— Логан,— прошептала она, её голос дрогнул. Я преодолел расстояние между нами, взяв её в охапку, наконец вдыхая её запах — смесь ромашки,такой родной, долгожданный запах, который принадлежало только ей. Я сжал её так сильно, что боялся причинить боль, но в то же время не мог отпустить.

— Серена, — прошептал я, отстраняясь лишь на миг, чтобы заглянуть ей в глаза. В них блестели слёзы — они не должны были появляться. Это было слишком много для меня. Я стал целовать всё её лицо, словно пытался запечатлеть каждый момент, каждую черту её нежной кожи. Я не мог насытиться ею, мне казалось, что время остановилось.

— Как же я скучал, родная,— шептал я между поцелуями, каждое слово было пропитано тоской и радостью одновременно.

— Мне так тебя не хватало.В этот миг мир вокруг нас исчез — остались только мы двое: она и я. Каждый поцелуй был наполнен эмоциями, которые разрывали меня изнутри. Я чувствовал, как её сердце бьётся быстрее от моей близости, и это было невероятно.

— Почему не спишь, Серена прижалась ко мне, позволяя целовать себя. Я же не могу отпустить, как же оказывается я скучал, так скучал, что теперь не отпущу.

— Тебя ждала, услышал от неё, улыбаясь.

— Я не писал, что сегодня приеду, продолжал вдыхать её запах, которого так мне не хватило. Серена вздрогнула, закрывая глаза.

— Почему босиком родная, взял её на руки, неся в дом, боясь, что простынет.

— К тебе спешила, сказала она мне, с любовью в глаза смотря на меня. Мир будто остановился, мы остались одни, смотря друг на друга. Не могли налюбоваться. Прижался к ней, носом проведя по лицу.

— Ты приехал, сказала она, шёпотом. Дрожь прошла по её телу, показывая ее состояние.

— Я скучал, шепнул ей, нежно целуя. Мчался сюда, как мог, продолжал свою ласку. Серена обняла меня за шею, позволяя это делать.

Прижал её к стене, целуя яростно и жадно, скучал, как же я скучал по ней. Сходил с ума от того, что не видел,а теперь не отпущу её.

— Родная, довольно зарычал, взяв её лицо в ладони, светятся, как же её глаза светятся.

— Мечтал об этой минуте всю дорогу, да и всю нашу разлуку, усмехнулся, наши лбы соприкоснулись.

— Дикарь, она посмеялась, усмехнулся, прикусив её за шею, дразня её.

— Твой дикарь, только твой, шептал я, зарывшись в её волосы.

Она взяла моё лицо в ладони, всё такая же, как в нашу первую встречу, только взгляд другой. Полон любви и благодарности.

Такая маленькая по сравнению со мной, от этого сердце и сжимается, ведь хочется её постоянно защищать, что я и делал. Её ладони прошлись по груди, словно она хотела убедиться, что я в порядке, что со мной все хорошо. Прижалась к груди, обнял её, носом уткнулся в макушку, оставляя там лёгкий поцелуй.

— Ждала меня, шёпотом спросил, она отстранилась, улыбнулась, погладила по плечам, груди, вставая на носочки поцеловала.

Звонкий голос дочери, отвлёк нас друг от друга. Но наши глаза говорили о многом.

— Чувствует, что наш папа приехал,— прошептала Серена, её глаза горели.Я не медля, понёс её в нашу комнату, но у порога вдруг остановился. Ноги словно приросли к полу, и мне не хватало смелости заглянуть к нашей дочери, по которой я безумно соскучился. Серена прошла первая, а я стоял на месте, заворожённый тем, как она берёт нашу девочку на руки. С какой любовью и нежностью она это делает! Как смотрит на неё.

В этот момент моё сердце заполнилось такой мощной волной любви, что казалось, оно вот-вот разорвётся от эмоций. Я думал, что видел всё в жизни, но эта сцена была настолько трогательной, что я не мог сдвинуться с места.

Серена кормила нашу малышку, её лицо светилось нежностью, а я не мог оторвать от них взгляд. Сглотнув комок в горле, я почувствовал, как внутри меня всё перевернулось. Как же меня потрясало это мгновение!

Когда Серена закончила кормить, она взглянула на меня. В её глазах читалась такая любовь и свет. Преодолев между нами расстояние, я оказался напротив них, и в этот момент мир вокруг нас словно исчез. Серена передала мне нашу дочку, поддерживая её. Я почувствовал её тепло и лёгкость в своих руках.

— Она чувствует тебя, любимый, — сказала Серена с улыбкой, но в её голосе слышалась нотка грусти.

— Требовала тебя, но наш папа задержался.

Я прижал малышку к себе, ощущая её мягкое дыхание и тепло. Это было невероятно — держать свою дочь на руках! Я вдруг осознал всю глубину своей любви к ним обеим. Внутри меня разразилась буря эмоций: счастье, нежность и бесконечная благодарность за то, что они рядом.Поцеловал малышку в лоб, ощущая её волчонка. Ещё маленький, такой же как она, но я уже его ощущаю.

Её глаза встретились с моими, внимательно смотрит на меня, чёрные, такие же как и у меня.

Связь, невероятная связь, я чувствую её, чувствую как эта связь усиливается. Её волчонок показался, чёрный, как мой, усмехнулся.

— Скоро побегаешь, скоро, шепнул я, ощущая ее преданность ко мне, как и она тянется к моему волку.

Баюкая нашу дочку, смотрел на свою ведьму, которая стала стелить кровать. Сглотнул, ведь я так соскучился по ней, так ждал встречи.

— Она невероятная, — прошептал я, подходя к Серене и глядя на спящую Киару.

Серена вздрогнула, смущенно опустила глаза. Ее щеки покрылись нежным румянцем. Я наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Скучал по тебе,по твоему теплу— признался я, целуя ее в висок. Вдыхая аромат ее волос, я чувствовал, как уходит напряжение, как наполняет меня спокойствие и умиротворение.

— Я тоже скучала, Логан, — прошептала она, глядя на меня сияющими глазами. — Наконец-то ты приехал. Теперь ты с нами.

Я осторожно передал ей дочку. Серена бережно уложила Киару посередине нашей кровати. Мы легли по обе стороны от нее – я слева, Серена справа. Маленькая Киара, такая беззащитная и нежная, была похожа на спящего ангелочка.

— Киара может проснуться, поэтому пока она спит со мной, — сказала Серена. — Потом я переложу ее в кроватку. Наверное, чувствовала, что без тебя я плохо сплю.

Я смотрел на Серену, не в силах оторвать взгляда. Такая родная, такая любимая. Каждый раз, когда я видел ее после разлуки, сердце замирало от восторга, словно это была наша первая встреча. Казалось, что за время разлуки она стала еще прекраснее. Ее глаза сияли, а на губах играла нежная улыбка.

— Рвался сюда к вам родная, тебя увидеть так хотел, дочь нашу, погладил её по пухлой щеке, получая в ответ её улыбочку.

— Бросил все, чтобы приехать сюда, — прошептал я, видя, как румянец заливает щеки Серены.

Наша дочка. Наклонившись, поцеловал ее в лобик, убедившись, что сон Киары крепок.

Осторожно поднял ее на руки, слегка покачивая, чтобы не разбудить. Положил обратно в кроватку, заботливо укрыл одеялом.

Несколько минут качал люльку, наглядеться на неё тоже не могу. Моя дочь, наше продолжение в ней, наша сила в ней. Славная, милая, сердце переполняет от эмоций.

Развернувшись, я сглотнул. Глаза моей девочки горели таким ярким огнем, что и во мне разгоралось пламя желания.

Скинув кафтан, я остался в одной рубашке и подошел к кровати. Серена уже лежала, укутавшись в одеяло. Я лег рядом, обнял ее за талию, прижал к себе. Так крепко, словно боялся, что она исчезнет.

Серена начала целовать мое лицо – лоб, виски, щеки, подбородок – вкладывая в каждое прикосновение всю свою любовь и нежность. Я закрыл глаза, наслаждаясь ее ласками.

— Наконец-то ты тут, Логан, — прошептала она, прижимаясь ко мне всем телом. — Я так ждала тебя, так хотела, чтобы ты побыстрее приехал.

Я еще крепче обнял ее, желая ощутить её.