Ближе к вечеру мой экипаж прибыл на земли Соларис. Сквозь окно кареты я увидела семью, собравшихся у входа в замок. Свет заходящего солнца играл бликами на золотых шпилях башен. Глубоко вздохнув, я вышла из экипажа, готовая выслушивать нотации отца и насмешки сестры. Но к моему удивлению, я увидела улыбку на лице отца. Его глаза были полны тепла и радости, а руки широко раскрыты для объятий.- С прибытием, дорогая Лунария, - сказал он, обнимая меня. Я не понимала, что происходит, почему они не злятся. Всё вокруг казалось нереальным. - Мы рады видеть тебя. - неожиданно сказала мама. Даже Астрея, известная своей язвительностью, тепло улыбнулась мне и сказала:- Пойдём скорее к праздничному столу.Я молча последовала за семьей, чувствуя себя так, словно попала в параллельную вселенную. Уже войдя в просторную трапезную, я ахнула: огромный стол был уставлен моими любимыми блюдами - сладкие пироги, фрукты, медовые вина, ароматные десерты. Один из слуг, поклонившись, услужливо отодвинул стул и приглашающе произнес:- Госпожа, прошу вас.Это зрелище - вкупе с удивительной доброжелательностью родителей и сестры - сбивало с толку. Раньше такие ужины заканчивались скандалом. Я осторожно заняла своё место, подозрительно рассматривая блюда и родителей. - Эдмонд объяснил причину твоего визита. - сказал отец, неспешно отпив из бокала вина. Я почувствовала, как ладони покрылись испариной, а сердце бешено застучало в груди. Но отец продолжил спокойным голосом:- Он сказал, что сейчас на землях Эребуса небезопасно, поэтому решил отправить тебя сюда.Значит, никто не знает о настоящих мотивах моего отъезда. Меня захлестнула волна облегчения, и напряжение начало постепенно отпускать мышцы.- Какой он заботливый, - добавила мама, удовлетворённо улыбаясь. Эти слова помогли окончательно прийти в себя. То, что мой отъезд восприняли как заботу любимого, сделало ситуацию намного комфортнее. Внезапно мое отношение к Эдмонду претерпело небольшую трансформацию. Я вспомнила прошлое: его бесцеремонность, высокомерие, холодное равнодушие. Но сейчас, в свете этой новости, Эдмонд предстал в ином свете. Оказалось, что он смог скрыть мой позор, продемонстрировав неожиданную предусмотрительность и такт. Маленькая частичка моего сердца захотела признать, что в нем есть что-то хорошее. На мгновение ненависть отступила, растворившись в признательности за совершенный им поступок. Во время ужина Астрея буквально сидела на иголках, нервно ерзая на стуле и украдкой поглядывая на отца. Наконец, не выдержав, она обратилась к нему с просьбой:- Пап, можно мне сообщить новость Лунарии?Отец добродушно улыбнулся и одобрительно кивнул. - Я выхожу замуж за лорда Валентайна, - объявила Астрея, её глаза загорелись счастливым блеском. Новость мгновенно достигла моего сознания, вызвав шквал мыслей и эмоций. Этот титул принадлежал одному из влиятельных дворян земель Соларис, владеющему обширными владениями и активно участвующему в государственных делах отца. Род Валентайнов славился преданностью престолу и исключительным талантом к исцелению. Благодаря сильнейшим целителям в роду, семья пользовалась огромным уважением и влиянием среди аристократических кланов. - Поздравляю, сестра. - выдавила я. Конечно, я искренне радовалась её счастью. Но в глубине души, в самом дальнем уголке сердца, оставалась горькая память о предательстве. Астрея сообщила Эдмонду о существовании Серебряного побега, и это предательство сыграло решающую роль в наших разногласиях с ним. Сейчас, глядя на её сияющие глаза, я боролась сама собой, стараясь подавить обиду и сохранить внешнее спокойствие. Остальная часть вечера целиком перешла под управление Астреи. Стоит отдать ей должное - младшая сестра умела привлекать внимание окружающих. Отец и мать слушали её с интересом, периодически вставляя уместные замечания и советы. Я была вынуждена наблюдать за этим спектаклем со стороны, скрывая настоящие чувства и принимая участие лишь формально. - Я устала с дороги, пойду к себе. - сказала я, поднимаясь со стула. Родители кивнули, а сестра лишь слабо улыбнулась, увлечённая обсуждением деталей предстоящей свадьбы.Войдя в свои покои, я жадно втянула воздух, особый, неповторимый воздух родного дома. Присев на край широкой кровати, я поймала себя на мысли, что уже отвыкла от этой обстановки. Постель показалась слишком мягкой, ковры - излишне пушистыми, зеркала - кривыми и искажёнными. Чем дольше я находилась здесь, тем сильнее возрастало чувство одиночества и отстранённости. Дом перестал быть домом. Я поняла, что возвращаться в старую жизнь оказалось сложнее, чем уезжать из неё когда-то. Поднявшись с постели, я подошла к окну и посмотрела на сад, раскинувшийся внизу. Он всегда был местом отдыха и уединения, любимым уголком детства, и я чувствовала, как сильно соскучилась по нему. Здесь, в саду, проходили многие часы моей юности: чтение книг по магии, прогулки под звёздами, детские игры. Место хранило дорогие сердцу воспоминания, связанные с беззаботностью и свободой. Я пообещала себе насладиться красотами сада, вспомнить детство. Не успел я закончить свои размышления, как в дверь резко постучали. Оглянувшись, я увидела на пороге Астрею. Она уверенно вошла в покои и удобно устроилась в кресле.- Можем поговорить? - спросила она. - О чём? - ответила я, не поворачиваясь от окна.- Может быть, ты дашь мне совет как будущей невесте? - начала Астрея. - Есть один хороший совет. Не совать свой нос в чужие жизни. - сказала я, переведя взгляд на сестру. Астрея мгновенно покраснела, словно пойманная за шалостью. Ее глаза расширились, и она замолкла, растерянно моргая. - О чём ты говоришь? - тихо спросила она. - Я знаю, что ты рассказала Эдмонду о Серебряном побеге. - ответила я, всматриваясь в её лицо. Астрея съёжилась в кресле, её глаза лихорадочно забегали по сторонам, как будто искали выход или оправдание. Я увидела в ней маленькую девочку, склонную к необдуманным поступкам и неспособную оценить последствия своих действий. Видя её растерянность, я не спешила укорять или обвинять. Вместо этого я просто ждала, наблюдая за тем, как её щёки покрываются пятнами румянца, а руки начинают нервно теребить юбку платья.- Я жду твоего признания, сестра. Объясни, почему ты так поступила? - спросила я, заведя руки за спину. Астрея тяжело вздохнула, словно собираясь открыть самую большую тайну своей жизни.- Я завидовала тебе. Тому, как Эдмонд смотрит на тебя, восхищается тобой. Это было невыносимо. - сказала она. Я приподняла бровь, искренне удивлённая откровенностью Астреи. Зависть? Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться вслух. Ведь она знала, какими обстоятельствами обусловлен мой брак с Эдмондом. Не выдержав напряжения, я нервно хихикнула:- Это смешно. Завидовать мне? Ты же знаешь, при каких условиях состоялся наш брак. Астрея не выдержала моего презрительного тона. Вскочив с кресла, она стремительно выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью. Я осталась стоять, чувствуя, как последняя нить доверия между нами оборвалась окончательно.

Прошло уже несколько недель с тех пор, как я вернулась на родные земли. Замок, некогда тихий и уютный, превратился в гигантскую мастерскую подготовки к свадьбе Астреи. Повсюду царила суета: доставлялись букеты цветов, составлялись списки гостей, шли переговоры с музыкантами и поварами. Мать с отцом полностью погрузились в организацию празднования, словно забыли о моём существовании. С самого первого дня я чувствовала себя лишним элементом в этом радующемся процессе. Моя сестра, сияющая от счастья, меряла наряд за нарядом, рассуждала о цвете ленточек и форме пирогов. Я брела по коридорам замка, как тень, незамеченная никем. Часто скрывалась в библиотеке или в своей спальне, стараясь избежать общих сборов и многочисленных гостей. После того как я обвинила Астрею в предательстве, она всеми силами избегала моего общества. Встречи между нами ограничивались официальными случаями, преимущественно во время совместных трапез, когда отказаться от совместного пребывания было невозможно. Во время еды сестра сидела напротив, низко опустив голову, избегая моего взгляда. Щёки её нередко окрашивались легким румянцем, когда наши глаза случайно встречались. Она явно старалась изображать равнодушие, но напряжённая поза и быстрые взгляды в сторону говорили о внутреннем дискомфорте. Подобное поведение вызывало у меня смешанные чувства. С одной стороны, я испытывала облегчение, что мне не приходится ежедневно терпеть присутствие сестры, чей поступок повлиял на мою жизнь. С другой стороны, в душе росло чувство одиночества и неудовлетворённости: когда-то мы были близки, а теперь расстояние между нами выросло настолько, что преодолеть его казалось невозможным.Тихим вечером я сидела в своих покоях, погружённая в изучение старинной книги о магии. Горящие свечи едва освещали страницы, мягкие языки пламени танцевали, отбрасывая тени на стены. Погрузившись в чтение, я не обратила внимания на тихий стук в дверь. Внезапно дверь приоткрылась, и на пороге появился Эдмонд. На секунду я подумала, что это мираж, плод моего воспалённого воображения. Но его чёткий силуэт, подсвеченный колеблющимся свечным светом, подтвердил, что он реально стоит передо мной.- Добрый вечер, Лунария, - произнёс он с лёгкой улыбкой, словно ничего не произошло. Ошеломлённая его появлением, я медленно поднялась из-за стола. - Что ты здесь делаешь? - спросила я. - Разве так встречают мужа? - недовольно проговорил он, обходя комнату. - Здравствуй, Эдмонд, - равнодушно ответила я, внутренне сжимая кулаки. Он остановился у окна, будто рассматривая пейзажи снаружи.- Получил приглашение и приехал на свадьбу твоей сестры, - сказал он, не глядя на меня. На мгновение, на одну безумную секунду, я поймала себя на мысли, что он приехал сюда не ради свадьбы сестры, а ради меня. Может быть, он скучал, может, сожалел о расставании, может, пришел вернуть наши отношения? Но едва эта мысль мелькнула, я быстро погасила её, осознавая, что это лишь иллюзия, порождённая моими собственными желаниями. Неожиданно Эдмонд приблизился ко мне, высокий и сильный, словно гора. Он осторожно взял меня за подбородок, вынуждая взглянуть ему в глаза. - Ты сожалеешь о своих поступках? - тихо спросил он, и в его голосе звучала едва различимая надежда. Я знала, что должна чувствовать сожаление, ведь мои действия разрушили наши отношения и привели к множеству неприятностей. Но я не хотела показывать ему свою слабость, не хотела признавать поражение.- Нет, я делала всё правильно, - твердо ответила я. В глазах Эдмонда мелькнуло разочарование, и он отстранился. - Я попросил для себя отдельные покои, чтобы не беспокоить тебя, - сказал он. Я почувствовала, как волна злобы вновь охватывает меня. Ведь это было то, чего я не хотела: его удаление, его решение снова отгородиться стеной. - Очень благородно с твоей стороны, - ответила я с сухим сарказмом. Эдмонд помрачнел, поняв, что мои слова содержат больше, чем кажется на первый взгляд. Он уже приложил руку к дверной ручке, готовясь выйти, но внезапно замер на пороге, словно взвешивая свои слова.- Или ты хочешь, чтобы я остался с тобой? - неожиданно спросил он. Сердце моё заколотилось быстрее, крича: «Да!» Но я не могла позволить себе такую слабость. Раскрыть свои чувства означало проигрыш, потерю достоинства и возможности повлиять на ситуацию.- Нет, доброй ночи, - ответила я, холодно и равнодушно, пряча взгляд, чтобы не выдать своей внутренней борьбы. Эдмонд ничего не ответил, тихо вышел из покоев и мягко прикрыл за собой дверь. Оставшись одна, я опустилась на подоконник, сжимая подол платья в руках. Теперь, когда он ушёл, я осознавала, как глубоко и остро ощущаю его отсутствие. Когда ночь опустилась на замок, я никак не могла обрести покой. Воображение рисовало картины, как Эдмонд ходит где-то рядом, спит в нескольких шагах от меня. Внутри меня зрело неудержимое желание быть ближе к нему. Легкий стук в дверь прервал мои размышления. В покои вошла молодая служанка, низко поклонившись. - Госпожа Лунария, я принесла вам масла для ванны, - произнесла она. - Спасибо, поставь туда, - указала я на мраморный столик около ванной. Служанка выполнила приказание и уже собралась выходить, но я остановила её. - Скажи, ты знаешь, в каких покоях остановился господин Эдмонд? - спросила я. - Да, госпожа. Он остановился через две комнаты от вас. - ответила она, улыбнувшись. Когда служанка покинула покои, я осталась стоять, не в силах расстаться с этим знанием. Преодолевая внутреннее сопротивление, я надела лёгкое платье цвета морской волны. Оно струилось по фигуре, приятно облегая бедра и плечи. Сердце билось чаще, когда я осторожно направлялась к покоям Эдмонда. Приближаясь к двери его комнаты, я ощутила жар, пробегающий по спине. Захотелось остановиться, но желание увидеть его снова, хоть краем глаза, было сильнее страха. Я остановилась перед дверью, прислушиваясь к звукам за ней. Тишина царила в комнате, и я надеялась, что Эдмонд уже спит. Мне не нужно было разговаривать с ним, лишь убедиться, что он здесь. Осторожно приоткрыв дверь, я заглянула внутрь. Комната была погружена в полумрак, но сквозь открытые ставни проникал серебристый свет луны, освещая фигуру Эдмонда, лежащего на огромной кровати. Его лицо казалось спокойным, дыхание ровным, он действительно спал. Я осторожно вошла в комнату и приблизилась к нему, едва дыша. Тишина была абсолютной, и я могла слышать собственное сердце, бьющееся в груди, словно молот. Нежность и тоска, переполнявшие меня, привели к тому, что я протянула руку и осторожно коснулась его тёмных волос. Но в тот же миг Эдмонд неожиданно схватил мою руку и притянул меня к себе, повалив на кровать. Я замерла, чувствуя, как его сильные руки держат меня, как аромат его кожи проникает в легкие. - Я знал, что ты скучала по мне, - пробормотал он, обнимая меня крепче.- Я не... - начала я, пытаясь опровергнуть его предположение, но он пресёк мои слова.- Молчи, - приказал он, зарываясь лицом в мои волосы. В этот момент я поняла, что сопротивляться бесполезно. Всё моё тело кричало о желании быть рядом с ним, ощутить его прикосновения. Мысли путались, и я позволила ему держать меня, позволяя телу наслаждаться близостью, которую так долго жаждала.