Впрочем, я и сам штурмана не только о навигации пытаю. Как-то после обеда, когда мы с Ледой задержались в салоне, она вдруг спросила:

- Ты не заметил, что Берт меняется?

- В каком смысле?

- Причёска другая.

- Ну и чему удивляться? С такой шевелюрой в снаряжении не слишком удобно.

- И кожа стала более смуглая.

- Так он весь день снаружи!

- Но солнца почти нет!

- А ведь верно! – прикинул я: каждый день понемногу что-то меняется.

- Остальное – пластика, слышал что-то об этом?

- Я же не девчонка! А серьёзно – некоторых парней после тяжёлых ранений было не узнать, лицо меняли. Но для чего это Берту - перестать быть похожим на себя самого?

- Ведь и верно.

Впрямь есть о чём задуматься. Когда увидел Советника в первый раз, тот казался совсем другим, и не только из-за пышной шевелюры и румяных щёк. Теперь кажется, что и форма носа, и овал лица - всё поменялось, даже разрез глаз. Тут же спросил у Дона - нет ли у него изображения нашего Командора в первый день по приезде.

- У меня запрет на фиксацию происходящего.

- Серьёзно?

- Но если Вас интересует, не произошло ли что с внешностью Командора, то скажу «Да».

- А причина?

- Обычная нейропластика.

- Значит, не ошибся!

- Вы смотрите на него каждый день, поэтому не замечаете изменений.

Вот и добавил ясности в туманную картину. Идентификаторов ни у кого из нас нет, и по лицу теперь Берта не опознать. Получается, у него «изменены все контрольные точки», почти как на нашем «Нырке».

- Хорошо, мне менять нечего!

- Ошибаетесь, у Вас то же самое.

- С чего вдруг? Я не принимал никаких медикаментов.

- Вы же проходили медосмотр?

- Да, ещё в заключении.

Вот тебе и раз! Реформация не только для техники! То-то Леда так смотрела на нас при первой встрече на верфи, а я ничего и не замечал. Хотя, моей девчонке как раз меня оценивать не нужно. Как и пиратам - откуда здесь может быть известно о каком-то бывшем военном? Но всё же, как бы случайно ещё раз посмотрел на девушку - нет, она остаётся такой, какая была.

Но она, похоже, забыла, о чём спрашивала, её уже другое волновало. Мы уже шли по причалу, вокруг никого, даже роботов.

- Мне бы тоже измениться.

- Зачем, Летисия?

- Вот именно, не Леда! Ведь моя криминальная карьера закончена.

- Догадываюсь, почему.

- Попав в руки полиции, засветилась полностью, теперь отследить меня проще простого. Сама понимала, что это до поры до времени. Если не давала согласия на идентификацию, меня бы и не найти никогда. Теперь, пожалуй, даже на любой другой планете опознают в два счёта прямо на таможне.

- Неужели так нравилась прежняя жизнь?

- Причём тут нравилась - не нравилась. По-другому никак - так случилось.

- Когда-нибудь расскажешь?

- Может быть, но зачем тебе это знать? А вот улетать отсюда по-любому придётся, только как вывезти свой капитал - не знаю.

- Официально не получится?

- Так ведь сразу попаду на прицел, а кого-то подключать – есть риск остаться ни с чем. Само собой, под арестом перевести с планеты официальный счёт никто не даст.

- А если плюнуть на всё и просто улететь?

- Разве что с пиратами или с тем, у кого есть свой корабль?

- Ты про Командора?

- Дельная мысль, у него есть право на ВИП-причал, и только он владеет космояхтой.

- О чём ты, Леда?

- Об этом потом, просто знай, что есть варианты. А про тебя почему-то сразу подумала, как увидела - ты не такой простой, как кажешься.

- Почему?

- По глазам, наверное.

- Как ты могла определить? Разве что смотрел на тебя глазами голодного котёнка перед миской с молоком.

- Так вот у тебя какие ассоциации со мной!

- Ты же беляночка

- Причём настоящая.

Согласно кивнул, хотя с женщинами нельзя быть ни в чем уверенным, впрочем, как и с мужчинами. Это уже не про интим получается. А Леду тем более бросать нельзя. По-честному и не хочу… Просто не узнаю себя... Может, потому, что готовимся к опасному походу, а живём, как в санаториуме? Да ещё подружка появилась.

Вроде бы так и остался бравым морпехом, пусть и отставным. Но прежде никогда себе такого не позволял. Это даже не про алкоголь, и не про настоящую девчонку, а про то, что поступаю, как захочу. Сам, без приказов и командиров. Конечно, в разумных пределах. И ещё то, что мы здесь порой полностью доверяемся машинам. Мыслимое ли дело - на многочасовом переходе разрешить команде отдыхать, не оставляя вахтенного пультов! Но по-другому как? Нас всего шесть человек, из них две женщины. Нести полноценные вахты не получится - начнётся перегрузка. Поэтому в рубке оставляем дежурного на сутки, благо, бдить приходится не постоянно, только в случае тревоги.

Да и сам себя не узнаю: много думаю, несмотря на заботы. Но каждая минута, проведённая с Ледой наедине, помогает забыть усталость. Это не про близость. Так славно просто держатся за руки, так приятно чувствовать её голову на своём плече Может, это потому, что никогда прежде у меня прежде не было такой возможности? Родители, разумеется, не в счёт, - их не помню. С товарищами - даже и говорить нечего, это совсем не то. Какие бы ни были друзья, с ними так откровенничать не станешь… А женщины… Здесь особо похвастаться нечем, но с Ледой ничем не отличалось от интим-бокса, разве что… Но неважно

Вот так и получается, что внутри меня теперь два человека. Не знаю, которому готов отдать предпочтение. Понятно, что пока не выполним задание, лучше об этом не думать. Но простой и ясный план, имевшийся по прибытии на Бетерон, если не трещит по швам, то, по крайней мере, здорово шатается. Если раньше он был основным, то после прибытия на верфь стал запасным. Сейчас даже не хочу об этом вспоминать, потому что думать приходится не только о себе, но и о Леде, а может, и о ком-то другом.

В первую же ночь на вахте разбудил сигнал тревоги, причём не просто тревоги, а воздушной! Встрепенулся в дежурном кресле - Дон монотонным голосом извещал о приближении цели. Та шла чётко на ангары, на сигналы не отвечала. Успел вскочить и добраться до турели.

- Дон, почему не сбиваешь? Там что, есть кто-то живой?

- Человека точно нет.

- Так что же медлишь?

- Не хочу, чтобы он упал и что-то повредил.

Но вот на периметре базы сработала защита: взметнувшийся фиолетовый луч высветил в небе разорвавшийся огненный цветок, рассыпавшийся лучистым фонтаном.

- Цель уничтожена.

- Дон, вышли дроидов, пусть до утра осмотрят, что там. А посветлу пусть всё в ангар стащат.

Дал отбой тревоги, убедившись, что вокруг снова тихо. Утренний осмотр подтвердил, что, кроме обломков сбитого нарушителя, ничего не прибавилось. Событие не внесло особых изменений в наш распорядок, но Командор насторожился. Да и было отчего: просто так летательный аппарат сюда не направится, тем более на пределе дальности, пусть даже и без груза.

Впрочем, последнее само по себе подозрительно. К чему запускать в такую даль пустой самолётик? Но навигатор на глайдере разлетелся от взрыва – теперь уже не проверить. Немного успокаивало, что это обычный муниципальный универсал мог просто сбиться с курса при доставке почты. А если его запустили с летающей базы?

Как бы там ни было, ангары с утра не просто закрыты, а заперты. Теперь вход только через тамбур шлюза. Почему просто защиту не включить? Управляемые поля - штука хорошая, но их здесь может и не быть, сколько лет место заброшено. Да и сама верфь из прежних времён, когда особой необходимости не было. От кого тут защищаться? Похоже, в такой глуши работали вахтами, ведь ничего похожего на остатки поселения вокруг незаметно.