Вот бы клубнички сейчас.

И тут же будто в голову камень прилетает — а что, если начать продавать саженцы клубники? Не все же нам декоративно-лиственное продавать, а?

А потом торможу себя, потому что ну куда, правда? Не вывезу ведь. Но вообще, на перспективу, почему бы и нет? Эта тема тоже всегда интересна, опять же, новая аудитория.

Выхожу из питомника, заглядываю ненадолго в административный отдел, подписываю документы, которые накопились, а потом выхожу на парковку и сажусь в своего монстра — черный внедорожник, подарок Булата. У него какой-то пунктик на этом. Мне бы хватило и малолитражки, но нет, ему подавай помощнее да побольше. Я не сопротивляюсь, дура я, что-ли?

Набираю номер Булата, но в ответ тишина. Мы должны были сегодня встретиться в городе и пообедать, но он куда-то пропал. Поэтому я решаю поехать к нему на работу.

Времена, когда мой муж решал дела в ресторанах, закончилось. Теперь это «белый» бизнесмен.

Булат вывел свой бизнес на более чистый уровень, оставив самую интересную часть Али. Тот был счастлив, ведь теперь у него не стало босса. Босс он сам. Мужчины разделили бизнес, но сохранили теплые отношения, и мы часто встречаемся семьями.

Теперь мой муж восседает в самой престижной высотке — бизнес-центре. Но выдвигаюсь я не туда, а в его ресторан. Это по-прежнему его детище, от которого он не смог отказаться. Да, теперь тут все по-другому. Он подпольных комнат и непонятных коридоров не осталось и следа, но тем не менее свой кабинет он сохранил. В качестве ностальгии, как мне кажется.

У входа меня приветствует охранник, а дальше появляется хостес.

— Добрый день, Варвара Леонидовна, проводить вас за ваш столик?

— А Булат Азаматович уже приехал?

— Да, он был тут, но, к сожалению, где он сейчас, не могу знать, — разводит руками.

— Может быть, в своем кабинете?

— Да, возможно. Хотите, схожу посмотреть?

— Нет, я сама. Спасибо.

Девушка кланяется и уходит, а я направляюсь в сторону кабинета Булата.

И будто дежавю.

Все это уже было.

Коридор, где значительно приглушен свет, что создает интимную атмосферу, и широкая, массивная дверь, толкая которую попадаешь в приемную секретаря.

И снова дежавю: место секретаря пустует. Не потому что кто-то отсутствует, просто Булат не ведет тут никаких дел.

А вот стоны из кабинета Ахметова вполне реальны, это никакое не дежавю.

Из-за двери кто-то откровенно стонет. Не кто-то, конечно, а девушка. Стоны достаточно явные, чтобы сомнений у меня не возникло — за дверью занимаются сексом.

И меня накрывает. Будто кто-то бьет прикладом по голове. В висках пульсирует, в глаза словно насыпали песка. Очень хочется по-бабьи разреветься. Некрасиво завыть, а потом прибить и его, и ее.

Я не могу поверить в это. Снова на одни и те же грабли?

Черт, ведь у меня даже мыслей не закрадывалось о том, что Булат может быть мне не верен. Это очень чужеродно и вообще никак не соотносится с моим мужем.

Не верю. Не хочу верить.

Хочу ослепнуть и оглохнуть. Сбежать. И умыться слезами.

Но вместо этого я решительно нажимаю на дверную ручку и распахиваю дверь, резко вхожу внутрь.

Да, я была права, тут явно не чаи гоняют. Только в этот раз все происходит не на диване, а на столе. Женщина сидит задницей на столешнице, а сверху нависает мужчина и ритмично двигается.

— Убью! — громко объявляю я и уже присматриваю, чем бы приложить изменщика, но девушка начинает громко визжать.

Затем она скатывается на пол, скрываясь за столом, а мужчина смачно ругается и поспешно отворачивается, прячась от меня.

— Какого хера? — сзади подходит Булат.

Я оборачиваюсь, смотрю на него несколько раз, моргаю. Он. От сердца отлегает.

Делаю шаг к мужу и утыкаюсь носом ему в шею, зажмуриваюсь.

— Бля, Булат, кто ж знал! — возмущается Али.

— Ты трахался на моем столе? — голос Булата звенит. — Ты че, блять, бессмертный, что ли, Али? И кто там у тебя?! Я сейчас замотаю это даму и отправлю ее прямиком бандеролью твоей жене!

— Это я, я! — Назира вылезает из-под стола.

Красная, как рак. Глаза на мокром месте. Али задвигает ее себе за спину.

— Да вы охерели! — Булат, конечно, зол, но улыбку сдерживать ему все сложнее и сложнее. — У вас что, места другого не нашлось?

— Так вышло, Булат, — разводит руками Али. — Понимаешь, страсть застала врасплох.

— Во-первых, я тебе зубы выбью за то, что ты оскверняешь мою мебель! Во-вторых, закрываться вас не учили? Страсть их застала врасплох. Вас жена моя застала врасплох!

— Ну прости, Булат. Правда, брат. Я возмещу все убытки.

— Химчистку и сеанс у психолога, ясно? — хохочет Булат.

Мужчины еще некоторое время перебрасываются колкостями, а потом Булат выводит меня в зал.

— Ты знаешь, что-то я больше не хочу есть, — говорю честно.

— Пойдем тогда по городу гулять! — Ахметов утягивает меня на набережную.

Гуляем с ним, как когда-то. Смеемся, целуемся. Обсуждаем наши планы. Все очень просто, понятно. Нет никаких заморочек и недомолвок.

— Ну давай, делись со мной, — Булат утягивает меня в тень больших деревьев и усаживает рядом с собой. — О чем ты там подумала?

— Ни о чем, — веду плечом и вру.

Очень хреново вру, надо сказать. Булат на раз-два раскусывает меня.

— Ладно, сдаюсь. Подошла к двери, стоны услышала. Думала, все, вот и настал конец моей сказке.

— Вот как, — улыбается, гад. — А мне ты никогда не говорила, что чувствуешь себя как в сказке.

— Как это не говорила? — возмущаюсь. — Я каждый день говорю тебе, как счастлива.

— Не-а, — качает головой.

— Нет?

— Нет.

Хмурюсь. Неужели?

— Раз так, тогда официально: я самая счастливая женщина на свете. У меня самый прекрасный муж и ребенок, — ласкаюсь к мужу, целую его в колючий подбородок.

Булат отвечает так, будто не было всех этих лет с миллионами поцелуев. Нацеловавшись, он серьезнеет:

— Хорошо, что ты зашла, Варя. Плохо, конечно, что ты видела то, что не полагалось, но это уже проблемы тех, кто решил потрахаться в общественном месте. Можешь ответить мне честно на один вопрос? — спрашивает хмуро.

— Конечно.

— Ты не доверяешь мне? Я понимаю, что у тебя был опыт, но… неужели думаешь, я могу поступить так же?

— Я не поверила своим ушам, Булат. И никогда бы не ушла, не убедившись, что поняла все правильно.

Булат берет мое лицо в свои руки, зацеловывает его:

— Я никогда не предам тебя, Варя. Слишком долго ждал тебя, чтобы вот так потерять.

Я знаю, что в нашей истории, в нашем прошлом есть нечто большее. То, чего мы не видим и, возможно, никогда не узнаем. Какая-то предыстория, о которой нам никто и никогда не расскажет. Ну и пусть.

Главное, что у нас есть наше будущее, о котором мы сможем рассказать сами. Нашим детям и внукам.

— Варь, а поехали домой? Я жутко соскучился по Назару, — заговорщически шепчет муж.

— Поехали! — подскакиваю.

На самом деле, я тоже очень соскучилась по сыну. Его забирает из сада няня, так что он уже должен быть дома.

Едем на машине мужа, всю дорогу не можем разомкнуть рук, гладим друг друга пальцами, улыбаемся.

— Мамуля! Пап! — Назар вылетает нам навстречу и падает в объятия.

Проводим вечер всей семьей. Вокруг юлой вертится Лайла. Строим планы на отпуск, да и спальню Назару пора переделывать. Она делалась для новорожденного, а сынок у нас уже взрослый пятилетний парень, уже и школа на носу, так что смело можно менять обстановку.

Нахожу в интернете интересные референсы, показываю сыну. Они с Булатом спорят, выбирают то, что по душе. Я не влезаю, мне все нравится, и я заранее согласна с их решением.

Когда Назар засыпает, окрыленный тем, что у него теперь будет все по-другому, Булат уводит меня в спальню.

— Как насчет того, чтобы подумать о пополнении семейства? — играет бровями и стягивает по ногам домашние брюки.

— Эй! Ты что! Так не делается, Булат! — возмущаюсь сквозь смех.