Он долго всматривается в меня, словно ища ответ, не давая мне отвернуться.

— Тогда какого чёрта ты здесь, наклонился, соприкасаясь лбами. Вздрогнула от его голоса, который так понизился. Он сам дрожит, сам еле держится. Он злится.

Шмыгнула носом, вытирая глаза.

— Это долгая история Логан, так всё рассказать не могу, ответила ему, качая головой.

— Вновь твои тайны, как же я устал от них, устал, сказал он, целуя в щеку. Вздрогнула из-за его ласки, целует, вновь целует меня.

— Я сама устала, сказала ему, закрыв глаза.Как же я устала от всего, как же хочу просто быть с ним. Согласно куда угодно поехать, лишь бы он был. А остальное не важно..

— Любишь меня, спросил, взяв мое лицо в руки, его глаза горят, как же горят, согласно кивнула головой, видя как он сглотнул, его кадык дернулся.

— Люблю, только тебя люблю Логан, он оскалился, так откровенно смотря на меня. Я же вся покраснела, ведь его взгляд такой горячий.

Взяла его лицо в руки, мой родной, самый любимый. Он же пристально следил за мной, ждал, что я сделаю. Нежно поцеловала его в щеку, закрывая глаза.

В ответ он поддался вперед, сжимая меня в своих сильных руках.

— Поверь, прошу поверь мне, шептала я, надеясь, что он сделает это.

Pov. Серена

Убрала мешающий волосы за ухо, но лишь зря это сделала. Ведь забылась, что на моём пальце красуется чужое кольцо. Логан и это заметил, ведь его взгляд тот час же поменялся, стал колючее, стал злее, стал ещё опаснее. Аура Логана разбушевалась, что даже я ощутила её отголоски. Глупая, какая же я глупая.

— Носишь его кольцо, а оды любви поешь мне, столько хладнокровия было в его словах, что словно меня ударили. Спрятала руку за спину, но Логан не дал это сделать. Стал рассматривать, пристально следя за мной.

— Логан, он усмехнулся, качая головой.

— А я дурак думал, что ты любишь меня, но это снова твоя игра да, моё сердце пропустило удар. Что он говорит, почему не понимает. Почему не даёт сказать. Задело, конечно же его это задело, ведь там должно быть его кольцо только его, а не Джордана. Во рту всё пересохло, он продолжал удерживать мою руку, вопросительно смотря на меня.

— Это не так, прошептала, мой голос задрожал на этом слове. У него на лице появился оскал, словно волк смотрит на меня.

— Что не так, его голос повысился.

Он не дал сказать, а вместо этого отошёл от меня. Взглянула на его спину, которая была так напряжена, я вижу всё его мышцы, ни бугрятся так сильно, что становится не по себе. Я подошла к нему, робко прижалась к его широкой спине, обняла. Он вздрогнул, словно от прикосновения огня, резко развернулся, впиваясь в меня горящим взглядом.

— Сними его кольцо,– бросил он резко, его голос звучал хрипло, сдавленно. Я сглотнула, чувствуя, как ледяная волна страха пробегает по спине. Я попала в ловушку. Я не могу снять это кольцо. Никогда. Я слабо покачала головой, видя, как расширяются его ноздри, как он начинает часто дышать.

— Не снимешь, значит? А где же мое кольцо, милая? Где?– Он схватил меня за плечи, грубо встряхивая.

— Если любишь – сними его. Если нет – уходи,– сказал он, указывая на дверь. Его слова, холодные и резкие, как удар ножом, пронзили меня насквозь. Я отрицательно покачала головой, прижимая руки к груди. Нет! Он не может так поступить! Не может так просто вычеркнуть нас! Он любит меня! Я знаю, что любит! Так почему он прогоняет меня? Почему не дает даже шанса объясниться? После этой ночи, где я стала его.

— Логан– Я хотела взять его за руку, прикоснуться к нему, умолить, но он отдернул руку, грозно глядя на меня. В его глазах плескалась боль, отчаяние и что-то еще, что я не могла понять. Паника сжимало горло, не давая дышать. Слезы жгли глаза, грозя хлынуть потоком. Что мне делать? Как доказать ему свою любовь, если я даже не могу снять это проклятое кольцо?

— Специально придумала это всё, чтобы заманить меня вновь? Чтобы вновь получить какую-то информацию? Тебя специально послали?— Я опешила от его слов, моё сердце замерло. Не понимала, всерьёз он это говорит или нет, или это просто его гнев говорит за него.

— Не говори так, не надо,— качала я головой, пытаясь донести до него правду.

— А как надо?— Он поддался вперёд, его тело нависло надо мной, припечатывая меня к груди.

— Я тебя люблю и всегда любила, — сказала я ему, и его глаза опасно загорелись, словно в них вновь вспыхнул тот дикий огонь, который я видела раньше.

— Где эта любовь, о которой ты говоришь? Думала, что подаришь мне себя, я всё прощу?— Я вздрогнула от его слов, всматриваясь в него. Он часто дышал, его взгляд был горячим, обжигающим, но не от желания, а от какой-то раненой ярости. Не мог он так говорить, не мог он так думать обо мне!

— Твой ведун прислал тебя, чтобы запудрить мне мозги, а сам вновь там что-то вытворяет?— Не выдержав, я ударила его по лицу. Звук пощёчины эхом разнёсся в тишине. Слезы катились по щекам, смешиваясь с болью. Так вот как он обо мне думает. Всё это,это.Что же тогда было ночью? Почему тогда он так любил меня, если сейчас не верит мне ни единому слову? Его глаза сузились, его взгляд стал жёстким, а руки на мне сжались, сильнее, чем раньше. Я вздохнула, видя, как он сглотнул, его кадык дёрнулся, и я поняла, что он на грани.

— Он тут не причем, поверь мне прошу— прошептала я, почти умоляя, её слова были обрывками, вырвавшимися из глубины души.

— Я же сказала, что тебя люблю. Прижалась к нему всем телом, пытаясь донести это прикосновением, чтобы он почувствовал, чтобы понял, насколько эти слова правдивы. Слезы жгли глаза, щипали веки. Я боялась, боялась, что не поверит, что всё напрасно.

— Поверить? После того, как ты предела меня— Ещё один удар, на этот раз прямой, безжалостный. Я вздрогнула, взглянув на него с чистой обидой в глазах. Эта несправедливость была невыносима.

— Я не предавала, я не могла иначе пойми меня, сказала я, мой голос, хоть и дрожал, был полон искренности. Он усмехнулся, его рука нервно зарылась в свои волосы, и этот жест говорил о его внутреннем напряжении, о сомнениях, с которыми он боролся.

— Не могла иначе, почему не доверилась мне сразу, а бегала от меня. Почему изначально противилась нашей связи. Не признавала её, когда я круги наворачивал около тебя. Ещё доводы нужны? Значит Оуэн был прав, ты бросила меня,как всё. А сейчас примкнула к тому, кто сильнее твоего горе-жениха, а? После всего поняла, кого потеряла — Он продолжал добивать меня своими словами, каждое из которых вонзалось в сердце как нож. Его обвинения были несправедливы, жестоки, и я чувствовала, как весь мой мир рушится под их натиском.

— Так вот ты какого мнения обо мне, Логан Дикий, — прошептала я, прижимая руки к груди, пытаясь удержать ускользающее сердце. Его слова жгли, ранили до самой глубины. Он не простит, даже если узнает правду, не простит. Его обида, его гнев были слишком сильны, слишком глубоки. Я закрыла глаза, потому что мне было невыносимо больно от его слов, от его обвинений.

Не сможем мы быть вместе, не получится. Слишком много ошибок, слишком много боли, слишком много обиды друг у друга. Закрыла глаза, сдерживая слёзы, которые грозили пролиться, не желая, чтобы он видел мою слабость.

— А ты любил меня, или тебе нужно было только одно от меня? Придерживала одеяло к груди, срываясь. Выпалила я, чувствуя, как этот вопрос, который так долго держала в себе, наконец, вырвался наружу. Он зло усмехнулся, скрестив руки на груди, его взгляд был холоден, как лёд.

— Я грезил тобой, грезил тем, что могло быть. Получил то, что хотел, то, что должно было быть по праву моим. Снова удар от его слов, теперь уже сокрушительный. Моя голова опустилась, я сжимала руки, ногти впивались в ладони от обиды на него, от бессилия. Всё это время он думал только о мести, о том, чтобы сделать мне больно, а я, я любила его. Боль была физической, пронзающей, но ещё больнее было осознание того, насколько я ошибалась.