Никакого героизма и личных жертв, быстро и не допуская себе шанса провалиться… Он повторял эти слова в голове, словно мантру, отгоняя сомнения. Это сработает! Должно сработать. У него не было права на ошибку — на кону жизни его семьи.

— Сэр, — прошептал лейтенант Рован, молодой парень с нервным тиком в углу глаза. — Вы уверены, что Готорн ничего не знает?

Валериан обернулся и посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.

— Если бы знал, нас бы уже казнили. Молча иди.

Рован кивнул и замолчал, но Валериан не был глуп и замечал эти сомнения. Все они чувствовали это… Но отступать было нельзя. Либо так, либо их семьи сгинут в заточении, как заложники, а их самих постигнет смерть от очередного сумасшедшего приказа Готорна.

Они дошли до массивной двери с рунными замками. Валериан извлёк ключ-кристалл, который дал ему старый техномаг Харрис, один из тех немногих в Цитадели, кто ещё не продал душу.

Кристалл засветился почти мгновенно и руны погасли без дополнительных сложностей. Дверь со скрежетом отъехала в сторону…

Они вошли… Как вдруг свет! Он бил сразу со всех сторон, полностью лишая зрения.

Валериан инстинктивно прикрыл глаза рукой. Вскоре зрение немного оправилось, но то, что он увидел…

Огромный распределительный зал, который должен был быть пустым, светился как арена, на балконах со всех сторон стояли десятки фигур в чёрной броне — элитная гвардия безмолвных.

Решётки с грохотом упали, блокируя все выходы, а на центральном балконе, возвышаясь над всем этим, стоял Мэр Готорн.

Он выглядел безупречно на фоне напуганных бунтовщиков, но его массивная медвежья морда тоже не выражала ничего хорошего. Это было ледяное, жуткое презрение.

— Какая чудесная сцена, Валериан, — голос мэра прокатился по залу, гулкий и властный. — Я так долго ждал этого момента. Ты не представляешь, как утомительно притворяться слепым.

Сердце Валериана колотилось так громко, что, казалось, эхо разносится по всему залу.

— Вы… знали? — его голос прозвучал хрипло.

— Разумеется. Или ты думал, я не замечу, как мой капитан стражи шепчется с арестованной террористкой? Как ты покидаешь Цитадель без моего ведома… Пожалуйста, Валериан, пусть я и дозволяю всякому мусору показать мне, что они могут быть полезны, и не убиваю мгновенно, но я не идиот.

Он сделал паузу, его маленькие чёрные глаза впились в капитана, словно гвозди.

— Я давал тебе шанс одуматься. Ждал, что ты осознаешь свою ошибку, посмотришь на мир снаружи, оценишь перспективы хаоса против моего порядка… Вернёшься, сдашь своё оружие и встанешь на колено, прося пыток, чтобы заслужить прощение… Но ты выбрал это дешёвое и бесперспективное предательство. — он повернулся к «Безмолвным», — Утилизируйте этот мусор туда где ему самое место — в биореактор.

Валериан не успел ничего ответить. Один из «Безмолвных» на балконе тут же взмахнул рукой. Магический круг вспыхнул под ногами Валериана и его людей — высокоуровневая ловушка, которую они не заметили.

— Рассеяться! — заорал Валериан, рывком выпрыгивая из круга.

Но слишком поздно.

Круг взорвался каскадом молний. Электрические разряды хлестнули по броне, отбрасывая офицеров в стороны. Трое упали сразу, их тела судорожно дёргались на полу. Рован закричал, его левая рука задымилась, обугливаясь до кости.

Валериан перекатился, вскочил на ноги и выхватил меч. Его люди, кто ещё мог стоять, сбились в круг, спина к спине. Остальные лежали на полу, погибшие или ещё страдающие.

С балконов посыпались заклинания. Огненные шары, ледяные копья, тёмные стрелы. Валериан парировал одно копьё мечом, но второе пробило щит офицера рядом с ним и вонзилось тому в плечо. Мужчина закричал и упал.

— Держитесь! — рявкнул Валериан, отбивая огненный шар ударом меча, его клинок засветился магической защитой, которую он вложил в сталь ещё до похода.

Но это была заведомо проигранная битва. Безмолвные спускались с балконов, но они даже не торопились, не кричали и не злорадствовали. Просто неумолимо шли, как машины с единственной функцией нести смерть.

Валериан зарубил первого, кто подошёл слишком близко — его клинок пробил шею между шлемом и нагрудником. Кровь брызнула на пол, но на место павшего тут же встал другой, это почти не повлияло на боевой потенциал Безмолвных.

Готорн наблюдал сверху, теперь скрестив лапы на груди. Его морда выражала буквальное ничего, однако он продолжал наблюдать, словно перед ним разыгрывалось дорогое шоу.

— Ты хорошо дерёшься, Валериан, — произнёс он громко, перекрывая звон мечей. — Но это ничего не изменит. Твоя семья уже в камере. Твой сын… такой маленький и беззащитный. Жаль, что он вырастет сиротой. Впрочем, вероятнее он пополнит реактор.

Эти слова моментально поразили Валериана, словно разорвав его душу пополам. В тот же момент один из Безмолвных ударил его щитом в грудь. Удар оказался такой силы, что Валериан отлетел на несколько метров, сбив с ног двоих своих же людей. Он упал на спину, воздух вышиб из лёгких.

Мир замедлился, он видел, как Безмолвный поднимает меч для добивающего удара. Видел, как его люди падают один за другим, не в силах сдержать натиск. Видел, как скучает Готорн.

Силы сами наполнили всё его тело…

Взрыв!

Но не здесь. Где-то далеко, но такой мощный, что весь зал затрясся. Кристаллы на потолке звякнули, пыль посыпалась с балок, Безмолвный над Валерианом оступился на миллиметры и промахнулся.

Валериан уже действовал. Он выбросил руку вперёд, хватая противника за ногу, и дёрнул изо всех сил. Когда Безмолвный рухнул, Валериан уже стоял сверху, подхватывая меч и затем воткнул его прямо в визор. Кровь брызнула из образовавшейся щели в шлеме небольшим коротким фонтаном.

Еще Взрыв!

Второй? Причем еще сильнее! Весь зал аж накренился, один из кристаллов освещения сорвался с крепления и с грохотом разбился о пол.

Готорн обернулся к выходу с балкона, его морда впервые выразила нечто, кроме высокомерия — раздражение.

— Что там происходит⁈ — рявкнул он на адъютанта.

— Лорд Мэр! Это… Враг в Цитадели, они лезут из-под земли!

Лицо Готорна исказилось яростью.

— Кто⁈ Как это стало возможно⁈

Он развернулся и стремительно зашагал к выходу.

— Убейте их всех! Их цель наверняка Костяной Алхимик, это может быть только Подполье! — бросил он через плечо «Безмолвным». — Других уже не осталось… Чёртовы грязные крысы. Как они это сделали⁈ В мою Цитадель можно попасть и покинуть только с моего личного дозволения!

Готорн исчез за дверью, добрая часть «Безмолвных», следуя внутренним протоколам, устремилась за ним. Оставшиеся продолжали атаку так, словно не изменилось ничего. Хотя их стало меньше… критически меньше?

Валериан увидел шанс и хотя он граничил с безумием, приказ уже завертелся на его языке.

— Все к выходу! — заорал он.

Они рванули к одной из решёток. Валериан, собрав остатки маны, ударил мечом по схлопывающемуся обратно замку. Через эту дверь секунду назад вышел Готорн и механизм ещё не успел отработать до конца. Металл затрещал, искрясь магией, но не поддавался, а Валериан уже ударил ещё раз. И ещё… На четвёртом ударе замок сперва согнулся, прекратив движение, а затем резко лопнул от накопившегося внутри напряжения.

Решётка с грохотом упала, тем самым поставив оставшихся Безмолвных в очень неловкое положение.

— Бегите! — крикнул Валериан, отбивая удар «Безмолвного». Он остался держать выход, чтобы дать шанс более слабым бойцам не умереть напрасно в ловушке, в которую он привёл их.

Офицеры бросились в коридор. Валериан двигался последним, прикрывая отступление, остальные очищали путь, который уже пытались заградить менее профессиональные стражники. За спиной слышался топот погони, но раздался третий взрыв, что устроили маги под командованием Валериана, который заставил старый потолок затрещать. Балки посыпались позади них, перекрывая коридор.

Валериан остановился, тяжело дыша. Его броня была покрыта вмятинами и кровью. Рядом с ним стояли пятеро, всего пятеро из двадцати и это ощущалось ужасно. Но всё же в душе теплилась надежда… Подполье, они всё же прорвались? Он лишь отвлёк в эту область солдат, а Подпольщики сделали это сами, не дожидаясь пока он откроет брешь в барьере!