Неужели всё пропало и выяснить ничего нельзя? К счастью, всё не так. Тут-то нас и выручают жрецы Амона — и сохранившийся от них в нас жреческий дух. В древние времена в различных храмах принято было обустраивать мистерии — Элевсинские мистерии тому пример. Можно предположить, что все эти мистерии античных времён произрастают от одного корня из совсем седой старины — в смысле как храмовый обычай. Понятно, что мы намекаем на культ Амона.

Смысл мистерии — это показать участникам-новичкам, то есть тому контингенту, из чьего числа будут отбирать учеников в жрецы, какие-то сцены из жизни бога. В случае бога Амона надо показать сценки из жизни аммонитов и их симбиотических партнёров. Показать парадоксальные их поступки, объяснить которые можно только симбиотической связью. Кого тронет мистерия — тот годится в ученики жрецов. Значит, самое главное, его подсознание, для этого подходит. А вот кто начнёт непроизвольно смеяться или корчить рожи наподобие упомянутых двух директоров палеонтологических музеев — тех долой. Как говорится, позвольте вам выйти вон.

Гений - это тот, который

в состоянии воспользоваться

ресурсами своего подсознания,

в смысле проникнуть по

механизмам родовой памяти

в глубины прошлого.

Но аммонита или плезиозавра привлечь к мистерии не получится — их больше нет. Нет в смысле в виде той их визуальной формы. Вынужденно их надо заменять людьми. Не первыми попавшимися, понятно, а избранными.

Вот из духовных потомков жрецов, которые прошли через инициацию мистерией, возможно, и образовались предки будущих актёров легендарных бродячих театральных трупп. Можно назвать их и скоморохами. Вспомним Гамлета, как благоговейно он взял в руки откопанный череп королевского актёра Йорика, лучшего из лучших. Таких актёров, с философскими наклонностями, называли ещё шутами. Есть подозрение, что шут Йорик был не просто скоморохом, но и духовным отцом Гамлета, или его тайным наставником — отсюда у Гамлета и такое благоговение к черепу Йорика. Как-никак отец — духовный.

Что удивляться, что с годами Гамлет, принц датский, отправился странствовать в составе бродячей труппы актёров, — а потом они столь странным образом пришли к нему на помощь. Это мы на основе текста «Гамлета» Шекспира показали в нашем ролике…

Но с точно таким же смыслом Гамлет мог взять в руки и аммонит. А вот если бы Гамлет взял в руки череп плезиозавра или хотя бы его зуб, то смысл происходящего был бы совсем иной. И внутреннее состояние Гамлета было бы иное. Но не противоположное. К зубу, черепу или позвонку плезиозавра у потомков жрецов Амона или просто у мудрецов каких-либо удалённых от Древнего Египта народов отношение уже смешанное. Ибо плезиозавр — это прообраз, как мы увидим ниже, красного дракона. Не чёрного или белого, а только красного. Того самого, с кем «Ланселот» управляет народами ради их развития.

Оно, конечно, немалый вопрос: а где происходили эти древнейшие жреческие мистерии? Так ли уж все внутри храма бога Амона? А может, самые ответственные происходили на месте палеонтологических раскопок, в местах, где можно найти одновременно и аммониты, и плезиозавров? Лично мне кажется, что мистерия намного больше бы тронула, если бы дело происходило на месте подобных обнажений. И слово-то какое применяют: обнажение.

Из этого соображения следует, что и в наше время некоторые из оказавшихся на месте палеонтологических обнажений будут вести себя очень странно. На первый взгляд неадекватно. Или, наоборот, сверхадекватно — с точки зрения мистерии. Такое впечатление, что обнаружение костей плезиозавра, причём в разных местах карьера, там, где прежде их никто и никогда не находил, — это событие как раз из искомого сектора подсознания.

Как бы то ни было, в мистериях в храме ли бога Амона, на месте ли обнажений или раскопок, в любом случае основными персонажами были «дракон» и «Гамлет». Можно сказать и иначе: дракон и Ланселот. А можно сказать: Ромео и Джульетта, которые суть дракон с одной стороны, и мудрый монах Лоренцо — с другой, который суть Гамлет или Ланселот.

Таких корней творчество должно производить особенно сильное воздействие — плюс казаться особенно красивым и даже прекрасным. А то ведь есть немалая загадка в литературоведении относительно содержания «Гамлета» Шекспира. Совсем посредственностям всё кажется понятным: типа сын ревнует мать к её сожителю — и все умирают. Но чем крупнее литературовед, тем больше он приходит к выводу, что, вообще говоря, непонятно, о чём, собственно, он, этот удивительной силы «Гамлет». Некоторые доходят до того, что делают вывод, что «Гамлет» вообще ни о чём. Но тогда непонятно, а чего это от «Гамлета» столь сильное впечатление высшей красоты? Но всё становится понятно, если догадаться, что Гамлет — это духовный потомок аммонитов.

Понятно, что это ощущение высшей красоты передаётся не только Шекспиром, но и прочими театральными и кинематографическими гениями вроде Мольера или Михаила Булгакова.

Гений — это тот, который в состоянии воспользоваться ресурсами своего подсознания, в смысле проникнуть по механизмам родовой памяти в глубины прошлого. Впрочем, в глубины не столь уж и далёкие — времён мистерий народа Амона.

Глава

12

«Гамлет»

и

жреческая

палеонтология

Жреческая палеонтология — система знаний, чрезвычайно практичных в целом ряде приложений.

Гамлет

Точнее сказать, во всех приложениях. Поясним одно из приложений на при- мере «Гамлета» Уильяма Шекспира. Забегая вперёд, скажем, что невозможно понять, что происходит в «Гамлете» без привлечения идей жреческой палеонтологии, в частности, темы двух видов смертей, соответственно, и темы методов палеонтологического убийства тоже. И эти знания важны не только для правителей высшего эшелона вроде сверхуспешных Елизаветы I, Черчилля и Сталина, как то может показаться из их отношения к Шекспиру, но и вообще для любого человека. Это вообще новая для нашего общества мысль, что Шекспир и жреческая палеонтология — это почти одно и то же. Формы разные, а суть одна.

Все помнят, как Офелия таки рельефно страдала по поводу смерти отца, который умер от удара шпаги Гамлета. Тому, кто бы сказал, что Офелия смертью отца действительно расстроена, Пуаро, специалист по побудительным мотивам людей, усмехнувшись, сказал бы: «Забавно!» В самом деле, экзальтированное поведение Офелии означает только то, что она к смерти отца причастна напрямую и опасается, что другие об этой её причастности догадаются. Если рассуждать упрощённо, то опасается, что другие смогут разглядеть на её лице довольство от достигнутого. То есть организатор убийства — она. За каменным лицом спрятаться трудно, потому что оно не каменное. Вот Офелия и пытается скрыть прописанное у неё на лице удовольствие по поводу смерти отца за маской экзальтированного горя. Типичное поведение, типичное. Это как изменяющая жена бьётся в деланой истерике на могиле отравленного ею мужа.

Но ведь мы точно знаем, что Офелия не имела никакого отношения к смерти первой своего отца. А значит, раз она к убийству своего папаши-подхалима причастна, то только к палеонтологическому. Причастна к смерти второй.

Полоний, папаша Офелии, напомним, был убит Гамлетом, который вслепую ткнул шпагой в ковёр, за которым прятался Полоний. А прятался Полоний за ковром из подхалимских соображений, подхалимничал перед порочной королевой. Подхалимничал вместо того, чтобы её как врага народа или умертвить смертью первой, или оживить в смысле жизни вечной, то есть спасти от смерти второй. Не можешь решиться на такие в интересах народа действия или боишься, так попросту покинь дворец. Идеальный маршрут побега — присоединиться к труппе бродячих актёров. Если они примут такое в свою команду. Гамлет в своё время уходил по этому маршруту — и его приняли. Есть такое мировоззрение: из любого кризиса сворачивай на путь духовного роста.