— Я сделала это, — шепчу я.

— И ты сделаешь это снова, если поедешь со мной в Италию. — Он ухмыляется, прежде чем стянуть с меня лифчик и нырнуть внутрь, чтобы пососать мой сосок. Я расстегиваю крючки сзади и позволяю одежде упасть, прежде чем запустить пальцы в его волосы, чтобы притянуть его ближе. Он поднимает меня сзади за бедра, и я держусь за его волосы, как за поводья.

— Север! Твоя лодыжка...

Моя спина мягко приземляется на кровать, прежде чем я успеваю закончить, и я плюхаюсь на нее, хихикая. Он нависает над моей грудью, и его глаза улыбаются мне, но он не отрывается от моего соска, пока ласкает и дразнит его. Его пальцы погружаются в пояс моих леггинсов и стрингов, прежде чем стянуть их вниз ниже колен.

Я отбрасываю их ногой до конца, пока он прокладывает путь языком к другой моей покрытой мурашками вершине. Его пальцы слегка пощипывают мой влажный, рыжевато-коричневый кончик, в то время как его зубы впиваются в другой твердый алмаз. Мои ногти впиваются в его кожу головы, притягивая его невозможно ближе, и мою киску покалывает от звука того, как его другая рука расстегивает молнию.

Хотя я не могу видеть это под таким углом, я чувствую, как его член выпирает из боксерских трусов. Его теплая длина прижимается к внутренней стороне моего бедра, и я раздвигаюсь для него, когда он поднимается на колени на кровати.

— Скажи, что поедешь со мной, Тэлли. — Его рычащая мольба обдает горячим дыханием мою чувствительную грудь, и я дрожу от восторга. — Скажи, что поедешь со мной в Италию.

Он набирает полный рот и сильно сосет. Я вскрикиваю один раз, прежде чем моя грудь всплывает.

— Скажи, что поедешь в Италию.

— Пока нет... — Я пою.

— Хорошо, если ты не скажешь этого, я заставлю тебя почувствовать себя так хорошо, что ты будешь умолять пойти со мной.

— Делай все, что в твоих силах, Северино.

Он исчезает из моей груди, оставляя за собой порыв холодного воздуха, прежде чем нырнуть между моих ног.

— Сев!

Его язык скользит по моему центру, и я запускаю руки в его волосы, пытаясь расположить его там, где он мне нужен. Но он уже знает мое тело лучше, чем я сама, и его острый язычок обхватывает мой клитор, в то время как один длинный, толстый палец проникает в скользкий вход.

Я нахожусь на грани экстаза еще до того, как он просовывает в меня кончик пальца, и мои глаза закатываются от нового ощущения. Оно все состоит из языка и пальцев, массирующих мои самые чувствительные зоны. Мое тело напрягается, бедра сжимают его голову, и как раз в тот момент, когда я собираюсь взобраться на вершину, он снова исчезает.

— Сев! Что за...

Он заполняет мое поле зрения, когда ложится на меня и раздвигает мои ноги своими коленями. Инстинктивно я обвиваюсь вокруг него как раз перед тем, как его член погружается в меня.

— Блядь, Тэлли.

Мы оба стонем, и я подныриваю под его руки, чтобы схватить его за плечи. Один долгий, медленный толчок — это все, что нам обоим нужно, чтобы привыкнуть, а затем он становится неистовым. Он входит в меня с головокружительной скоростью, и я держусь за него, пытаясь встретить его толчки.

Но это бесполезно, и он сжимает верхнюю часть моего бедра, чтобы заставить меня лежать смирно, чтобы он мог управлять. Его пальцы впиваются прямо в один из восхитительных синяков, которые он мне оставил, и я вскрикиваю.

— Скажи мне, что ты помнишь стоп-слово, Тэлли. Просто скажи это, и я сбавлю скорость.

— Это наш цветок, — отвечаю я, не желая даже дразнить его словом, которое заставит его притормозить.

Он запинается. Его глаза расширяются, а лицо смягчается от моего ответа. Два медленных, глубоких удара, и кажется, что он не знает, как реагировать. Но в мгновение ока темная, дикая потребность сменяет выражение его лица, и он сжимает мои синяки так сильно, что они начинают болеть. Боль отдается прямо в мой клитор, когда он ударяет по этому месту глубоко внутри меня снова, и снова, и снова. Все это превращается в блаженство, и мои ногти впиваются в верхнюю часть его плеч, ноги сжимаются вокруг его поясницы, и мое тело превращается в одно вибрирующее ощущение, когда вся я напрягаюсь и готовлюсь взорваться.

— Открой глаза, dolcezza. Посмотри на меня, когда я заставлю милую Тэлли кончить.

Мои глаза распахиваются, и я вижу, что он смотрит на меня сверху вниз.

— Вот ты где. Я скучал по этим глазам.

Его толчки замедляются, по мере того как его член легко входит в меня и выходит из меня.

— Они были закрыты всего на несколько секунд, — тихо стону я.

— Секунды без тебя — это целая жизнь. Однажды я уже прожил одну без тебя и больше не хочу. Скажи, что поедешь со мной в Италию, Тэлли. Скажи это, или я похищу тебя снова и ни о чем не пожалею.

Его лицо абсолютно серьезно, но я не могу удержаться от смешка.

— Ты даже не пытаешься притвориться, что шутишь.

Он качает головой.

— Потому что я не шучу.

Мое сердце замирает, когда его взгляд полностью захватывает мой. Я крепче обхватываю ногами его спину и провожу руками по впадинам и выпуклостям его мышц, не забывая коснуться стебля и лепестков тюльпанов по бокам, прежде чем снова положить руки ему на плечи. Его член скользит по моей сердцевине глубокими, мощными движениями, изгибаясь прямо там, где я жажду его.

— Тебе не обязательно похищать меня, Север. Я люблю тебя, и я уже твоя.

— Sei mia, — рычит он. — Ты моя, а я твой.

Его ритм снова ускоряется, но остается в темпе, за которым я могу угнаться. Наши тела всегда говорили лучше всех, и сейчас они берут верх. Его пресс двигается, как шелк, на моем мягком животе, а плечи сильные под моей хваткой. Мои соски касаются его груди, снова превращаясь в алмазы от трения. Мысленным взором я практически вижу тот холм эйфории, на который собираюсь взобраться, когда мои мышцы напрягаются, а низ живота сжимается.

— Север… Я собираюсь кончить.

— Кончай со мной, dolcezza.

Его рука перемещается, чтобы положить большой палец на мой клитор. Он задевает маленький пучок нервов и ускоряет свои толчки, доводя меня до крайности. Мои ногти впиваются в его плоть, и я притягиваю его ближе, упираясь пятками в его задницу. Я стону вместе с ним, когда он рычит мое имя прямо перед тем, как укусить меня в шею.

Мир исчезает, когда мое тело содрогается от волн оргазма. Его толчки становятся неглубокими, пока он не входит в меня, обхватывая моими бедрами свою широкую талию. Он стонет у моего уха, когда кончает, слегка подрагивая с каждым взрывом оргазма внутри меня.

— Блядь, Талия.

Он падает рядом со мной, но удерживается, уперевшись предплечьями по обе стороны от моей головы. Мы дышим в такт друг другу. Он вдыхает, когда я выдыхаю, затем он выдыхает, когда я вдыхаю. На несколько мгновений мы погружаемся в тишину, прежде чем он оставляет целомудренный поцелуй на моем лбу.

— Позволь мне увезти тебя в Италию, — шепчет он, прежде чем приникнуть к моим губам. — Я хочу услышать, как ты произносишь эти слова. — Я пытаюсь прикусить его губу, но он уклоняется. — Никаких клыков, vipera. Не в этот раз. Уезжай со мной, детка. Там мы все будем в безопасности. Мы поженимся на винограднике, под которым не похоронен ни один из наших врагов...

Я хихикаю, но он целует меня, заставляя замолчать, прежде чем продолжить:

— Мы выпьем хорошего вина. Вы с Джио испечете мне и нашим детям печенье и канноли с фисташками. — Я делаю глубокий вдох, и он улыбается мне в губы, зная, что теперь я именно там, где он хочет. — Мы будем жить долго и счастливо, как того заслуживаем, прямо как в твоих мюзиклах.

Мое сердце замирает. Мы знали, каким будет мой ответ, еще до того, как начали петь и танцевать, но раз он меня так спрашивает? Как я могла отказать?

В конце концов, я киваю и улыбаюсь вместе с ним.

— Увези меня в Италию, Север. Подари нам наше счастливое будущее.