— Нормально, — ответил с напряжением, так как был сосредоточен на своём занятии. Одной рукой держал лопатку, а второй придерживал ручку сковородки. — Почти готово, кажется.

— М-м-м, и правда. Да ты мастер.

Я фыркнул на такое замечание, а Орисалар положил ладони на мои плечи, будто собираясь заглянуть в сковородку и случайно не помешать. Но дальше я ощутил на своей щеке влажное прикосновение. Этот придурок просто подошёл ко мне со спины, приобнял и поцеловал!

Меня тут же наполнил гнев, а рука, которая только что держала сковороду, сжалась в кулак и влетела в челюсть Орисалару снизу вверх. Просто потому что он находился именно с этой стороны. Будь с другой, наверное, огрел бы лопаткой.

Я тут же обернулся и увидел его, сидящего на полу с лицом, перекошенным от боли. Рот приоткрыт, рядом ладонь, и кровь, стекающая по подбородку. Похоже, он себе часть языка прикусил, или откусил даже.

— Ещё раз так сделаешь, — в моём голосе сочилась ярость, — я тебе ноги раздроблю. Ясно? И так, чтобы потом потребовалась операция по сбору каждого обломка. Так просто не излечишься.

Он испуганно закивал и наконец прикрыл рот, чтобы сглотнуть кровь. Ну а я довольно улыбнулся и протянул ему руку. Ту самую, которой ударил.

— Вставай давай. А то пирожки подгорят.

Как раз в этот момент раздался сигнал от духовки. Он взял мою руку и поднялся, чтобы тут же поспешить к своим пирожкам.

На этом инцидент был исчерпан.

Я пробыл в Найатисе лишь три дня, после чего направился к Алдаласару — ещё одному эльфу, попавшему в омут этого места. По крайней мере, всё указывало на это.

По пути я много размышлял о своём прошлом, настоящем и будущем. Являлись ли Болота для меня Рубиконом? Сводит ли это место меня с ума, или нет? Или я давным давно рехнулся, когда принял решение стать учеником некроманта, чтобы постичь запретное знание? Каким будет моё будущее? Что я вообще творю? Зачем лезу во всё потустороннее с головой? Ради интереса? Если у Руалианета иррациональное стремление к заботе о ком-то, то у меня не менее иррациональное стремление к познанию. Я хочу докопаться до сути магии, сути мира. Понять, как всё работает, по каким принципам, «взломать код». Тогда, имею ли я право судить Руалианета, называть его идиотом? Сам то далеко от него ушёл?

Мне ясно лишь одно: нужно быть аккуратнее. Не то, чтобы я не следил за берегами, как раз наоборот, старался оглядываться по сторонам и не переходить черты, которая сделала бы меня откровенным психом, либо поставила на кон жизнь и здоровье. И всё же, надо пытаться хотя бы создавать видимость нормального. По крайней мере, пока не стану архимагом, ну или хотя бы магистром. Тогда мне простят многое. Пока не начну крошить всех направо и налево.

Я присел, набирая воды из родника в свою бутылку. Мне всегда нравилась именно такая вода, хоть магии в ней немного, но по вкусу она божественна. Причём в разных местах присутствовал свой приятный привкус. Да и сейчас, зимой, благодаря энергии в себе не замерзала, что удобно.

С тех пор, как я начал развивать в себе ощущение препраны, стал замечать странные вещи. Как например взгляд. Почему у демона, животного и эльфа они разные? Но что ещё парадоксальнее, растения меня «ощущали»! Едва уловимо, но я чувствовал исходящие от них волны «видения». Но как не рассматривал деревья, в них не было ничего примечательного, ощущение взгляда же терялось. Будто они чувствовали моё внимание. Хотя Рэй считал, что я выдумываю.

Но с наступлением зимы всё замерло и мои мысли о «разумности» растений стали всё больше восприниматься как бред. Даже болота в этот период становились необычайно тихими, если отсечь фон.

Сходил ли я с ума? По ощущениям — нет. Но разве псих понимает, что его восприятие ошибочно? Возможно, это был мой самообман, попытка хоть как-то объяснить странное поведение Алдаласара. Он был совершенно вменяем и логичен, но в тоже время что-то ускользало от меня. Он скрывает нечто, но что и зачем — нет ни малейшей догадки. И это точно не его безумие! Вот и сейчас, он возился в своём подвале, а я шлялся по его землям.

«Мелкий спирит. Ты же его чувствуешь?» — раздался в голове голос Рэя.

Разумеется, я ощущал его взгляд. Инстинкты и интуиция работают на препране, но пока ещё они для меня тёмный лес. Но хоть как-то умел ими пользоваться. Как и ощущать пространство при необходимости. Как бы это не одно и то же было.

Он прыгнул на одежду и заполз под волосы, чтобы цапнуть за шею в момент, когда я поднялся из сидячего положения. Вот только наткнулся на барьер. Немного помявшись, он попытался затаиться в складках капюшона. Вот только, я его его уже полноценно ощущал, так как находился в границах моей ауры. Он по сути уже был в моей власти. Так что я спокойно закрутил крышку бутылки и отправил её в кольцо, сам же схватил духа.

Тут же раздался противный писк. Спирит напоминал белого червя с четырьмя очень короткими ножками спереди и одним глазом. Видя, что его вопли на меня не влияют, он прекратил вырываться и трансформировался в человечка. Его нога была зажата моими пальцами и потому повис вниз головой. Глаза неестественно большие, весь белый, но довольно приятный по внешности.

— Пусти, пожалуйста. Я не хотел ничего плохого, правда.

На выдумку духи не особо сильны. Который это уже по счёту? Как Айлинайн ушёл к Тайритрону, так как тот его позвал, меня чуть ли не облепили эти мелкие гадёныши. Теперь то я понимал, почему группа Териасета так радовалась, когда моё присутствие их отпугивало. Потому что это дико утомительно и абсурдно. Их однотипное глупое поведение било по морали, приходилось заставлять себя собираться и оставаться внимательным.

Не ответив спириту, я запихнул его в запечатывающую бумажку. Он слишком слаб, мог и реально развоплотиться, а я ведь хотел изучать первооснову души. Такие мелкие твари прекрасно подходили — слишком мало слоёв на них. Да и в один свиток вместить удавалось до тридцати штук.

— Почему ты не используешь клинки?

Внезапно раздавшийся поблизости голос заставил моё сердце пропустить удар от ужаса, но в следующее же мгновение пришло понимание, что он мне не опасен. Потому что его аура прекрасна знакома, как и цвет маны.

«Клянусь, его только что не было как минимум в радиусе ста метров, — отчитался Рэй. — Он появился из ниоткуда, даже не из более низкого слоя».

В который раз, причём. Моему хранителю ни разу не удалось зафиксировать перемещение клона Алдаласара. У меня язык не поворачивался назвать такие совершенные создания големами. Их создатель заслуживает восхищения.

— Потому что они мне не нужны.

— Все ли твои клинки освящены в храме Кореллона?

Я внимательно смотрел на Третьего, так как не понимал, к чему он клонит.

— Все, насколько я знаю. Если ты пришёл сюда, то тебе что-то нужно?

— Хозяин зовёт тебя.

— До ужина ещё не скоро, — удивился я.

— Он желает поговорить с тобой и показать часть своих изысканий. Ты ведь за этим здесь?

На это я мог лишь кивнуть.

Я уже три дня мариновался в поместье Алдаласара, ожидая, пока он освободится. На все мои просьбы он отмалчивался, изредка отнекивался, ссылаясь на занятость и то, что ничего не обещал. По сути, так оно и было. И даже мои уловки никак не помогали, только и оставалось, что слоняться по округе. Оттого внезапное приглашение обрадовало. Но мы шли очень медленно, почти полтора часа и я давно успел унять волнение.

Третий отвёл меня к двери под лестницу и открыл её, после чего начал спускаться вниз. Сглотнув, последовал за ним во тьму. Потому что это была лаборатория Алдаласара! Святая святых! Меня опять начал одолевать мандраж предвкушения.

Наконец, после долгого спуска, внизу появился свет. Вскоре мы оказались в широком коридоре со стеклянными стенами. За каждым — сад. Было очень красиво и зелено, настоящее буйство красок после белой зимы наверху. Ничто не давало намёка, что мы под землёй. Разве что благодаря мягкому фону места я, как маг, мог понять, что место искусственно освещено и преобразовано, примерно как логово одного моего знакомого волка. Даже более того, здесь действительно присутствовало много низкоуровневых духов и протодухов имиэксиелей. Но что давало освещение, я не понимал — в комнатах потолки были куда выше коридора. И светился будто белый молочный туман сверху.