«Прорвёмся, не волнуйся, — холодно отрезал я. — У нас нет выбора. Пошли!»

Элара слабо рассмеялась — звук вышел надтреснутым.

— Забавно… — прохрипела она, пока я волок её к выходу. — Я всю жизнь… гордилась своим интеллектом. Думала… смогу всё просчитать. А в итоге… моё спасение… зависело от того… придёте ли вы за мной или нет…

«Молчи, — оборвал я её, выруливая в коридор. — Береги силы, надо уходить».

Мы рванули по коридору. За спиной, в лаборатории, кристалл начал издавать высокий, нарастающий звон. Чёрная точка внутри него расширялась, пожирая багровый свет.

Времени было в обрез. Навстречу уже неслись солдаты, отряд Безмолвных в своих зловещих чёрных доспехах. Я вышел вперёд и, активируя «Крепость Костей», врезался в строй как таран. Удар получился настолько мощным, что передний воин отлетел в стену, оставив трещину в камне. Второй попытался нанести рубящий удар мечом сверху, но я парировал, перехватил клинок «Костяными Когтями» и с хрустом переломил его пополам. Обратным движением я вспорол горло противнику сквозь щель в шлеме.

Лиандри шла следом, её руки были окутаны пляшущим пламенем. Она выбросила веер Огненных Стрел, которые с воем разлетелись по коридору, пробивая щиты и поджигая плащи. Один из магов в синей мантии попытался контратаковать ледяным копьём, но Лиандри просто сожгла его заклинание в воздухе встречным потоком огня, который не остановился и поглотил самого мага, превратив его в живой факел.

Элара плелась между нами, прикрываясь нашими спинами. Без магии она была беззащитна. Оковы Пустоты на её запястьях всё ещё жгли кожу, напоминая о собственных ошибках. Но она не могла не наблюдать.

Она видела, как бойцы «Подполья», прорвавшиеся на этаж ниже, работают изо всех сил. Раньше это был сброд: орки, зверолюди, гномы, пауки, каждый сам за себя. Теперь же они двигались группами, прикрывая друг друга, метая продвинутые заклинания, с хорошей экипировкой и оружием. Гном-подрывник швырнул гранату под ноги латников, взрыв сбил их с ног, а арахнид тут же опутал павших паутиной, лишив возможности встать.

— Неплохо вы надрессировали их, — процедила Элара сквозь зубы, с невольным восхищением. Я заметил, что она сдерживала эмоции изо всех сил, но видеть такую организацию у сброда было для неё… впечатляюще.

Мы ворвались в главный холл. Мраморный пол был завален телами и обломками мебели. Строгая люстра рухнула с потолка, разбившись на тысячи осколков. Здесь шла мясорубка — бойцы Клыка сдерживали натиск гвардии, но их оттесняли к выходу.

— Бежим к тоннелю! — рявкнул Клык, отбиваясь от трёх латников одновременно. Его голос сорвался на рык, звериный инстинкт брал верх.

Элара могла заметить лишь краем глаза, что один из Безмолвных метнул в неё кинжал. Она не успела бы увернуться. Но я резко развернулся и перехватил клинок прямо в полёте своей костяной рукой. Металл вонзился между фалангами, но я даже не дрогнул. Я швырнул кинжал обратно с такой силой, что тот пробил забрало убийцы насквозь.

Мы добежали до края холла, когда воздух вдруг стал густым, словно перед грозой. Я почувствовал, как мана взбесилась. Магическое давление уже вырывалось. Время! Бежать поздно!

Сначала звук исчез, шум битвы, крики, лязг оружия — всё стихло, словно мир нажал на паузу. Я видел, как солдаты замерли, их рты открыты в беззвучных криках. Потом воздух начал втягиваться обратно, к эпицентру — туда, где была лаборатория. Ветер ревел, срывая плащи, волоча лёгкие предметы и пыль к центру взрыва.

— Все на пол! — завопила Лиандри, роняя Элару на пол.

Взрыв…

Всё схлопнулось. Мана, накопленная в тех проклятых кристаллах, которые Готорн заставил её модифицировать, разорвала пространство изнутри, вырвалась ослепительная вспышка белого света, за которой последовала волна разрушения.

Крыша особняка взлетела, словно её сдуло, стены второго и третьего этажей выгнулись наружу, каменные блоки размером с человека взмыли в небо и посыпались дождём вниз. Стекло витражей превратилось в ураган осколков. Огонь вырвался из трещин, укутав всё это ярким пламенем.

Ударная волна прокатилась по холлу, сбивая всех с ног. Я видел, как Элара зажмурилась, прижимаясь к полу, пока обломки сыпались сверху.

Когда грохот стих, она подняла голову. Добрая половина резиденции Готорна, вся та часть, где была лаборатория, превратилась в пылающие руины. Огонь жадно пожирал обломки, взлетая столбами к потолку пещеры. Чёрный дым поднимался густой пеленой.

Элара медленно села, её окровавленные губы растянулись в дикой, торжествующей улыбке. Боль в рёбрах уже не имела значения, как и усталость. Она только что уничтожила все плоды своих исследований, которые Готорн собирался украсть, его драгоценную лабораторию, даже его спальню, но что важнее — его гордость. «Ты только что снесла мэру половину дома», — с удовлетворением передал я ей мысль.

— Я знаю, — хрипло ответила Элара, не переставая улыбаться. — И он это заслужил.

Эффект внезапности давно иссяк. Вся Цитадель уже прекрасно знала, что кто-то уничтожил дом самого Готорна и прямо сейчас ведёт бой прямо у него во дворе, убивая его прихвостней одного за другим.

Однако Готорн не был бы Готорном, если бы мог проиграть настолько легко. Несмотря на факты, здесь воцарился настоящий ад.

Гвардия Готорна перегруппировалась и теперь давила числом, методично сжимая кольцо вокруг нас, едва не лишив единственного шанса на побег. Безмолвные шли стеной, щиты сомкнуты, за ними маги обрушивали заклинания. Воздух кипел от магии — огненные шары, ледяные копья, молнии.

— В нору! Живо! — завыл Клык. — Мы не удержим их долго!

План никогда не предполагал захват Цитадели. Это была диверсия — ворваться, забрать Элару, уйти. И сейчас время вышло.

Бойцы Подполья отступали, прикрывая друг друга, но враги всё прибывали.

— Давай, сестра! Ещё чуть-чуть! — кричала Лиандри.

Мы достигли провала в земле — входа в тоннель. Чёрная дыра, уходящая вниз под острым углом. Бойцы прыгали туда один за другим, скатываясь по грубо вырубленному склону.

Клык прыгнул в дыру последним, оттолкнувшись от края. За ним тут же посыпались заклинания — огненные шары взорвались там, где он стоял секунду назад. А Торек, гном-инженер, уже ждал у края тоннеля с детонатором в руках.

— Все внутри! — крикнул ответвлённый.

— Понял, — буркнул Торек и замкнул канал.

Взрыв прогремел глухо, но мощно. Заряды, заложенные в опорные балки тоннеля, сработали синхронно. Потолок затрещал, пошёл трещинами, земля и камень посыпались стройной волной. Я обернулся и увидел, как тоннель схлопывался. Тысячи тонн грунта и обломков фундамента обрушились вниз, погребая под собой тех солдат, что пытались преследовать. Их крики оборвались мгновенно. Грохот обвала эхом прокатился по тоннелю, пыль взметнулась облаком, на мгновение ослепив всех.

Потом наступила тишина. Только тяжёлое дыхание выживших и удары сердец.

Элара рухнула на колени, хватая ртом воздух. Она была впервые за недели свободна. Оковы всё ещё сковывали её запястья, но она была вне досягаемости Готорна. Её губы задрожали, глаза защипало от слёз, которые она сдерживала слишком долго.

— Мы вытащили тебя, — раздался голос Лиандри. Она опустилась рядом, обняв сестру за плечи. — Ты дома, Элара. Ты дома.

Элара не смогла произнести ни слова, она просто прислонилась к плечу сестры, позволив себе на мгновение быть слабой.

Верхние ярусы Древней Крепости… Мы несли Элару на самодельных носилках, каждый шаг отдавался болью в её теле, но я видел, как она стискивала зубы, не желая показывать слабость. Вокруг нас сновали люди. Это были грязные, измождённые беженцы, чьи глаза горели надеждой при виде возвращающихся героев. Дети тянулись к Лиандри, выкрикивая её имя, женщины крестились, глядя на меня.

Элару уложили на импровизированную койку в командном центре крепости. Лиандри упала на колени рядом, её руки уже светились мягким целительным светом. Слёзы текли по щекам эльфийки, размывая копоть и пыль.