец произнесла она.

Маркиз кивнул, соглашаясь со словами любимой родственницы.

— И я уже сто раз поблагодарил проведение, которое направило корабль сюда, а не в Дувр.

Сестра бросила на него пронзительный взгляд.

— Ты только представь какой фурор она произведёт в Лондоне, и как... Как её примут родственники.

— Даже думать не хочу, — рассмеявшись, отмахнулся Дэр, в душе понимая, как права Ронни.

— А зря, — Вероника снова подняла брови, — очень зря. У тебя три дочери. И это теперь их мать.

— Так сделай из неё леди, — будто только теперь поняв суть проблемы, заявил маркиз, заняв кресло напротив сестры и закинув ногу на ногу, — у тебя есть время до февраля. Думаю, его будет достаточно, и ты сможешь превратить дурнушку если и не в бриллиант чистой воды, то хотя бы в самоцвет.

— Порой твои манеры оставляют желать лучшего, братец, — недовольно произнесла Вероника, — но так как речь идёт о благе семьи, я готова взяться за дело. Главное, чтобы твоя жена тоже была согласна.

— Она согласится, Ронни. Она во всём старается мне угодить!

— Но я не смогу изменить её лицо!

— Главное, изменить её манеры. А с лицом я сам разберусь…

Ужин прошёл довольно гладко, что не могло не радовать маркиза.

И теперь, когда с трапезой было покончено, Дерек наблюдал за своей молодой женой, восторженно рассматривающей картины в гостиной, и закусил губы. Говорить с ней ему не хотелось, и он воспользовался тем, что она его не видела, увлеченная творением мастеров. Она ходила вдоль полотен, как в музее, и платье, что было на ней надето, совершенно неуместное в этом доме, волочилось за ней, как половая тряпка. Он понимал, что Рейчел — дочь простого коннозаводчика без роду и племени, но не понимал, как можно быть настолько... Простой. Как можно носить такие некрасивые совершенно не идущие ей вещи, и все эти оборки, что составляли её гардероб. Он женился на ней с открытыми глазами, но как сказала Вероника, с этим надо было что-то делать. Допускать её в лондонский свет нельзя. Тем более, что с ней будут проблемы в любом случае. Его, конечно, подвергнут допросам и насмешкам, но к этому он был готов. Главное, чтобы Рейчел не вышла в свет в том платье, что было на ней в день их свадьбы.

Что было хорошо в ней, так это темперамент. Ночами Дэр гасил свечи, чтобы не видеть её лицо, и представлял, что в его постели одна из тех пассий, что он использовал для удовлетворения своих сексуальных нужд. Шарлотта, которую он любил до умопомрачения, предпочитала спать в одиночестве, и к супружескому долгу относилась, как и положено леди — как к необходимости для рождения детей. Она была слишком утончена и хрупка для этой миссии, и маркиз давно привык разделять супружеский долг и свои естественные потребности. Одно время он содержал актриску, телом похожую на Рейчел, пухленькую, но очень страстную. Она не была ведущей актрисой и играла служанок, слишком простая для главных ролей, но его вполне устраивала. Вот и Рейчел. Можно было гасить свет и не видеть её лица, представляя, что в его постели по-прежнему Энн, которая полгода назад вышла замуж и уехала из Лондона куда-то в Шотландию…

С такой женой не нужна и любовница, с усмешкой подумал он. В Рейчел не было ничего утонченного. Она была проста, как Энн, и такая же страстная. Постепенно он понял, что желает её чуть ли не каждую ночь, и испугался, что привяжется к ней. Она готова была исполнять любые его капризы, не стеснялась в выражении эмоций и не была робка. Она не лежала, прикрываясь простыней, как Шарлотта, и не стеснялась проявлять инициативу. Подумав, Дэр пришел к выводу, что ему повезло. Но оставлять старые привычки он не собирался, и сразу по прибытию в Лондон намеревался поискать новую девушку, которая будет жить в домике Энн.

— Рейчел, дорогая, как вы смотрите на то, чтобы завтра отправиться со мной к местной модистке? — нарушила затянувшуюся тишину вошедшая в комнату Вероника.

Рейчел обернулась, и маркиз не смог не заметить, каким восторгом светятся её светлые глаза.

— Я право, не знаю, миледи… Если Дерек посчитает это нужным, — она посмотрела на него, как всегда ожидая какого-то знака одобрения.

Дэр кивнул, хотя сейчас меньше всего думал о внешнем виде свой молодой жены. Ему безумно хотелось остаться с Рейчел наедине и взять то, что она так охотно предлагала.

Заверив Веронику в том, что завтра она сможет заняться гардеробом его супруги, маркиз взял Рейчел за руку и повёл в отведённую им спальню.

По пути она продолжала крутить головой, рассматривая убранство особняка.

В спальне стоял полумрак.

Решив, что в услугах горничной его жена не нуждается, Дерек отпустил её и какое-то время наблюдал за тем, как Рейчел сидя на пуфике возле туалетного столика, проводит необходимые перед сном процедуры, стараясь справиться со шпильками, удерживающими на месте её густые волосы.

Рыжеватые, но такие мягкие и волнистые… Дэр изначально желал, чтобы они были более светлыми и прямыми, но сейчас ему просто хотелось к ним прикоснуться несмотря ни на что…

Преодолев разделяющие их шаги, он встал позади жены и осторожно намотал на палец шелковистый локон.

Рейчел издала едва слышный стон, нервно закусив губы.

Она была очень чувственной и отзывчивой. Даже такая незначительная ласка вызвала у неё ответный отклик.

Не понимая, что на него нашло, маркиз забрал из её рук расческу и, отложив в сторону, притянул к себе.

Платье, похожее на тряпку, его безумно раздражало, поэтому, не долго думая, он резко крутанул жену спиной к себе и рванул бледную ткань, так что она упала к ногам Рейчел бесформенной массой. Там же очень скоро оказался и корсет…