— Идиотизм, — бубню я.

— Может быть, но это моё решение.

— Я про ремонт. Зачем ты затеял его, если у тебя было всё нормально?

— Хм, потому что захотел, — Мигель пожимает плечами.

— Почему ты отдал свою мебель? Она была в хорошем состоянии, практически в новом. Ты и кровать отдал, что ли? Почему ты спишь на матрасе? Да, вопрос о матрасе ещё открыт, и я хочу знать.

Мигель тяжело вздыхает и морщится.

— Потому что это мой способ переживать боль. Ты убегаешь, я делаю ремонт и меняю всё. Так мне становится легче. Я сплю на надувном матрасе, потому что отдал свою кровать, матрас, всё постельное бельё и все полотенца.

— Что? Зачем? — удивляюсь я.

— У меня… хм, пунктик. После завершения отношений я меняю всё это и покупаю новое. Я считаю неправильным спать на кровати другой женщине и пользоваться моим постельным бельём, на котором спала моя бывшая. Это… странно.

— Подожди-подожди, — взмахиваю рукой. — То есть ты отдал все спальные принадлежности, как и каркас кровати с матрасом, чтобы купить всё новое, потому что на той кровати спала я и пользовалась всем этим тоже я?

— Да.

— Выходит, что ты уже готовишься уложить на свою новую кровать другую суку! — злясь, вскрикиваю я и подскакиваю на ноги.

— Это не так.

— А как? По твоей логике ты закончил эти отношения. Но это нечестно! Да, я сбежала! Да, я поступила плохо! Да! Прости меня! Но зачем ты мне мозги морочишь своими условиями, если уже наметил себе новую сучку?

— Я не делал этого…

— Ты только что сам сказал это!

— Ты бросила меня, и мне было больно. Это мой способ справляться с болью. Ты предпочитаешь её не видеть, а я меняю кровать и делаю ремонт. Ты не можешь меня судить, Раэлия. Но это не означает, что я собираюсь встречаться с кем-то. Я люблю тебя и так просто не могу перестать.

— Тогда какого чёрта ты отталкиваешь меня?

— Я уже говорил тебе об этом.

— Ладно, — прищуриваюсь и смотрю на Мигеля. — Но ты же понимаешь, что я буду лечиться двадцать лет, а то и больше?

— Ничего. Это будет тебе во благо.

— То есть ты будешь ждать меня двадцать лет? Можно я тебе не поверю? Ты не будешь двадцать лет ждать меня, и твои чувства угаснут. А что делать мне? Ты думаешь, что за пять минут или один сеанс можно исправить долгие годы моих проблем? Что всё решается по щелчку пальцев? Нет, Мигель! И я хожу к психологу три раза в неделю! Я хожу!

— Правда?

— Да! Спроси у отца. Три раза в неделю наш семейный психолог приходит к нам, и я прохожу терапию. У меня больше нет панических атак и кошмаров. По крайней мере, их не было с того момента, как я вернулась в город, — говорю ему, но умолчу о том, что помогают мне таблетки с побочным эффектом в виде галлюцинаций. Мигелю не стоит знать об этом. Я должна любым способом добиться своего.

— Нет кошмаров? — спрашивает Мигель.

— Нет. Не было. Поэтому я лечусь, но это займёт долгое время. И ты будешь ждать меня? Да это чушь собачья! Почему ты не можешь принять меня сейчас? Почему не можешь… дать мне ещё один шанс сейчас! Я же лечусь! — выкрикиваю я. — Это нечестно! Неизвестно, сколько времени займёт терапия, и я не хочу, чтобы ты ушёл, как это сделал Роко! Дрон лечился один, и вот он потерял время, когда Роко любил его! Они расстались, потому что потеряли это время! И я… не хочу терять его. Разве нельзя параллельно всё делать, Мигель? Я же… я не Дрон и не смогу спокойно ждать, я… это просто нечестно.

Оседаю на стул и стискиваю свою голову руками.

— Нечестно так меня наказывать. Я хочу быть с тобой. Я сказала тебе. Ещё месяц назад я бы ни за что в этом не призналась. А сейчас говорю тебе об этом. Не отталкивай меня. Ты мне нужен, Мигель. Ты мне нужен настоящий и сейчас, а не через двадцать лет. Я… мне нужна причина лечиться. Моя причина — это ты. Я… — тяжело вздыхаю и поднимаю голову.

— Ты права, — Мигель кивает. — Ты полностью права, Раэлия. Это нечестно. Я согласен с тобой. Вероятно, мы могли бы попробовать делать всё параллельно.

— Да? — спрашивая, удивлённо поднимаю брови.

Получилось? Я смогла?

— Да. К примеру, завтра мы могли бы вместе пообедать и обсудить всё. Что скажешь? Я думаю, что так будет правильно для нас обоих.

— Круто. Да, я приеду. И я могу снова переехать к тебе, да? Я…

— О-о-о, нет, — Мигель смеётся и качает головой. — Не так быстро. Мы не будем торопиться.

— А хотя бы трахаться будем?

— Раэлия, боже мой, думай о других вещах.

— Не хочу. Так трахаться будем? Я… ну много порно пересмотрела и выбрала то, что мне очень хочется попробовать. Я…

— Я говорил тебе, хватит смотреть порнографию. Ты что, думаешь только о сексе?

— Ну, ещё о еде. Я могу делать два дела одновременно. Но разве это плохо?

— Нет, это не плохо. И да, у нас, может быть, что-то будет.

— Круто! — улыбаюсь я. — Значит, завтра, да? Трахнемся завтра?

— Нет. Завтра только обедаем.

— Ты же не проведёшь меня через семь кругов ада к первому поцелую? Ты же не настолько жесток, Мигель, — издаю разочарованный стон.

— Нет, я думаю, что десять свиданий сойдёт, — смеётся он, поднимаясь со стула.

— Мигель!

— Девять? Тебе нравится это число?

— Мигель!

— Ладно, два. Согласна?

— Да. А мы можем…

Мой мобильный звонит, и я хмурюсь.

— Кажется, не можем. Тебе пора. Я провожу тебя вниз, а завтра буду ждать тебя в больнице в полдень. У меня обед, а потом операция. Идёт?

— Поцелуемся?

— Нет.

— Ты такая целка, — фыркаю я.

— Фиолетовый, — смеётся он.

Но я всё же улыбаюсь. Получилось. Я снова завладела Мигелем. И завтра точно трахну его. А всего-то нужен был киллер. Нужно заказать ещё парочку, вдруг это быстрее подтолкнёт его в мою вагину. Идеальный план.

Мигель

В этом мире всё закономерно и циклично. Всё всегда движется по кругу, нравится тебе это или нет. И пока ты не свернёшь с этого круга, он будет повторяться снова и снова, но уже быстрее и быстрее, а в итоге всё будет плачевно.

Я ещё долго смотрю на пустую улицу, где увидел того странного мужчину, который впоследствии в нас выстрелил. Мне хочется понять его мотивы. Они есть. Но какие? Что именно нужно этим людям? Даже покраска стен в коридоре не успокаивает меня, поэтому уже ночью я спускаюсь вниз и открываю входную дверь. Фонариком подсвечиваю косяк и изучаю дыру, которую оставила пуля, как и трещины. Этот парень очень меткий. Пуля застряла в косяке, но её вытащили. Я не знаю кто, то ли люди Доминика, то ли этот же парень. Нас явно не собирались убивать. Раэлия стояла в разы дальше от места выстрела, чем я. Но даже если бы он выстрелил, пока мы находились на улице, то я почувствовал бы лишь отлетевшие щепки. А также практически не было звука выстрела. По крайней мере, я его не слышал. Я просто увидел чёрный зловещий круг, который оттопырил куртку, и всё. Это был предупредительный выстрел. Значит, должно прийти сообщение. Требования. Это логично. Так что нужно лишь дождаться этого, и всё.

Когда я возвращаюсь в квартиру, то вижу пропущенный звонок от Роко. Перезваниваю ему, и мы какое-то время разговариваем о том, что случилось сегодня. Роко сильно взволнован происходящим, пообещав прилететь через пару-тройку дней. Конечно, я рассказал ему и о Дроне, просто как будто это очередная история из моей жизни. Я не собирался развивать эту тему, лишь закинул удочку для Роко, чтобы он подумал над тем, что не одному ему сейчас плохо, просто не все умеют показывать это. А потом я быстро попрощался, чтобы Роко не успел возмутиться моему решению рассказать о Дроне, и отключил звонок. По идее, Роко теперь точно вернётся через пару дней, а может быть, и раньше. Я, по крайней мере, надеюсь на это. Без Роко даже мне скучно. Мне нравилось болтать с ним по утрам обо всём на свете. Он умный парень, сообразительный и с хорошим чувством юмора.

Приехав на работу, я не особо радуюсь утренней планёрке, потому что это трата времени для меня. Но мне приходится отсидеть и выслушать всех, а потом направиться в свой блок. Отдав распоряжения, просмотрев своё расписание, приняв парочку пациентов, спускаюсь вниз, чтобы пойти на обед, но удивлённо замираю.