Я поздоровалась и не получив ответа, вопросительно посмотрела на Степу. Тот опустил глаза в пол, сел возле меня на мою кровать и крепко обнял. Я начала напрягаться.

– Май, а ты когда-нибудь искала своего отца? Или каких-нибудь родственников со стороны второго родителя?

– Н-нет, - покачала я головой и боялась надумать того, чего просто не может быть. – Мать сказала бабушке, что отец бросил ее беременную… И я не нужна. Никто никого не искал…

– Майя, - простонал Ник и растер ладонями лицо.

Неужели они могли подумать, что моя внешняя схожесть с Ником – основание полагать, что мы родственники? Это очень глупо…

– Степа, а что происходит? – схватилась я за руку парня, и посмотрела ему в глаза. Ждала его ответа и затаила дыхание. Ну же, скажи, что это просто глупая шутка.

– Майя, мы очень похожи внешне, - прохрипел Ник и встряхнул головой. Парень собрался силами и облокотился локтями на колени. – У нас одинаковые родинки на боках, одинаковый цвет волос и глаз, и вообще… мы сделали тест ДНК.

– Что?! – пропищала я и спрятала лицо на груди у Степы. – Нет, это неправда. Я больше не хочу иметь никаких родственников. И это же бред! Как я могу… и он…

– Майя, тише, спокойно, - успокаивал меня Степа. – Блять, надо было дождаться отца.

– Степ, это же не правда? – искала я ответ в его глазах и понимала – правда. Ник и я… брат с сестрой? Вот это поворот! Не может быть!

– Я оставлю вас, хорошо? – спросил Степа, отстраняясь. Я хватала его за руки, боясь отпустить. – Я буду за дверью, ягодка моя. Позови и я сразу вернусь, хорошо?

Степа вышел из палаты, тихо прикрыв дверь. Я сидела на больничной койке и боялась поднять взгляд на Ника. Время будто остановилось, а воздух вокруг нас сгустился.

Не знаю сколько прошло времени пока мы сидели молча. В итоге Ник встал, подхватил кресло и поставил прямо возле меня. Парень уселся рядом и потянулся к моей руке.

И как мне реагировать? Сколько лет я жила с мыслью, что моя единственная семья – это бабушка, дедушка и семья тетки. С детства мне внушали то, что отца у меня нет, что он бросил мать, а уж приплод ему точно не нужен. И даже подумать не могла, что у меня есть брат…

Конечно, девочкой я мечтала, что меня найдет отец, заберет от тетки, будет любить меня и называть своей принцессой. Со временем я взрослела и поняла, как глупо выглядят мои мечты. Хотел бы – ужа давно нашел. С тех пор я даже не задумывалась об отце.

– Май, - позвал меня Ник. Парень дотянулся до руки и слегка сжал пальцы. – Я в таком же шоке, как и ты.

– Что теперь будет? К-как..?

– Не знаю. Я всю жизнь жил с мыслью, что у меня только отец есть. А тут такие новости. И если убрать все эмоциональные потрясения, то я рад, что у меня есть сестра.

– Я не знаю, что сказать, Ник, - сжала его ладонь в ответ. – Столько всего навалилось: мой переезд, учеба, Степа, моя неадекватная сестра, больница… и ты…

– Мы же можем просто общаться? Я понимаю, что нам не по пять лет, чтобы делиться игрушками и вместе есть мороженое. Но мы могли бы попробовать узнать друг друга получше. Я не давлю на тебя, ведь и сам нахожусь в растерянности. Но мне хотелось бы иметь такую сестру, как ты.

– Мы… - думала я и не знала, что ответить. Мы и правда можем просто общаться, привыкнуть друг к другу, найти точки соприкосновения и даже подружиться. – Можем.

– Хорошо, спасибо, - несмело улыбнулся Ник и рассмеялся. – Это я такой нерешительный. А вот отец… Если он будет слишком давить, то ты можешь жаловаться мне на него, как старшему брату.

– Не думаю, что ему нужна взрослая дочь. За столько лет…

– Не делай выводов, пока не выслушаешь его, хорошо? Мой… наш отец тоже имеет право высказаться, - перебил меня Ник.

– Мне неловко как-то, - призналась я. – Но в детве я мечтала о старшем брате. Ну знаешь, типа я такая вся девочка-припевочка, а старший брат у меня защитник. Хм…

Ник рассмеялся, и атмосфера вокруг нас моментально разрядилась. Стало легко и хорошо. Ну правда, что я так разнервничалась?

– Теперь-то у тебя есть я. И если Карась будет обижать, то можешь жаловаться. Так и быть, набью ему рожу, - подмигнул Ник.

– Нет, ты что?! – возмутилась я. – Степа хороший. И…

– Влюбилась в него? Он на тебя запал с первого взгляда. Не думал, что так бывает. Особенно в случае Карася, - посмеялся Ник. – Он хороший парень, правда. И ты девочка-припевочка… А я теперь ревную.

– Да ладно…

– Пропустите меня! Я ее опекун! – услышала я голос тетки из коридора. – Пусти говорю! Ты кто такой, щенок?!

– О, вот и другие родственнички подъехали, - ухмыльнулся Ник и развернулся корпусом к двери. Его расслабленность моментально испарилась и передо мной уже сидел не веселый парень, а мужчина, в глазах которого стыл лед.

Степан

Оставил Ника и Майю наедине. Пусть поговорят, а я пока позвоню отцу и узнаю, что там с бабушкой моей девочки. Майя ранее делилась, что ее бабушка – единственная, кто ее любит искренне. И именно с подачи бабушки Мая решилась уехать в Москву на обучение.

Набрал номер отца, но тот сбросил. Нахмурился, набрал еще раз.

– Если я сбрасываю, значит не могу говорить, - сказал на ухо отец и хлопнул меня по спине. – Что такое?

– Не ожидал, что приедешь. Ты позвонил бабушке Майи? Как она? Должно быть до них уже дошли новости, - переживал я.

– Да, и быстрее, чем мы предполагали, - ответил отец и опустил взгляд в пол. – Ее бабушка, Алевтина Григорьевна, в больнице. Видимо эта Карина позвонила матери, а та…

– Что с бабушкой?!

– Алевтину Григорьевну перевезли из районной больницы в Самару. Сердце прихватило, но приступ купировали. Сейчас уже все в порядке. Пашка распорядился, я проконтролировал. Сам понимаешь, на расстоянии тяжело заниматься такими делами.

– Хорошо, но Майе пока говорить не стоит. Она только недавно пришла в себя, - кивнул я отцу, а сам думал, как обрушить такие новости на ягодку… Для нее это будет ударом.

– Фирсов скоро приедет, - сказал отец и рассмеялся. – Вот от кого нужно спасать твою девочку!

– Ник уже в палате, - кивнул я в сторону двери. – Подумал, что им стоит поговорить наедине.

– Хуево ты подумал, сын, - ответил отец и по-доброму улыбнулся, а я опешил. – Не умеешь ты плести интриги. И это хорошо, конечно. Пораскинь мозгами, Степ. Фирсовы нашли свою дочь и сестру. И они по-любому не захотят оставлять ее. И если Ник еще достаточно гибкий, то Фирсов-старший сделает все для своей найденной дочери.

– Она взрослая девушка и сама сможет решить, как ей жить. Тем более Майя недоверчивая, так просто к себе не подпустит, - поделился мыслями с отцом.

– Ты плохо знаешь Фирсова. Если он нашел дочь, то заберет ее любой ценой. А это не нравится уже мне. Мы друзья с ним, как и вы с Ником. Хотелось бы сохранить дружбу, а не играть в Монтекки и Капулетти.

– К чему ты клонишь?

– Если хочешь забрать Майю к себе, то нужно опередить Фирсова. Этот старый жук найдет на нее рычаги давления, подкупит, окружит заботой. А ты…

– Майя – моя девушка. И если бы не я, то он бы никогда не узнал, что у него есть дочь! – возмутился я и старался не кричать.

– И он будет тебе благодарен, согласен. Но и ты не должен оплошать. К моменту, когда Майя выйдет из больницы, твоя квартира должна быть готова, мебель расставлена, продукты закуплены, а Майя… должна будет выбрать тебя, ясно?

– Я понял, о чем ты говоришь, пап, - выдохнул я и прикрыл глаза. – Не думаю, что с этим будут проблемы.

– Не оплошай, - подмигнул отец. – Пиздец, мой сын влюбился! Подумать только!

– Ой, прекрати, бать! - посмеялся я, а сам покраснел.

– … кто будет оплачивать это все? С каких пор нищих студенток-сироток определяют в такие клиники... – ворчала проходящая мимо женщина. Она была одета в простые синие джинсы, какую-то яркую блузку в крупный горох и объемную вязанную кофту.

– ну точно ебыря нашла… сука безродная…