Воспользовавшись моментом и игнорируя собственное переохлаждение, любуюсь красоткой. Если бы не обстоятельства, то сел с ней рядом и, пожалуй, тоже вздремнул.

Но вот только она слишком долго находится здесь и может сильно замёрзнуть, а потом заболеет. Я уже не говорю о пропуске праздника, к которому готовились целый день.

На улице лёгкий минус, снова начал падать густой пушистый снег. Красота, да и только. Дежурным сегодняшней ночью несказанно повезло, из-за низкой облачности и густого снега, враг не сможет помешать нормально встретить Новый год.

Но наше небо под контролем, я точно знаю. Парни у Крапивина что надо, мы сегодня имели возможность каждого заценить.

— Красавица, просыпайся, — говорю склонившись над Машей и бережно трогаю девушку за плечо. — Пора вставать, замерзнешь.

Она ведет плечом, бурчит под нос нечто нечленораздельное, нехотя открывает глаза и хмурится, пытается словить фокус. Каждое движение слишком медленное, расслабленное и дается с трудом. Видимо, из-за долгого сидения в одном положении затекли мышцы.

Наконец Маша поднимает веки вверх, видит меня и резко отшатывается. Глаза по пять копеек, на лице полный шок.

Она ведет себя крайне интересно и меня даже забавляет ее шарахание, словно перед ней стоит не человек, а как минимум волк. Будто мы не целовались с жаром обнимая друг друга меньше суток назад, не столкнулись обнаженные при выходе из душа…

— Воу-воу, потише, — поднимаю вверх руки отчетливо понимая как сильно они замерзли. Мне срочно нужно отправиться в дом и заняться собой, отогреть конечности и согреться изнутри, конечно, если я не собираюсь провести отпуск на больничной койке с пневмонией.

В голове мелькает сразу несколько отличных вариантов для достижения максимально быстрого эффекта и Маша пришлась бы как нельзя кстати, но я не разрешаю себе думать в эту сторону. С Елкиной нельзя так поступать.

— Я тебя не съем, — обещаю, а сам тем временем не свожу с девушки плотоядный взгляд.

Уж больно она хороша собой. Естественна, аппетитна. Меня штормит стоит лишь допустить мысль, что я никогда ее не коснусь.

Сама того не подозревая, Машка сводит меня с ума и чем больше мы проводим времени вместе, тем сильнее становятся мои чувства. Я словно сопливый юнец, ни на кого больше смотреть не могу.

— Только откусишь? — фыркает достаточно быстро беря себя в руки и робко улыбается.

Этот ее взгляд из-под пушистых ресниц…

Прямое попадание в сердце.

— Покусаю, — произношу совершенно серьезно.

Маша понимает ход моих мыслей и краснеет.

Я не свожу с нее глаз.

Перед глазами мелькают самые горячие картинки нашего возможного и вместе с тем запретного будущего. Я бы с удовольствием привел свои фантазии в жизнь, но ведь с Машей нельзя так поступать. Она девушка свободная, чистая, в чем-то даже наивная, далекая от действия устава и порой наитупейших команд.

В реальной жизни отношения с военным не такие романтичные, как описываются в книгах или показывают в сериалах. У нас есть устав, приказ и мы четко должны их соблюдать.

Гражданские девушки, далекие от правил и знаний жизни гарнизона, быстро ломаются. Я не хочу быть тем, кто испортит красавице жизнь.

— Не надо кусать, — говорит делая попытку подняться с качелей, но из-за особенностей конструкции у нее не удается встать твердо на ноги, как под колени прилетает сиденье и Маша тут же оказывается в кольце моих рук.

Прижимая девушку к себе, четко считываю реакции ее тела на мои прикосновения и в груди разгорается опасное пламя. Еще немного и башню снова сорвет.

— Аккуратнее, — предупреждаю удерживая ее крепче, чем позволяют правила приличия.

— С кем именно? — она вопросительно вздергивает бровь.

Ее голубые глаза пленят меня сильнее любого магнита, отключают голос разума, манят.

Опускаю взгляд на желанные губы и тяжело сглатываю. Нет. Нам нельзя.

— Вы решили встретить Новый год в качестве снеговиков? — с крыльца дома раздается веселый голос Тихомирова и резко вырывает меня из морока.

Убедившись, что Маша может ровно стоять, расжимаю объятия и увеличиваю расстояние между нами. Мне тут же становится холодно, хочется снова обнять ее и почувствовать столь желанное тепло.

Маша зябко ежится. Я продолжаю стоять на месте.

Так будет лучше. Для всех.

— Давайте шустрее! — продолжает Тихий. — Мы уже садимся за стол.

— Уже идем, — отзывается Маша не сводя с меня внимательный взгляд.

Леха уходит, а мы не спешим двигаться с места. Елкина смотрит на меня своими голубыми озерами, я не могу оторвать от нее глаз.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — спрашивает прямо.

Я удивляюсь и напрягаю память. Мало ли, вдргу что-то пообещал.

— Что именно? — интересуюсь пытаясь понять ход ее мыслей, но они неподвластны моей логике. — Я тебе что-то должен?

— Да, — уверенно кивает, чем еще сильнее удивляет меня.

— Напомнишь? — прошу, прекрасно понимая, что сам не догоню о чем речь.

Женщины же народ непресказуемый. Сама придумала, сама обиделась и в этом они все.

Маша хитро улыбается, щурит глаза и выдает совершенно серьезно.

— Ты мне задолжал извинение.

— Да ладно? — охнеревая произношу. — Когда и за что? Может быть, наоборот? Насколько мне помнится, я тебе больно не делал и покалечить не спешил.

— Нечего было распускать руки, — парирует ловко.

— Ты первая начала, — бросаю в ответ.

Маша, кажется, оскорбляется от моего напоминания и смущается.

— Правда? — шепчет стремительно бледнея. Отступает назад. — Прости… Я думала все было иначе… Блин, — прячет лицо в ладонях и качает головой. — Как же глупо… Прости, пожалуйста, — отступает назад, движется к дому. — Я лучше пойду.

Разворачивается и тут же срывается на бег.

Смотрю вслед быстро удаляющейся девушки находясь в полном раздрае. Какая же она все-таки живая… Обалдеть!

Пытаюсь представить ее с другим, а у самого сердце в тисках сжимает. Нет. Нельзя Машку отдавать. Она должна быть моей.

Елкина заскакивает в дом, к ней тут же подходит Рязанцев и помогает с комбинезоном, она что-то ему отвечает, а у меня в груди начинает все сильнее гореть.

Все-таки девушки странные создания. С одним общаются нормально, а от другого готовы стрелой улететь.

Когда я возвращаюсь в дом, то мои уже все сидят за столом. Мне хватает одного беглого взгляда для оценки сегодняшних стараний девчонок.

А они, оказывается, большие молодцы! За короткое время они приготовили несколько видов салатов, закуски, горячее и даже сварили компот.

— Тоха, давай шустрее! Скоро в Челябе наступит Новый год! — голосит Кисляков. — Мы обязаны поднять бокалы за мой родной город!

— Пять минут и я буду, — обещаю ступая на лестницу, ведущую на второй этаж.

Мне нужно всего лишь быстро сгонять в душ и переодеться. Должен успеть.

Проходя мимо Машиной спальни с четким намерением как можно скорее вернуться к своим, слышу тихое бормотание и останавливаюсь. Ноги сами отказываются идти.

— Ну же, — пыхтит девушка. — Пожалуйста, — чуть ли не молит.

В груди все холодеет, я прислушиваюсь, а параллельно прикидываю кого из парней не было за столом.

Но в спальне тишина, Маша продолжает причитать и когда в ее голосе появляются истеричные, плаксивые нотки, я не выдерживаю. Открываю дверь и переступаю порог.

А там…

___

Дорогой читатель! Ты дочитал до конца ознакомительного фрагмента, чтобы читать дальше, нужно оплатить доступ. Он оплачивается лишь один раз, последующих оплат не требуется. Если возникают трудности, но нужно обратиться в службу поддержки. "Ходячее недоразумение майора Попова" от КЭТИ СВИТ роман, который не оставляет равнодушным. Присоединяйтесь к сотням читателей, которые уже приобрели историю и утолили свое любопытство!

— Да что же это такое, — негодую пыхтя и подпрыгиваю на одной ноге пытаясь протащить собачку чуть дальше, но какое там. Ничего не выходит! Она зажевала ткань.