Сжал мою задницу и притянул к себе, целуя так, как делал это множества раз, но с другими губами.
Он повторил движение языком и я пожалела, что на столе нет ничего, за что можно было бы схватиться. Я закусила губу, заглушая громкий стон, но и это не помогает мне перестать освещать весь этаж тем, чем мы здесь занимаемся.
Марк впивался своими пальцами в мои бедра, оставляя на них синяки. И только я начала чувствовать его болезненную хватку, как он… высунул язык и насадил меня на него.
У меня еще не зажили ранки, от болезненного проникновения пальца и его губы упруго зацеловывали каждую из них, разрывая мое тело острыми спазмами.
Я была на грани. Не знаю чего. Ноги напряглись, пальцы царапали поверхность стола, но мне чего-то не хватало.
Совсем малости.
И когда он втянул в рот комок нервов и начал перекатывать его во рту словно карамель, я разразилась громким стоном, в котором было лишь его имя и мои чувства к нему. А их было много.
Если бы меня попросили описать любовь, то я бы привела в пример этот самый момент. Момент близости и невероятного наслаждения с мужчиной, которого я… Черт побери… люблю
Да. Я люблю Марка Марова. И я готова кричать об этом. Мы со всем справимся. Ведь только с ним, я чувствую себя целой, любимой и защищённой.
Я смотрела как он поднимается с колен, как похотливо смотрится влага на его подбородке, мои соки, вперемешку с его слюной.
Я нежно улыбалась ему, теперь во мне не было стыда, как в прошлые наши разы, когда я зажималась, пряча грудь и вздрагивала от каждого прикосновения. Теперь я хотела. Хотела ощущать его везде на своем теле.
Марк направил в меня головку, скользя по губам, задавая измученную горошину, и резким толчком он вошёл по самое основание, выбив из меня болезненный стон.
И вскоре, я уже сама подстраивалась под его темп. Он даже не пытался быть со мной аккуратным в мой первый раз. А в точности да наоборот, совершал резкие и грубые движения, проталкиваясь в самую матку. Чем больше боли он мне доставлял, тем приятнее было ему самому. Он хотел причинить мне её, но все же, я была очень мокрой и его большой размер, хоть и причинял дискомфорт, распирая со всех сторон, но все же, я чувствовала то же, что и он. Наслаждение.
Таким образом, мы оба оказались на самой грани. Только каждый на своей. Я готова была уже лишиться чувств, не вынося того, как мое тело и душу рвал на кусочки этот монстр из кошмаров, ставший для меня самым желанным мужчиной. А Марк, пребывал на самой грани своего удовольствия, использовав мое тело так, как грезил в своих самых потаенных мечтах, годами.
— Куда ты хочешь, чтобы я кончил, Малинка? — Неожиданно вырвал меня из этого водоворота чувств, монстр.
— А? — Я повернула голову, замечая за пеленой подстывших слёз, Марка.
Болезненный хлопок по попе, после чего я более собранно и встревожено посмотрела в синие глаза Марка.
— Хочешь, чтобы я кончил в тебя? — С надеждой в голосе и придыханием сказал Марк, упираясь носом в мой нос.
— Только… Не в меня… — Осипшим голосом надрывно пролепетала я.
Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы сосредоточиться на его словах и понять смысл, как я отчетливо почувствовала, какими сильными рывками Марк начал долбить членом мою матку, давно сбившись со своего резкого ритма. Затем я почувствовала, как такая набухшая горячая головка пульсирует во мне, заполняя внутри липкой, вязкой спермой. Мои глаза широко распахнулись, дыхание зашлось в горле, а мелькавшие перспективы с ужасом встали перед глазами.
Нет, этого нельзя делать. Я не хотела, быть вымазанной Маровым. Осознание, кто именно вколачивался в мое тело медленно расползалось в моей голове и я наконец осознала главную и роковую причину моей дикой похоти.
Вещество, что было подмешано в бутылку воды, в машине Кира. Вот главная причина, почему я здесь.
Я хотела строить карьеру, а Марку нужна семья. Девушка, что будет хранить его очаг, готовить завтраки и любить его детей.
Детей.
Что мы наделали. Я не должна этого допустить. Близость между нами ничего не значит. Я начала вилять бедрами, стараясь соскочить с его члена. Толкала в грудь своими кулаками, желая отвоевать себе территорию, но он был непреклонен.
— Как жаль, — лениво постанывая мне на ухо и выгибаясь навстречу, облегчённо произнес Марк. — Как жаль, что это, дрянь, не тебе решать. — его губы расплылись в грешной улыбке, обнажая ровный ряд белых зубов. Стоило его члену выскользнуть из моего тела, как я сразу ощутила, что по моей коже потекла горячая струйка жидкости. Я догадывалась, что это, и к горлу подкатил ком тошноты.
Он был ещё тверд. И в бешенстве. Ему было мало и это отчётливо говорили его глаза.
Схватив меня за ногу, он уронил меня на колени перед собой и стал водить влажной головкой по моим губам.
Не думаю, что он хотел второго раза так сильно, чтобы прибегнуть к такому виду «ласк». Скорее всего, он хотел воспроизвести в реальность свою недавнюю угрозу.
Марк и прежде не пытался себя сдерживать. Но сейчас его безумие было особо ощутимо, он буквально насаживал меня ртом на член, лишь на мгновения позволяя мне оторваться на короткие вдохи.
Его рука больше не перебирала мои пряди, а уже грубо намотала на кулак волосы и задавала башенный темп.
Рывки быстрые, резкие. Головка его члена начинала обжигать израненное горло, и если ранее, я еще могла выносить его размер, то вскоре она… о боже, что происходит, как это вынести… она начала раздуваться, делая его просто огромным.
Марк протянул меня на себя, насаживая ещё глубже. Я уперлась руками в его накаченные бедра, облаченные в чёрные брюки, и с силой толкала его от себя, смутно припоминая этот низкий стон и последующую реакцию его тела.
Терпкая, солоноватая жидкость стекала в мой рот под сильным напором, я едва ли успевала все проглотить, сдерживая неприятные позывы моего тела. Когда парень вышел из меня, на губах оставалась пара белесых капель, которые он большим пальцем, массажными движениями растер от губ к щеке, переходя на скулы.
— Тебе идет. — увидев мой недоумённый взгляд, парень решил пояснить. — Идет стоять на коленях и брать в рот. А я дурак, все надеялся сделать тебя своей, Калинка. Кольцо купил, дом построил. Тебя, блять, до небес возводил. А нужно было, все лишь выебать хорошенько. Тебе же плевать, кто вколачивается тебе между ног. – моя улыбка, вместе с осознанием сползала с лица, на замену ей пришла растерянность.
Грязные, гадкие слова обожгли душу чувством несправедливости. Я все еще стояла у его ног, наблюдая как он брезгливо вытирает член об мои волосы и заправляет его обратно в штаны.
Он достал из кармана брелок, зажал на нём кнопку. Через секунду, с улицы послышался рев мотора.
Он направился к двери, но я еще не успела привести себя в порядок, да— даже найти свою одежду!
Я чувствовала себя жалко, что было сил, я крикнула в его удаляющуюся спину, то, что он и так должен был понять, но по какой-то причине, игнорировал очевидное:
— Я… ты знаешь, что ты у меня первый… .
— Не делай из меня идиота. – он резко ударил по косяку, на его футболке тут же появились пыльные гранулы, которые осыпались с потолка, но парню было плевать на это. Ведь в следующее мгновение он подлетел ко мне, схватил за горло и приподнял на уровень своих глаз. — Твои синяки на коленях, говорят громче любых слов.
Он брезговал мной, я это видела. Испепелял взглядом и с ненавистью сжимал кулак на моей шее.
Воздух покидал мое тело и как бы я не старалась, из меня вылетали только громкие хрипы.
— Убить бы тебя, чтобы ты никому больше не досталась. Закатать в цемент и наблюдать за твоей неизменной красотой. — он провёл носом по моей щеке и ткнулся в ухо, обдавая горячим, безумным дыханием мою шею, заставляя волоски приподняться. — Ты пуста внутри, как кукла. Нет не любви в тебе, ни привязанности. Сколько бы я для тебя не сделал, ты воротила свой маленький носик. Шлюха, вроде тебя, всегда будет крутить хвостом, в поисках лучшего ебаря. — его губы тронула печальная улыбка, а взгляд померк.
