И вот оно — решение. Свекор, обладающий, как выяснилось, невероятными связями, «пропихнул» моё резюме в какую-то компанию. «Apex Grand», — с важным видом произнёс муж, как будто лично вручил мне путёвку в жизнь. Холдинг, занимающийся элитными автомобилями. Должность — помощник финансового директора. «Без опыта работы — это уникальный шанс!» — сиял он. В его глазах читалось облегчение: папа доволен, проблема решена.

Я гуглила компанию поздно ночью, когда все спали. Лаконичный, строгий сайт. Фотографии интерьеров из стекла и чёрного дерева. Люди в идеальных костюмах с каменными лицами. И цены на «железных коней» с шестью нулями. Мой мир — это детские рисунки на холодильнике и цена на кефир в соседнем магазине. Их мир — это что-то из другой галактики.

Ладно. Придётся пойти. Сыграю свою роль старательной, немного потерянной выпускницы, которая девять лет читала только сказки на ночь. Надеюсь, они это увидят. Надеюсь, умный, проницательный финансовый директор (каким он, должно быть, и является) посмотрит на меня, в мои глаза, в которых плещется только знание о том, как отстирать следы фломастера, и вежливо покажет на дверь.

Я переворачиваюсь на бок, подтягиваю одеяло к подбородку и смотрю в тёмное окно. Завтра. Завтра я надену что-нибудь максимально незапоминающееся. Серое, бежевое, мышиное. И пойду. Чтобы быстро вернуться. К своим детям, к своей чистой кухне, к своему идеальному мужу, который спит рядом и уже начал похрапывать. К своей клетке, выстланной бархатом, в которой мне так спокойно.

Главное — чтобы отказ был вежливым. А там будь что будет. Симон громко урчит мне в шею, я засыпаю… *******************

Дорогие читатели!

Спасибо, что проявили интерес к моему очередному роману. Эта история, конечно, о любви. О сложном пути к взаимопониманию героев, почувствовавших искру зарождающихся чувств.

Моя героиня однажды прошла боль разочарования, которая наложила отпечаток на ее характер. Теперь она себя в обиду не даст!

Надеюсь, вы получите удовольствие, следя за непростыми поворотами ее судьбы. И, несмотря на несносный характер ее босса, полюбите его всей душой))

О первой школьной любви Марии можно БЕСПЛАТНО почитать здесь:

https://litnet.com/shrt/2CS4

Буду рада, если и другие мои книги вызовут у вас интерес.

Добавляйте их в библиотеку, чтобы не потерять, ставьте лайки, пишите комментарии и подписывайтесь на автора. Ваша активность вызывает вдохновение!

Всех с наступившим Новым годом! Удачи во всем!

Ваша, Татьяна Никольская

Октябрьское солнце бьёт в панорамное окно моего кабинета, превращая пол из полированного бетона в ослепительное зеркало. Я стою спиной к этому свету, лицом к двери. Пусть каждый, кто входит, первый долгий миг щурится, разглядывая силуэт. Это маленькая власть, но власть. Как и всё здесь, в «Apex Grand». От выбора ручки до лимита на корпоративной карте — всё здесь подчинено единственному закону: моему желанию. Ну, почти. Есть ещё Игорь.

Дверь открывается без стука — только у него есть такая привилегия. Он входит, не щурясь. Привыкший. В руках — два кофе в бумажных стаканах. Его утренний ритуал.

— Твой американо, без сахара, как печаль, — он ставит стакан на край стола, аккуратнее, чем я бы это сделал.

Я киваю, делаю глоток. Горячо, горько, правильно. Как и он. Куницын. Мозг этого места. Без него здесь давно бы уже торговали запчастями от «Жигулей». Но он знает своё место. А я — своё.

— Нужно поговорить по кадрам, — говорит он, усаживаясь в кожаное кресло напротив. Не в просительской позе у стола, а как равный. Потому что он и есть равный. Совладелец. Блондин с голубыми глазами за очками, в которых отражаются цифры, а не эмоции.

— Опять Эллочка зарплату прибавить просит? — я отставляю кофе. — Пусть сначала научится кофе делать, как надо, а не как помои. И перестанет смотреть на меня, будто я последний «Бугатти» в шоуруме.

Игорь усмехается, снимает очки, протирает линзы салфеткой. Его любимый театральный жест — «готовлюсь говорить разумные вещи».

— Хуже. Вакансия. Помощник финансового директора.

— Наконец-то, — я разворачиваюсь к окну, смотрю на город, раскинувшийся внизу как игрушечный. — Уже месяц отдел стонет. Бери кого хочешь. Только чтобы с опытом. И чтобы не дышал за спиной. Последний думал, что он гений, забывший оформить патент на лампочку.

— Нашёл, — говорит Игорь. Его голос ровный, но в нём слышится какая-то… подготовленность. — Без опыта.

Я медленно поворачиваюсь. Смотрю на него, стараясь понять, шутит ли он. Его лицо серьёзно.

— Повтори.

— Без опыта работы. Точнее, есть полгода после института, а потом почти семилетний перерыв.

В кабинете на секунду воцаряется тишина, нарушаемая лишь тихим гулом систем вентиляции. Мой мозг отказывается складывать эти слова в осмысленную картину.

— Семь лет перерыва, — произношу я, наконец, растягивая слова. — То есть, этот… человек… последние семь лет что делал? Искал себя в Тибете? Сидел? Или, может, писал диссертацию по квантовой механике, которая нам так срочно нужна в отделе финансов?

— Она воспитывала детей, — говорит Игорь, и в его голосе пробивается что-то вроде уважения. Это сводит меня с ума. — Двое. Сейчас им шесть и девять.

Я отвожу взгляд, смотрю на стеллаж, где стоят модели наших самых дорогих машин. Каждый из этих кусочков смолы и металла стоит больше, чем эта… мать-одиночка, наверное, видела за всю жизнь.

— Поздравляю, — говорю я ледяным тоном. — Мы открываем детский сад? «Apex Grand. Люксовые автомобили и ясли при отеле». Блестящая диверсификация, Игорь. Просто гениально.

— Мария Полянская, — продолжает он, игнорируя мою саркастическую тираду. — Закончила экономический факультет МГУ. Красный диплом.

— Семь лет назад! — мой голос повышается, и я одергиваю себя. Я не кричу. Я констатирую. — За семь лет мир изменился. Программы, законы, стандарты. У неё в голове сейчас каша из детских смесей и мультиков про свинок. А ты хочешь посадить её рядом с тобой, чтобы она помогала тебе вести финансы холдинга с оборотом в… сколько там у нас? Я уже забыл, потому что цифры слишком большие, чтобы в них могла вникнуть домохозяйка!

— У неё острый ум, — упрямо говорит Игорь. — И ей нужен шанс.

— Шанс? — Я делаю шаг к нему, опираюсь ладонями о стол, нависаю. — Это не благотворительный фонд для одиноких матерей, Игорь Владимирович. Это компания, где решения измеряются нулями. Где один неверный шаг стоит миллионы. Где каждый, кто заходит в эту дверь, должен быть лучшим. А ты предлагаешь мне… реабилитационный центр.

— Её протежирует Николай Николаевич Полянский, — тихо говорит Игорь.

Это имя заставляет меня на секунду отступить. Старый Полянский. Не акула, нет. Скорее, старый, мудрый и очень зубастый сом. У него нет доли в нашем бизнесе, но есть связи. Очень тихие, очень старые, очень влиятельные. Он может ненароком перекрыть кислород в самом неожиданном месте.

— И что? — спрашиваю я, но уже менее уверенно. — Он что, её…?

— Свекор, — поясняет Игорь. — Его сын — её муж. Старик считает, что невестка просиживает дома штаны. И решил её… социализировать. Оказал давление. Дал нам понять, что будет признателен.

«Будет признателен». В нашем мире это не слова вежливости. Это вексель. Это разменная монета.

— Значит, это не про работу, — говорю я, отходя к окну. — Это про долг. Про услугу. Мы берём на работу обузу, чтобы старик был «признателен». У тебя не возникает ощущения, что нас используют как дешёвую няню?

— Я смотрел её университетские работы, — говорит Игорь, и я слышу, как он ставит свой стакан на стол. — В её решениях была… элегантность. Не шаблонность. Ей нужна лишь настройка. А свежесть взгляда может быть полезна. Мы с тобой иногда за деревьями леса не видим.