— Возможно, она почувствовала тошноту и вышла на улицу подышать свежим воздухом, — говорит Имоджен.

— Верно подмечено. — Виктория улетает прежде, чем я успеваю моргнуть. Мы втроём следуем за ней и через секунду-другую выходим из клуба.

— Я ее не вижу. — Виктория осматривает улицу.

Я делаю то же самое. — Вон она. — Она садится в такси неподалеку. Я срываюсь с места, Виктория дышит мне в затылок. Понятия не имею, что, чёрт возьми, происходит, но мне нужны ответы.

Дверь такси закрывается за секунду до того, как я подбегаю. Я бью рукой по окну, пугая Элизабет.

Я берусь за ручку. Она заперта. — Элизабет, открой дверь.

Стекло опускается. — Я не хотела портить тебе вечер. Мне плохо.

— Всё в порядке, — смягчаю я тон. — Выходи из такси. Я отвезу тебя домой.

— Я могу ее отвезти, — вмешивается Виктория.

— Нет, — резко отвечаю я. — Она моя невеста. Я её отвезу.

— Никто из вас меня не повезет! — крик совершенно не похожий на нее, и мы с Викторией затихаем. — Возвращайтесь в клуб. Спокойной ночи. Я буду в порядке, когда посплю.

— Пожалуйста, позволь мне пойти с тобой, — умоляет Виктория. — Ты моя сестра. Если тебе плохо, я хочу о тебе позаботиться.

— Вики, всё в порядке. Я сама справлюсь. Увидимся завтра. Николас позаботится о том, чтобы ты добралась домой без проблем, хорошо?

Я неохотно киваю. — Да. — Когда Элизабет закрывает окно, я делаю знак одному из телохранителей, который следовал за нами снаружи. — Следуй за такси. Убедись, что она благополучно доберется домой.

Он кивает и направляется к затемненному внедорожнику, припаркованному неподалеку.

Нахмурившись, я наблюдаю, как такси сворачивает за угол в конце улицы. За всё время, что я знаю Элизабет, я ни разу не слышал, чтобы она повышала голос. Не только на меня, но и на кого-либо ещё. Возможно, она сомневается насчет свадьбы. Если кто-то и знает, в этом ли причина её столь нетипичного поведения, так это Виктория.

— Элизабет сказала…?

Взрыв сбивает меня с ног. Боль взрывается в голове, ослепляющий взрыв агонии перехватывает дыхание. Звёзды танцуют перед глазами, пока я лежу, жадно хватая ртом воздух. Пронзительный звон эхом отдаётся в ушах. Время течёт кусками. Каким-то образом я поднимаюсь на ноги. Мир качается и кружится, и я хватаюсь за ближайший фонарный столб, чтобы не упасть.

— Николас, — Ксан хватает меня за плечо и трясёт. — Ты в порядке?

Я трогаю затылок. Пальцы краснеют. — Думаю, да. Что случилось?

— Не знаю. Что-то взорвалось.

— С Имоджен все в порядке?

— С ней всё в порядке. Мы были дальше, чем вы с Викторией.

— Боже, Виктория. — Она лежит лицом вниз на тротуаре, я отпускаю фонарный столб и, пошатываясь, иду к ней. — Виктория. — Я легонько трясу её, но она не реагирует. — Вызовите скорую.

— Уже сделано, — говорит Ксан. — Стивен этим занимается.

— Оставайся с ней. — Я качаюсь когда выпрямляюсь и спотыкаясь, спускаясь вниз. Улица, куда поехала машина Элизабет. Когда я поворачиваю за угол, в моей груди застывает щемящий ужас.

— Нет! Элизабет!

Я бросаюсь к пылающей машине, но жар огня сдерживает меня. Вдали слышен вой сирен, но он слишком далеко, чтобы спасти её.

Моя невеста умерла…

Второй взрыв подбрасывает меня в воздух. Время замедляется, оглушительный грохот второго взрыва заглушает все остальные звуки. На меня обрушиваются обломки, опаливая одежду, волосы, кожу. С тошнотворным стуком я снова падаю на землю. Сознание ускользает сквозь пальцы, словно песчинки, и я отрываюсь от реальности.

Затем мир становится черным, и остаётся только эхо моего сердцебиения и неистовое желание отомстить.