В толпе послышались злобные смешки. На моих щеках тут же появился румянец, но я заставила себя встать и спокойно возразить твердым голосом:

— Простите, ваша честь, но я прекрасно все понимаю. Прошу дать мне все-таки слово.

Судья взглянул на меня так, словно ему под нос сунули дохлую крысу. Или как будто я сделала ему что-то плохое.

— Вы просите слово? — спросил он таким тоном, будто говорил с непонимающим иностранцем или маленьким ребенком, — Вы понимаете происходящее?

Я уже давно привыкла, что земных людей считают здесь неразумными, слабыми созданиями. Так что была готова к подобным атакам. Мое лицо оставалось спокойным.

— Да, господин судья, я все прекрасно понимаю. У меня есть неопровержимые доказательства невиновности лорда Вирентора. Позвольте представить их суду.

Судьи переглянулись, а главный погладил длинную бороду.

— В наших законах не указано, что земной человек может выступать в суде, — пробубнил он.

— Возмутительно! — не выдержал Кадриан, — А еще мы говорим о свободе слова в Империи! Раз нет такого закона, она может говорить.

— Тише, подсудимый! Вы сами не внушаете доверия, несмотря на свою громкую фамилию. Мы все еще помним, как из-за вас пострадала целая деревня. И погибла благородная драконесса, сестра почтенного лорда Авельгура.

Я повернулась в сторону Кадриана. Он никогда об этом не рассказывал… Молодой лорд стоял, сжав побелевшими пальцами прутья решетки. На его лице отразилась такая мука, словно его ударили. Лицо виновного так не будет выглядеть. Это либо ошибка, либо неосторожность. Я уверена в своем драконе. Он ни за что бы не причинил никому вреда.

— Не проходит и дня, чтобы я не корил себя за ту ошибку, — проговорил Кадриан.

Судья оставил его реплику без внимания. Но тут со своего кресла поднялся Лориэн Малферан. Я сразу даже не заметила, что он тоже здесь.

— Дайте девушке слово! — воскликнул он, — Вирентор прав, нет такого запрета.

— Сядьте, лорд Малферан! Вы сами чудом не оказались за решеткой. Помочь сбежать подсудимому — все равно что разделить с ним преступление. Скажите спасибо своим юристам. Они действительно мастера своего дела. Иначе вы бы сейчас сами сидели в этой золотой клетке.

Тут зашумела и остальная толпа. Все требовали дать мне слово. Скорее из любопытства, чем из поддержки. Всем было интересно послушать земного человека, оказавшегося разумным.

Наконец, судья со вздохом сдался.

— Хорошо! Только быстро. Говорите, леди…

— Дарина, ваша честь.

— Леди Дарина, — выговорил судья так, будто мое имя вызывало дикую горечь во рту.

Особенно тяжко было называть меня «леди». Но я была истинной лорда-дракона. А значит — автоматически его невестой. Так что титул мне уже присвоили.

— Только сперва поклянитесь небом и звездами, что будете говорить только чистую правду.

Я поднялась и вышла на середину зала вместе с бумагами. Положила их прямо перед судьями. Произнесла положенную клятву и начала.

— Прошу вас ознакомиться с данными доказательствами. А я пока расскажу всю хронологию событий.

Я начала подробно разбирать весь мошеннический клубок, окутавший семью Виренторов. Мои слова подтверждали бумаги, разложенные в правильном порядке, с подчеркнутыми нужными строками. Я упомянула все несостыковки и подлоги. Объяснила весь замысел погибшей Арканы. Чем дольше говорила, тем тверже становился мой голос.

Когда я закончила свой монолог, с места снова поднялся Лориэн.

— Вы что-то хотите добавить, лорд Малферан? — спросил судья.

— Да, ваша честь. У меня тоже есть кое-какие доказательства. Ведь я и мои соратники были также обмануты этой проклятой Арканой.

— Прошу вас воздержаться от эмоциональной окраски. Не забывайте, что вы находитесь в суде.

— Прошу прощения, ваша честь! В общем, вот еще бумаги.

А я даже не знала про их наличие. Лориэн добавил свою небольшую пачку. Часть драконов, сидевших в зале, при этом нервно заерзали на своих местах. Они надеялись, что их фамилии не всплывут. Ведь они также участвовали в этом деле и помогали Аркане.

Судья глубоко вздохнул. Картина была очевидной, и это все понимали. Но какой будет приговор? Можно ли надеяться на беспристрастность? Или судья не сможет признать правоту попаданки.

Я с тревогой наблюдала за малейшими оттенками эмоций на этом сморщенном, суровом лице. И одну руку положила на живот. Малыш внутри меня активно пинался. Сейчас мы узнаем, что ожидает твоего отца.

Я с тревогой наблюдала за суровым лицом старика, от которого все зависело. На нем читалась мучительная борьба. Репутация судьи не позволяла признать Кадриана виновным, когда есть все опровержения этого. Но даровать ему свободу — значит, признать, что земные люди, вроде меня, разумны и могут жить вместе с драконами.

К этому делу не просто так столько внимания. Прекрасно осознаю, что прямо сейчас нагло меняю историю этого мира. Сегодняшнее решение может многое изменить в Империи драконов. За прошедшее время я успела узнать о ней больше. И была рада, что могу дать ей новый толчок. Ведь прежде драконы жили обособленно, никого не пуская в свой закрытый мир. Считая себя единственной высшей расой разумных, магических существ. Взаимодействие с земным миром может многое дать для обоих миров: торговля, технологии, магия, взаимное обучение. А сколько истинных может оказаться среди обычных девушек! Тысячи драконов всю жизнь отчаянно ищут свою пару и не могут найти. Возможно, они искали просто не в том мире.

Плюс было еще одно обстоятельство, немного усложнявшее и без того запутанное дело. Останки Арканы так и не были найдены. Похоже, она полностью сгорела, а прах развеялся. Но теперь установить точный факт ее смерти было невозможно. Так что по мнению местных законотворцев она вполне могла (в случае если выжила) явиться в суд и попробовать защитить себя. Все понимали, какой это абсурд, ведь она никак не могла выжить. Однако суд работал только с фактами.

Вдруг Лориэн снова поднялся со своего места.

— Да, лорд Малферан?

— Ваша честь! Прежде чем вы огласите свой вердикт, позвольте сказать еще кое-что. Я готов публично признать свою ошибку. В том, что поверил клевете про тиранию и безумства Кадриана. А также в том, что считал земных людей неразумными существами.

Остальные драконы громко зашептались. Кадриан с довольным видом кивнул головой. Публично признаться в собственной ошибке — весьма смело для благородного лорда.

Вслед за Лориэном начали медленно подниматься и другие драконы. Все, кто был союзником в замыслах Арканы. Опасаясь ужесточения наказания, они открыто признавали свою вину. Не без корысти, конечно же. Просто хотели смягчить свой приговор и сохранить владения. Но я все равно оценила это.

Все вопросительные взгляды были направлены в сторону хмурого судьи.

— Что же вас заставило поверить речам служанки Арканы? — громко спросил он, — Или вы сами потеряли разум?

— Мы не знали, что это все Аркана, — вздохнул Лориэн, — Она всегда действовала через третьих лиц. Все подстраивала. И прятала свое лицо.

— Но зачем было вообще идти против своего собрата? Когда вот уже несколько лет, как приняты законы, запрещающие распри между драконами Империи. Мы и так уже практически истребили друг друга.

Драконы молчали, виновато опустив головы.

— А я скажу, что заставило, — ответил сам себе судья, — Жажда власти и злата! В моих собственных жилах течет такая же драконья кровь, однако я обуздал эти порочные инстинкты. Да, мы созданы для войны и наживы. Но мы лишь наполовину хищники. Вторая половина — человеческая. Мы не животные, мы благородные аристократы. Впредь больше никогда не забывайте об этом!

Драконы дружно поклонились. Похоже, суд здесь очень уважали. Если даже великородные лорды трепетали перед ним. Судья тем временем наконец-то огласил приговор:

— Постановляю: вернуть лорду Вирентору все земли и прочие владения, отнятые у него обманом. Назначить штраф и ограничения для всех драконов, причастных к этой постыдной афере. Самого лорда Вирентора — полностью оправдать и немедленно освободить.