Злата чуть слышно застонала. Пушистые ресницы дрогнули, однако едва она распахнула глаза, как вновь сомлела. Да что ж это такое?! Ой не так он представлял их встречу. Совсем не так!

Накрыв девицу меховым покрывалом, Ладимир в чем был бросился вон из избы. Под сапогами захрустел снег, голую грудь куснул злющий зимний ветер, но Ладимир не чуял холода. Добежав до первого же соплеменника, он велел звать Северяна и Василису. Хвала Деване, мальчонка сей же миг бросил ведра с водой и бегом отправился к князю.

А Ладимир обратно.

И вовремя успел. Злата его убегать собралась! Но, увидев его, схватила плошку, стоявшую на столе и выставила вперед себя.

- Не подходи!

А сама аж колотится, зубы от испуга стучат. И запах диких яблонь пропитался горечью отвращения. Зверь внутри заскулил от такой перемены. Чем он успел обидеть ненаглядную? Иль, может, так противен? Ладимир глубоко вздохнул, силясь успокоить зверя. Все будет хорошо, только аккуратней надо.

- Я не трону… - заговорил самым ласковым голосом. Как и много раз до этого. - Мое имя Ладимир. Ты в моем доме… Под защитой.

Однако Злата даже не шелохнулась. В ее теперь уже живых глаза не было ни капли тепла, лишь отторжение.

- Не подходи! - повторила с ничуть не меньшей угрозой.

Ладимир и не думал! Даже на шаг отступил.

- Никто тебя не обидит, Злата…

- Я не Злата!

Ну конечно. Он ведь наугад называл.

- А как твое имя?

Но девица плотно сжала губы. Она не хотела говорить. И, пока Ладимир раздумывал, как бы успокоить свою единственную, в горницу ворвалась Василиса.

При виде ее Злата самую малость успокоилась. К женщинам у нее оказалось больше доверия. И княгиня это поняла.

- Здрава будь, девица. Как ты? Голова не кружится?

Помедлив, Злата все же ответила:

- Н-нет… А должна?

- Кто ж знает? Ты без памяти столько времени провела.

- С ним?! - в ужасе перебила Злата, указывая на Ладимира. - Ах…

И покачнулась.

- Я сама, - крикнула Василиса.

И кинулась помогать. А Ладимир бесполезно толокся у стены, не зная, куда себя деть. Услышала богиня его молитвы! Все. До последнего словечка...

А Злата потихоньку пришла в себя. Увидев Василису рядом, насторожилась, однако больше не кричала. Даже согласилась проследовать в терем князя. Ладимир ни словечка против не сказал. Но как же больно отпускать единственную! В дюжину раз хуже, чем мертвой воды испить.

Ушла Злата - даже не оглянулась. Вместо нее через минутку в горницу зашел князь.

- Терпи, Ладимир, - хлопнул его по плечу. - Василиса, конечно, сделает что может, однако я заметил, что Злата даже на мальчиков глядит с опаской. А ведь они еще дети…

- Думал, что самое трудное - память ей вернуть, - вздохнул Ладимир, - а получилось вон как.

Северян задумчиво качнул головой. В его взгляде не было злорадства, только искренняя тревога и желание помочь. А Ладимир в который раз подумал, что права была Девана, даруя ему власть над дикими. Доброе сердце у князя, и если простил, то не на словах, а от всей души.

- Мы все поможем, Ладимир, но и ты не плошай.

И ушел. А Ладимир остался думать, чем бы ему таким расположить к себе Злату.

***

Злата

- Вот так я и попала к диким…. А лунницу мой муж совсем сломал. Теперь таких вещичек на весь мир только две. Жаль…

Василиса вздохнула. И Сияна вместе с ней. Она бы не отказалась от лунницы. И, если бы получила, то нипочем бы не сняла. А еще жила бы одна-одинешенька, на отшибе. Видеть не могла мужиков. От них одни беды.

Сияна перевела взгляд за окно, спасаясь от тяжких мыслей, но они никак не хотели оставлять ее в покое. Лишь Василиса могла отвлечь разговорами. Да еще лесные пташки… Словно поняв ее желание, княгиня кивнула.

- Позови их, будь любезна. Песенок послушать охота…

Сияна с удовольствием повиновалась. Накинув платок, распахнула окно, впуская свежий морозный воздух, и произнесла:

- Подружки мои любимые, сюда!

Сидевшие на разлапистой сосне пичуги живо откликнулись. Слетели вниз и уселись на плечи Сияны. А за ними на окно вскочили белки. Да не с пустыми лапками - орехов принесли.

- Оживает твой Дар, - уважительно заметила Василиса. - Спасибо, милые… - забрала орешки. - Не откажитесь и вы от угощения, - преподнесла вертким красавицам грибов.

Белочки цокнули и, выхватив из рук Василисы все до крошки, принялись хрустеть. Сияна улыбнулась - ну до чего милые! Прямо как ее сестрички…

Стоило вспомнить о них - грудь сдавило до слез.

А Василиса, ни слова не говоря, обняла Сияну за плечи и усадила на лавку. Слов утешения не говорила, а просто гладила по голове.

- Поможешь мне зелье сварить? - попросила ласково, когда Сияна перестала плакать. - Трав надобно, а я…

И запнулась.

Сияна глянула на окно. Так и есть! Снова корзинка с припасами от Ладимира!

- Он просто заботится, - поспешила заметить Василиса. - И клянусь, то время, когда ты у него жила, даже пальцем тебя не коснулся…

- Так уж и не коснулся! - вырвалось против воли.

И Сияна почему-то покраснела. Она боялась Ладимира, как и всех мужчин, но, кажется, не слишком сильно.

А Василиса улыбнулась:

- Кормил, конечно, и до ветра водил, а только не подглядывал и купать тебя звал прислужниц - я сама видела. А теперь пойдем…

И они отправились варить зелье.

Потом Сияна помогла Василисе с младенцем. Хоть это был мальчик, а все же таких крох Сияна легко выносила. Чего не скажешь о беспокойных мальчишках, которые норовили залезть в княжий терем и глянуть, что там за новая поселенка завелась.

В первый раз Сияна едва не сомлела от страха, когда два лисенка и волчонок обернулись людьми. Потом малость привыкла - дети же.

А вот на кого по-прежнему смотреть не могла, так это на князя… По коже протянуло ознобом. Северян Силыч был добр и старался лишний раз ее не пугать, а все равно статью он слишком напоминал ей главаря душегубов, ватага которого насмерть растерзала ее сестер. И не только… Сияна опять задрожала. Как бы она хотела не помнить ничего! Снова вернуться на залитый солнцем луг! А с ее телом пусть делают, что хотят.

Но теперь это невозможно.

- Сияна… - тихонько позвала Василиса.

И дала ей в руки отвара из мяты. Чуть теплый отвар успокоил сердце и мятущиеся мысли. Но, как и Василиса, Сияна была ведьмой, а значит зелья ей помогали совсем чуточку. Тревога никуда не ушла.

До вечера Сияна промаялась, выискивая пятый угол, а перед сном решила за теремом погулять, воздухом подышать. Авось в эту ночь кошмаров не будет.

Но когда она вышла к баньке, то заметила сидевшего у поленницы рыжего кота. Сияна застыла, не в силах ни крикнуть, ни назад повернуть.

Ладимир тут!

За нею пришел! А кот повернул морду к ней и, глядя в глаза, вздохнул. Да так тяжко, что Сияне сделалось совестно. Однако двуликий не стал ее тревожить, сразу ушел. А Сияне вдруг стало обидно.

Ишь, заботливый какой выискался! Еще и цветочков притащил… Вытянув шею, она поглядела на крохотный букетик снежников. И вместо того, чтобы не трогать, пошла забирать. Где только нашел такие крупные? Не иначе как на скалы залез… А ведь мог разбиться! Погода ныне совсем гадкая.

- Не приноси больше! - крикнула во всю силу.

Но ответом ей был скрип сосен. Да все еще звучавший в ушах вздох. От этого Сияна сама вздохнула.

Дура она… И Ладимир дурак, раз еще не понял - никого она к себе не подпустит.

***

Полные гнева слова Златы были ему хуже пинка. Ладимир чуть в лапах не запутался, однако, крепче прижав уши, побежал к скалам. А вот возьмет и принесет! Даже если до смерти ждать придется, все равно Злату не покинет.

Ветер дохнул ему в морду колким снегом, над головой насмешливо застрекотали сороки - мол, куда тебе! - однако чем больше отталкивала его девица, тем усерднее старался Ладимир.

Прыгнув на скалу, он стал карабкаться выше. Сейчас наберет цветов, а утром подарит… Лишь бы Злату хоть мельком увидать.