— Делай что хочешь, только не вмешивай меня в свои делишки, — фыркнула она, кинулась к сундуку и взяла какие-то вещи.

— Ты ничего в этом не понимаешь и не накручивай себя!

Герда вылетела из комнаты, громко хлопнув дверью.

Я присела на кровать. Мое настроение испортилось. Я была так рада, что отец отправил ее со мной. Так в незнакомом краю я буду не одна. С самого начала, прибыв сюда, я должна была позаботиться о ней, найти подходящее занятие. Теперь она будет точить на меня зуб или, еще хуже, задумает убежать домой.

Немного отдохнув, я взяла корзину и решила, что не стану расстраиваться и пойду доделаю свое дело. Почему-то вечером я всегда себя лучше чувствую, когда собираюсь заниматься магическими делами. Из дворца я постаралась выйти незаметно, чтобы Герда меня не увидела. Вручила Драгфину свою корзинку и сумку.

Мы с удовольствием прогулялись с ним до храма. Стояла темная ночь, вечер был прохладным и воздух пах морской тиной. Хотя воин был не сильно разговорчивым и явно не любил рассказывать о себе, зато с ним я чувствовала себя спокойно и в какой-то мере уже начала доверять ему.

— Женщины из твоей семьи наверняка тоже ходят в этот храм? — спросила я его, если буду появляться часто в женском храме, наверняка столкнусь с его мамой или сестрами.

— Меня вырастила бабушка. Мать я едва знал, она погибла с отцом в бою. Моя мать была девой щита на службе у твоего деда, — воин рассказал это так холодно, что мне показалось, у него нет чувств к родным, видимо, он не скучал по ним и не скорбел.

— Жди меня тут, — сказала ему возле входа в храм.

Когда я вошла внутрь, меня снова охватило приятное волнение и стало немного жутко. Никого не было, и это интересно, поскольку в храме должна находиться хоть одна прислужница. С другой стороны, я была рада, что мне никто не помешает. Поэтому сразу приступила к ритуалу.

Немного постояла и посмотрела в лицо богини, словно спросила разрешения, и расставила у ее ног свои дары: молоко в кувшине, травы в чаше с печеньем и липовым медом. На шею богине я повесила мамины бусы. В руки поставила маленькую игрушечную статуэтку кошечки.

— О солнечная богиня любви и магии Ванадис. Прошу тебя принять мое подношение и клятву верности. Свой первый договор верно служить верховной богине Фригг, которого не приносила, я разрываю. Свою первую клятву верности я скрепляю кровью перед тобой, богиня, и прошу тебя принять меня в свои прислужницы, — подойдя ближе, я достала из сумки клинок и разрезала себе ладонь, не отрывая взгляда от лица богини. Капли крови полились в кувшин с молоком и окрасили его в алый цвет. Положив кинжал перед статуей богини, я достала из кармана красный платок и перевязала им рану.

Я облегчено выдохнула и почувствовала удовлетворение и радость в своей душе. Словно с меня слетели тяжелые оковы прошлого. Тут внезапно магический свет моего талисмана потух. Испугавшись, дрожащими руками я сняла его с себя. На моих глазах на талисмане пропали все магические круги света, кроме одного последнего бледного, наследственного дара полубессмертия.

Я чуть не разревелась. Получается, что все магические задания, которые я проходила, были напрасными, даже те, что давала мне Унн. Для меня это означало только одно. Я начинаю свой магический путь с самого начала. И, наверное, солнечная богиня приняла меня в свои прислужницы. Со слезами я покинула храм.

То, что потух талисман, меня расстроило. Ведь я не знала, что это случится. Хотя это было вполне логично.

Я разорвала клятву с прежней богиней.

Во дворец я шла в своих мыслях. Драгфин понял, что я расстроена. Воин посматривал на меня, но не стал лезть в душу. Вернулась домой грустная. Навстречу мне вышла тетя, она всегда ложилась спать последней, когда убедиться, что все домашние на месте и дела на завтра подготовлены.

Она закрыла двери, поблагодарив воина за службу:

— Спасибо, Драгфин, покойной ночи!

Я же была в своих мыслях и забыла сказать ему «до завтра».

Тетя подвела меня к очагу, напоила теплым молоком и накормила булками.

— Ты была в храме, как сказала Герда?

— Да, а что? Неужели и ты против того, что я сделал приношение солнечной богине, — присела я у очага, пытаясь согреться. Меня еще трясло от случившегося.

— Да с чего бы мне быть против, она покровительница Вайерланда, — тетина улыбка согревала своим теплом, на душе становилось спокойнее.

— Она была маминой, и мне важно служить ей.

— Что случилось между тобой и Гердой, она расстроилась? — тетя тяжело вздохнула. Конечно, мы жили в ее доме, и она хотела, чтобы все было мирно и спокойно.

— Все дело в том, что мне не стоило посвящать ее в свои личные дела, касающиеся магии. Она много чего не понимает и не хочет слушать меня, когда я пытаюсь ей все объяснить.

— Но ты уверена, что этой Амелинде можно доверять? Все-таки она ведьма. Твоему дяде не сильно нравится, что ты постоянно бегаешь к ней. Не дай боги она тебе что-то насоветует…

— Она помогает мне стать чародейкой, какой была мама. Что плохого она может мне сделать? — развела я руками, не понимая, при чем тут Амелинда, если это Герда отказывается принимать все как есть.

— Будь осторожна с этой магией и ведьмой, это все, что я прошу, — тетя положила руку мне на плечо и искренне добро посмотрела в глаза.

— Конечно, я постараюсь!

— Вот, я нашла ключ от старого дома, что достался тебе в наследство. Сходи как-нибудь туда и реши, нужен он тебе или нет. Можно этот кусок земли продать, если тебе не понравится, — тетя вложила мне в руку кожаный мешочек.

— Спасибо, завтра схожу.

— Спокойной ночи, моя девочка!

Я кивнула, поцеловала тетю и пошла к себе. Сегодня я долго не могла уснуть. Не стала зажигать лампадку и открыла ставни. Вскоре в округе стало тихо, площадь опустела. Вдали слышался шум прибоя. Я чувствовала себя в этом краю очень хорошо. Мне нравился воздух и то, что тут чаще тепло, чем у нас на крайнем севере.

Уснула я под утро, когда за маленьким окошком начало светать. Обычно странные сны приходили ко мне по вечерам, стоило только прикрыть глаза. Однако этот приснился под утро. Я четко чувствовала, как стою в узком длинном проходе знатного дворца. Каменные гладкие стены и красная дорожка — это все, что я видела. Я пошла по этой дорожке вперед и ступила в небольшой зал, украшенный разными шкурами, гобеленами, пол тоже был весь в домотканых красных дорожках. В зале было много рыжих кошек. Они мурчали и терлись о мои ноги.

Я почувствовала, что в зале я не одна. Подняв глаза, я увидела богиню и замерла от ледяного чувства страха. Однако ничего плохого она мне не хотела сделать. Я чувствовала, как от рыжеволосой огненной богини с огромным янтарным ожерельем на груди исходило такое тепло, словно тебя согревало солнце. А ее глаза темно-коричневого цвета, как лесной орех, были самыми добрыми, что я когда-либо встречала.

Богиня улыбнулась уголками рта и протянула мне правую руку, усыпанную украшениями и всякими браслетами. Один же перстень на ее указательном пальце все же отличался от других. Он был серебряным, с крупным фиолетовым камнем, который светился красноватой магией.

Во сне я четко понимала, что от меня сейчас требовалось. Я подошла к богине на один шаг и поцеловала этот камень. В то же мгновение я почувствовала, что в меня вселилась какая-то доселе неизвестная сила. Словно магия этого кольца дала магические силы или же впиталась в меня.

Внезапно теплая волна словно вышибла из сна, как будто меня выбросило из этого зала. Я резко вскочила на кровати и посмотрела на свой талисман. Его магическое свечение вернулось. Только теперь это был не слабый золотисто-оранжевый магический свет, а красно-золотистый с розовым оттенком. Я поняла, что богиня Ванадис меня приняла и теперь я служу только ей.

Я переживала за впечатлительную и ранимую подругу и попросила Драгфина за небольшую оплату кого-нибудь из его воинов следить за ней. Не дай боги что-то с ней случится, мне перед отцом отвечать.