Эх, зря оставила телефон в комнате. А то бы засняла невероятные пейзажи.

Выпив горячего кофе перед поездкой, отстаиваю очередь на подъемник и, наконец, сажусь в него. Едва опускаю свою попу на лавку, так тут же об этом жалею. Зря решила подняться.

Скользская ткань на попе не дает нормально сидеть, так и норовит сползти вниз вместе со мной. Что в итоге и происходит.

Свалившись в сугроб, я в шоке озираюсь по сторонам, но, кажется, никто не заметил моего падения.

Вот же гадство!

— Люди! — машу руками, кричу, но толку ноль. На меня никто не обращает внимания.

Увязнув в снегу, пытаюсь выбраться, но какое там… Сугроб оказывается слишком глубоким.

Обессилев, падаю на спину и смотрю на небо. Начинает смеркаться. Скоро появятся звезды.

Объезжая места, где могла находиться Елкина без устали осматриваюсь по сторонам.

Ну же, хорошая моя, появись. Хватит от меня прятаться.

Я хочу тебя спасти.

Но все мои мольбы остаются без ответа. Елкиной как не было, так и нет.

Едва я вернулся в коттедж после встречи с Егором, Леха рассказал мне про ссору Маши и Леркой и посетовал, что Елкина оставила в доме телефон. Кое-как разобравшись во сколько девушка покинула коттедж, я начал размышлять куда она могла податься и предположение становились одно хуже другого.

Золотарева оказалась полной козой.

Она заявила, будто с Машей все в порядке. Елкина не даст себя в обиду и никогда не рискует. Она никогда не доставляет проблем.

После этих слов я заржал ей прямо в лицо, связался с Крапивиным и как итог сижу на снегокате и объезжаю пустынные белоснежные поля, пока Егор с товарищем рыскает по камерам в поисках Маши.

Лерка с Тихим и всем остальным отрядом собирались вечером уехать в город. Видите ли, у них там сегодня концерт.

На улице медленно начинает смеркаться и у меня остается не так много времени на поиски, когда вдруг оживает телефон.

— Слушаю, — произношу принимая вызов через наушник.

— Тоха! Я ее нашел! — звучит долгожданное от Крапивина. — Слушай внимательно, — говорит друг и я подаюсь весь в слух.

Едва договариваю, как срываюсь с места и мчу по заданным координатам. Сердце с бешеной скоростью гонит по венам горячую кровь.

— Маша! Жива? — первое, что спрашиваю, заглушив двигатель и приблизившись к девушке максимально близко, как только могу.

Молюсь, чтобы наст выдержал и я вместе с техникой не провалился. Если это случится, то будет полный провал.

Я уже отчаялся ее найти, когда заметил яркую куртку на белом фоне и поспешил сюда.

Мне дико повезло, что Маша до сих пор в сознании. С момента ее пропажи прошло прилично времени и я даже боюсь представить как долго она здесь лежит.

— Жива, — отвечает мне еле слышно и при звуке ее голоса я испытываю неимоверное облегчение.

Самое главное, она жива. С остальным разберемся по факту.

Маша пытается пошевелить конечностями, но столь простое действие у нее выходит не очень. Даже говорить ей удается с трудом, слабый голос дрожит.

Судя по осипшему голосу, она очень сильно замерзла и поэтому у меня осталось не так много времени, чтобы ее спасти. Нужно срочно ее отогреть!

Но на улице уже практически ночь, у меня топливо на нуле, далеко мы с ней не уедем.

Добраться б до коттеджа. Будет счастье, если мы успеем до отъезда парней.

— Ко мне подобраться сможешь? — уточняю оценивая обстановку.

Спускаться со снегоката не самый лучший вариант, я тяжелый и моментально увязну в сугробе. Маша легкая, у нее есть шансы ко мне подползти.

— Попробую, — говорит пытаясь перевернуться. Смотрю на нее и мысленно пытаюсь придать сил.

Но как она не пытается, ничего у нее не выходит. Лишь зря расходует свои силы.

Думай, Попов. Ду-май!

Голова тебе для этого дана.

Если я поеду на базу за снаряжением, то до темноты не успею вернуться. Останется ли Маша к тому времени в сознании тоже довольно тяжелый вопрос.

Бросать девушку одну посреди снежной пустыни недопустимо, а значит, я должен ее вызволить. Во чтобы то ни стало.

Абстрагируясь от внешних раздражителей, лихорадочно думаю как же нам быть. А затем вспоминаю про настояние Крапивина и достаю прихваченную в последний момент веревку.

Разматываю, оцениваю расстояние.

Бинго! У нас появился шанс!

— Попытайся поймать конец, — прошу Машу раскручивая веревку как лассо.

— Постараюсь, — обещает.

— Лови! — произношу на выдохе в момент броска.

С третьей попытки у нас получается и Маша ловит веревку. Ухватывается за конец, радостно вскрикивает и под моим чутким руководством оборачивает ее вокруг себя таким образом, чтобы петля не соскочила при движении.

— Готова? — спрашиваю костеря себя на чем свет стоит из-за того, что не взял снегоходы. На них я хотя бы смог подойти ближе к Елкиной и смог бы помочь.

Машка, блин. Ходячее недоразумение! Это ж нужно уметь сверхспособность вляпываться в нелепые ситуации!

Ведь по-любому, она оказалась здесь в следствие одной из них. Специально так не попадешь, как ни старайся.

Елкина феномен, а не человек.

— Д-да, — отвечает сипло.

Ее голос проходит наждачкой по натянутым нервам, внутри подгорает. Я должен вытащить ее как можно скорее.

— Натяни на лицо шарф и после того, как я скажу “три”, сделай глубокий вдох, — выдаю наставление. — Поняла?

— Да, — кивает.

Бережно и аккуратно вытягиваю Машу. Едва она достигает расстояния вытянутой руки, как я хватаю ее и тащу на себя. Девушка не сопротивляется.

— Цела? Все в порядке? Руки-ноги чувствуешь? — засыпаю ее вопросами, а сам параллельно осматриваю и оцениваю состояние.

Машке звездец как повезло.

— Выпей чай, — протягиваю ей кружку и наливаю из термоса теплый напиток. Ничего более горячего у меня с собой нет.

— С-спасибо, — шепчет делая глоток. Морщится. — Горячо.

— Тебе с холода так кажется, — поясняю. — Пей. Я подожду.

Маша делает еще несколько глотков, затем я убираю стаканчик и, закутав ее в одеяло, трогаю с места. Мчу к дому так быстро, как только могу.

Мне наконец-то тепло. По телу прокатывается приятная слабость, я согрета и хочу спать. Лихое приключение осталось позади и теперь мне ничего не угрожает, можно расслабиться и побалдеть.

Забравшись с ногами под теплое одеяло, лежу на кровати, пью ароматный травяной чай и наслаждаюсь царящей в доме тишиной. Оказывается за эти несколько дней я успела устать от постоянного шума и присутствия в ограниченном пространстве большого количества людей.

— Так как ты меня нашел? — интересуюсь у своего спасителя. — Как понял, что нужен мне? — поворачиваюсь и смотрю ему прямо в глаз.

Антон сидит рядом со мной на кровати, но в отличие от меня, он не закутан в теплое одеяло. И пьет не чай.

— Глупо было не понять, — хмыкает лукаво щурясь. — У меня на тебя радар настроен, вот и нашел. Знал где искать.

Слушаю его, а у самой губы растягиваются в счастливой улыбке. Прячу ее за кружкой, делаю очередной глоток чая, с наслаждением чувствуя как по телу ползет тепло.

— А если серьезно, — продолжаю интересоваться. — Ни Лерка, ни кто-либо другой не сочли нужным остаться, — озвучиваю печальный факт.

Дом пустой, все наши уехали в город на концерт. Никто из них не обеспокоился ни моим долгим отсутствием, ни поисками. И если офицерам до меня нет никакого дела, то поведение Лерки меня очень сильно расстроило.

Я ведь могла погибнуть в лесу! Едва не окоченела от холода!

Когда сошла лавина и я считала, будто моя подруга погребена под снегом, то готова была руками этот снег рыть, лишь бы спасти ее, а сейчас… Я дико разочарована.

Страшно подумать каким был мой исход, если бы не Антон.

Может он не настолько плохой человек? Ни разу не сделал мне что-то плохое, всегда выручает. Вон, даже жизнь спас.