— Закончим там. Привяжите меня цепями, чтобы и не думал порываться к ней. Ясно? — я развернулся, смерив его взглядом, который не терпел возражений. Он усмехнулся, качая головой, его взгляд был смесью беспокойства и восхищения.

Зачем тебе это? Помнится, ты прогнал её, — напомнил он.

— Хочу искупить свою вину перед ней — сказал я ему, и в моих словах была не ложь, а правда. Натягивая на себя доспехи, я чувствовал, как каждая пряжка словно запирает внутри меня зверя, который вот-вот вырвется наружу. Я не просто хотел искупить вину. Я хотел забрать своё. Моё. И мне было плевать, какую цену придётся заплатить.

Грозно восседая на лошади, мы приближались, чем ближе, тем мой рык был сильнее. Что я буду делать после, что будет потом с нами. Простит ли она меня, или же нет. Поэтому я должен сделать всё, чтобы спасти её отсюда, чтобы вытащить. Она не выдержит, не сможет справиться. Моя Серенка, сглотнул, закрывая глаза.

— Зачем согласилась выйти за него замуж, зачем, что тебя заставило девочка моя, шептал я, сжимая в руках её цепочку. Намотал на кулак, целуя.

Зима, холодало, но было плевать. Я не отступлюсь.

— К бою, приказал своим волкам, когда показался замок. Они ринулись вперёд, убирая охрану. Началась заварушка, я же должен найти её, должен. Усмехнулся, представив её реакцию.

Крики, вопли, всё это было позади меня.

— Прикроешь, спросил у брата, Хьюго кивнул, усмехаясь.

— Забери её уже, надоел со своей хмурой рожей, усмехнулся, отстреливаясь стрелами в врагов. Они не ожидали, были застигнуты врасплох.

— И я тебя люблю брат, с этими словами пробирался по замку, принюхиваясь, её запах усилился. Сглотнул, сжимая сильнее лук со стрелами.

Дверь, поворот, и нашёл. Около комнаты стояли двое охранников. Но даже они мне не помешали, ничто не остановит меня перед моей целью.

Вырубил их не стоило ничего. Буквально выбил дверь, которая с треском слетела с петель, и моё дыхание остановилось. Служанки, которые порхали над Сереной вскрикнули. Мой взгляд, дикий и голодный, был прикован только к ней. К моей Серене.

Серена вскочила, её глаза, полные удивления и чистого страха, уставились прямо на меня. В них были слёзы, невысказанная обида и такая глубокая боль, что я почувствовал, как что-то внутри меня сжимается. Я сглотнул, мой взгляд скользил по ней: она была в белом платье, расшитом жемчугом, волосы завиты и распущены по плечам, а на голове – фата, почти прозрачная, но такая символичная. Мы продолжали смотреть друг на друга, не в силах оторваться, и в этот момент весь мир вокруг замер, существовали только мы двое, и безмолвный вопрос в её глазах.

Pov. Логан

— Вон пошли, крикнул в сторону служанок, не отрывая взгляда от Серены. Между нами повисло напряжение. Сглотнул, стоило осмотреть её.

— Замуж собралась? Забыла чей изначально должна быть невестой — не мог не задеть её этими словами, и каждое из них было пропитанно моей собственной болью и злостью. Я продолжал стоять на месте, широко расставив ноги, словно врос в пол, и даже адские крики, доносившиеся с улицы, лязг стали и стоны раненых не могли отвлечь меня от её лица.

Я изучал её, каждую черточку, каждое подрагивание мышц,словно пытаясь понять о чем она думает. Она сжала ладони в тугие кулаки, ногти впивались в кожу, и смотрела на меня с таким вызовом, что сердце моё сжалось, а затем вспыхнуло новой яростью.

— Тебе какая разница, волк?!— её голос был низким, дрожащим от ярости . Я усмехнулся, горько, почти безумно, и одним широким шагом преодолел между нами расстояние. Она же стояла на месте, вжавшись в себя, маленькая, но такая непокорная, моя Серенка. Моя, и это слово билось в висках, перекрывая всё.

— А вот есть, представь — прохрипел я, голос сорвался на шёпот, полный мрачного триумфа, и с этими словами, не давая ей опомниться, закинул её на плечо. Её тело было лёгким и податливым, и я почувствовал её удивлённый, надломленный крик, который тут же утонул в лязге боя.

— Отпусти меня! Уходи!— она била по моей спине кулаками, её удары были слабыми, я лишь смеялся от этого. В груди всё горело, но это была не боль, а дикая, неукротимая радость. Меня было уже не остановить. Я нашёл её, и в этот момент больше мне ничего не нужно было. Мир мог гореть, но она была здесь, в моих руках.

— Отпусти, Логан! Спусти меня!— её голос над моим ухом прерывался от слёз, но я молчал, лишь сильнее сжимая её, чувствуя её дрожь. Моя рука скользнула по её ягодице, и она вздрогнула, перестала брыкаться, застыла на мгновение. Выйдя на улицу, где драка продолжалась с новой силой, я остановился. Не мог я так это оставить.

Спустил её на землю, но не выпустил из рук. В её глазах, распахнутых и мокрых от слёз, была целая буря эмоций: боль, страх, искорка надежды, которую она так тщетно пыталась скрыть. Я натянул стрелу в лук, который висел на моём плече, и с лёгким щелчком пальцем коснулся её носа.

— Спрячься! — грозно прорычал я, мой голос был низким и утробным, приказывая ей одним звуком подчиниться. Сам же, прикрывая её, стал отбиваться от наседающих врагов. Она продолжала смотреть на меня, её взгляд был полон такого неподдельного удивления, что я едва сдержался, чтобы не схватить её и не унести прочь.

Она сглотнула, испуганно обнимая себя за плечи. Стянул с себя плащ, накидывая его на неё. Она утонула в нём, с болью смотря мне в глаза.

— Зачем ты приехал, прошептала. Уезжай, оставь меня снова, скривился от её слов, сжав её плечи.

— За тобой приехал ясно, она поджимала губы, отрицательно качая головой. Слеза скатилась по её щеке.

— Зачем, шепнула так обречённо. Разве не всё ты решил, зачем делаешь мне больно вновь, говорила она, коснулся ее лба в поцелуе, сжимая в своих руках. Проигнорировал ее слова, понимаю, что ей больно, но все объясню ей, но не сейчас, не сейчас.

​​​— Спрячься, только попробуй сбежать от меня, не выйдет Серенка, я тебя везде найду, подмигнул ей, продолжая обороняться.

Но она и не думала уходить, лишь сжимала мой плащ сильнее в своих руках.

— Я что тебе сказал?!— уже не рык, а громовой крик сорвался с моих губ, когда она не двинулась с места. Она дёрнулась, но вместо того, чтобы убежать, отрицательно покачала головой, и тут же удивила меня, показав свою истинную силу. В её руках, окружённых неземным светом, появился воздушный лук и такие же эфирные стрелы. Серена стала отбиваться, стреляя в ведунов с такой яростью и точностью, что я застыл на мгновение. Её магия была чистой, неистовой, и это удивило меня ещё больше, чем всё остальное. Я мгновенно присоединился к ней, прикрывая её спину, следя за каждым движением врага, чтобы ни одна стрела, ни одно заклинание не ранило её.

— Неужели запомнила все, чему я учил. — спросил я у неё, голос мой был хриплым от натуги и дикой смеси ярости и облегчения. Я знал ответ, конечно, знал, но так хотел услышать это от неё, признание. Когда я прижал её к своей груди, её тело было напряжено, она часто дышала, каждый вздох отдавался в моей груди. Её взгляд упорно избегал моего, она лишь покачала головой, отводя глаза, словно эта правда была слишком тяжёлой.

— Это не из-за тебя, ответила она, так упрямо, разозлило меня ещё больше. В голове вспыхнули воспоминания о тех днях, когда мы с ней дрались, когда я поймал её, когда она, словно дикий зверёныш, пыталась вырваться из моих рук.

— Наклонись! — резко шепнул я ей на ухо, впечатывая в неё свой приказ, и в тот же миг выпустил стрелу в стражника, который пытался обойти нас сзади. Стрела пронзила воздух с сухим свистом, и враг упал, не издав ни звука.

— Осторожно родная, не переживу, если с тобой что-то случиться — не унимался я, чувствуя, как злость смешивается с восхищением. Ее глаза округлились, когда она услышала это. Мы смотрели друг другу в глаза, люблю, люблю ее. А ее же застыли слезы. Пальцем провел по лицу, смахивая слезинку.