Эргон перевел взгляд на столик, где стоял нетронутый поднос с завтраком.

— Ты не ела.

— Я не голодна, — тихо ответила я, отводя взгляд. Кусок в горло не лез.

— Не лги мне, — нахмурился он. — Ты летела несколько часов на холодном ветру. Тебе нужны силы. Сядь и поешь.

— Я не хочу, Эргон. Правда. Меня тошнит от всего этого.

Ему это не понравилось. Я видела, как дернулась жилка на его виске. Он выругался сквозь зубы:

— Знал же, что нельзя оставлять тебя одну даже на минуту. Стоило отвернуться, как они уже успели наплести тебе ерунды.

Ерунды… Ничего себе ерунда.

— Просто тебе нужно было рассказать мне об этом сразу, — тихо и сухо сказала я, отворачиваясь. — Тогда бы и встреча с твоей семьей прошла более… гладко. И без таких потрясений.

Эргон не успел ничего ответить, в дверь снова постучали.

— Ваше Высочество, покои для леди готовы, — доложил Урдон, не входя.

— Идем, — Эргон тут же изменился в лице, снова надевая маску спокойного и уверенного принца, подал мне руку. — Тебе нужно отдохнуть. Приведи себя в порядок, поспи немного. Перед обедом я зайду за тобой.

Я вцепилась в его рукав.

— Я не хочу обедать с твоей семьей, Эргон. Пожалуйста. Не заставляй меня. После того, что сказала Тиана… я не смогу.

Эргон остановился. Он мягко развернул меня к себе, взял мое лицо в свои большие горячие ладони и заставил посмотреть в глаза.

— Арианна, послушай меня. Не суди строго Тиану. Она еще ребенок, слишком молода, взбалмошна и избалована. Порой у неё язык бежит впереди мыслей. Обещаю, я поговорю с ней, и она извинится, исправится.

Он провел большим пальцем по моей щеке.

— Что касается родителей… Я предельно ясно дал им понять: ты моя жена. Точка. Они, конечно, в шоке — всё пошло не по их сценарию, — но приняли мой выбор. Им придется принять, даже если что-то сейчас их не устраивает. Но нам нужно встретиться с ними.

— Зачем? — прошептала я.

— Нам нужно поговорить всем вместе. Узнать друг друга. А главное — обсудить проклятия, наложенные на наши семьи. Твое и мое. Мы должны понять, с чего начать поиски способа снять их без жертв. А отец и мать знают о древней магии больше, чем кто-либо. Мне нужны их знания, Ари. Ради нас.

Его доводы были разумными. Я понимала это умом, хотя сердце сжималось от страха перед новой встречей с королевой и её злобной дочерью. Однако я кивнула. Я уже здесь, на их территории, в их замке. Одна, без семьи… без герцогини и Валина, без их поддержки, без магии. Даже Лира не может мне помогать в полной мере. А значит, чтобы выжить, нужно узнать эту семью лучше. Узнать не только мотивы, но и мысли.

Я глубоко вздохнула.

— Хорошо.

Эргон чуть заметно улыбнулся и мягко поцеловал меня в висок.

— Спасибо. Ничего не бойся. Я буду рядом.

Он переплел наши пальцы и проводил до смежной двери, не выходя в коридор. Конечно, мне не очень нравилось, что он легко мог войти в комнату, которую отдали мне, но, с другой стороны, в случае опасности, я смогу быстро дойти до Эргона.

— Отдохни, Ари, — вновь повторил он. — И помни, я не дам тебя в обиду. Я скоро приду.

Я не стала ничего отвечать, просто кивнула и смотрела, как дверь закрывается за ним. Не успела я выдохнуть, как уже дверь, выходившая в коридор, открылась, и слуги внесли поднос с горячей едой, поставив его на столик у окна, а затем удалились.

Лира, запрыгнув на кровать, фыркнула, распушая хвост:

— Всё же эти драконы слишком самоуверенные и наглые. «Поешь, отдохни, иди на обед к тем, кто тебя ненавидит». Командир нашелся!

Я устало опустилась на край постели, глядя на ароматный завтрак, от запаха которого желудок всё-таки предательски заурчал.

— Он прав, Лира, — тихо сказала я. — Разговора всё равно не избежать. Если я хочу выжить здесь, мне придется научиться играть по их правилам.

Но внутри меня всё холодело при мысли о предстоящем обеде. Я чувствовала себя маленькой мышкой, которую пригласили к столу коты. И главное блюдо там, похоже, буду я.

Обед проходил в малой гостиной. Несмотря на своё название, она показалась мне необъятной. Интерьер был выдержан в необычном сочетании цветов: нежный оттенок чайной розы переплетался с глубоким, почти полночным синим. На стенах висели гобелены с изображением летящих драконов, потолок украшала роспись, изображающая бескрайнее синее небо, а тяжелые гардины из синего бархата с золотым шитьем обрамляли высокие окна, сквозь которые лился мягкий свет, заставляя хрусталь на столе сиять, точно россыпь алмазов.

Я сидела по правую руку от Эргона. Вроде бы рядом, вроде бы вместе, но… я чувствовала себя лишней. На мне было мое простое серое платье с небольшим шитьем. Мне оно нравилось, неброское, вполне прилично украшенное, но по сравнению с королевой и ее дочерью я выглядела как бедная родственница.

Которой, по сути, и являлась.

Слуги, видимо, по указу Эргона, принесли мне целый гардероб изысканных нарядов, расшитых серебром и жемчугом, но я упрямо выбрала своё. Мне не хотелось уже с первого дня в этом доме пользоваться их… гостеприимством.

Напротив меня сидела Тиана. Она демонстративно задирала подбородок, рассматривая лепнину на потолке, будто я была пустым местом. А во главе стола восседали король и королева.

Лира притаилась у моих ног под столом. Я чувствовала её напряжение, но также видела, как Тиана то и дело бросает на пушистый хвост любопытные взгляды. Однако моя лисичка к драконице подходить отказывалась напрочь, лишь изредка недовольно подергивала ушами и фыркала. И тоже демонстративно не смотрела в сторону драконицы, задирая нос.

Они сейчас даже были чем-то похожи. Обе вредные и немного наглые.

Я, наконец, смогла рассмотреть короля. Он был точным отражением своего сына, только старше и массивнее. Тот же разворот плеч, те же индиговые глаза, но взгляд… холодный, рассудительный и пугающе жесткий. А еще я заметила одну странность: «звёзд», тех самых мерцающих искорок, что были у Эргона, в глазах короля не было. Как и у королевы и Тианы. Интересно, почему? Если это семейная черта, то почему она проявилась только у него?

Разговор шёл о погоде и видах на урожай в долинах, но напряжение за столом можно было резать ножом. Это понимали все. Слуги сменяли блюда, но кусок в горло не лез. Я ковырялась в нежнейшем мясе только ради приличия. Наконец, Торгвард жестом отослал слуг, и наступила тишина, прерываемая лишь легким шелестом листвы за окном.

— Арианна, — его голос прозвучал низко и гулко. — Мы слышали о тебе от сына, но нам бы хотелось услышать твою историю из первых уст. Эргон сделал свой выбор. Не скажу, что он стал для нас приятным, но у нашего народа говорят: «Не верь глазам своим, пока не заглянешь в душу». К тому же это его выбор, и мы не можем на него повлиять. Так какая у тебя душа, принцесса? Если ты, конечно, не против рассказать о себе.

Я почувствовала, как вспотели ладони. Еще ни с кем я не делилась своими воспоминаниями, никому не открывала душу. Лишь Лира и Марлен знали обо мне всё, Фир немного меньше. А еще совсем недавно я поделилась некоторыми воспоминаниями с Эргоном…

Он, будто почувствовав мое волнение, сжал мою руку под столом. Мне не хотелось открываться перед ними всеми, особенно перед Тианой, лучше бы поговорить с глазу на глаз, но я понимала: сплетни во дворце — вещь страшная. Лучше пусть услышат правду от меня, чем от десятого слуги и уже перевернутую с ног на голову.

Так что я вздохнула и начала говорить:

— Мое имя Арианна Эстель Аргонская. Дочь брата действующего короля Риольда, герцога Руэланда Аргонского и леди Люсины Глиндарн. Магией владею плохо, так как не развивал ее, по большей части владею бытовой магией. И… вы, наверное, уже знаете о проклятии? — я на мгновение запнулась, но не сказать об этом не могла. — На королевский род было наложено проклятие. Несколько столетий назад. И теперь каждая женщина, рожденная в королевской семье, несёт смерть своему… супругу.