Мы ещё немного поговорили. Темой был только Марк, поэтому я была в роли слушателя. Я и не против. Мыслями все равно была далеко отсюда. Делится с подругой своими переживаниями не хотелось. Нужно проработать все в себе самостоятельно, и позже, рассказать об этом, как о чем-то незначительном. Это позволило бы мне сохранить лицо и не чувствовать себя ущербной. Той, которую променяли на более доступную.

К концу третьей пары, в аудиторию зашел студент и передал, что ректор также хочет видеть меня в своём кабинете.

Вещи с собой брать не стала, только заблокировала телефон и убрала в пенал.

Анатолий Георгиевич не стал меня отчитываться за произошедшее, но впредь, велел не разжигать конфликты среди парней. Да-да, так и сказал. Словно это я была инициатором драки и собственно, яблоком раздора.

Перед уходом, напутственно предостерег на счет Марка, велев держаться от него по-дальше.

Спасибо Анатолий Георгиевич, но это я и сама знаю.

В аудиторию я зашла уже после звонка, и, застала Амину копошащуюся в моих вещах. Точнее, она складывала мои вещи в сумку.

Я не придала этому значения, ведь после окончания пары, нам следовало покинуть кабинет, иначе бы его закрыли и пришлось бы искать преподавателя по всему универу, чтобы забрать свои вещи.

Спускаясь по лестнице под веселую историю подруги, в широком окне, на парковке, я заметила знакомую фигуру.

Марк стоял, прислонившись к своей машине и нетерпеливо поигрывал ключами. Парни, окружившие его, пытались с ним заговорить, но он будто их не слышал. Его острый взгляд был направлен на центральный вход и внимательно кого-то высматривал.

— Извини, Амин. Забыла отдать тетрадь с лекциями Семёновой. Она давно их у меня просила. Увидимся завтра.

Чмокнула подругу в щеку и легонько приобняла.

Снова я брела к запасному выходу, но он оказался закрыт.

Я вылезла через окно на первом этаже, а вот с железной изгородью, дела обстояли сложнее. Забор три метра высотой, а единственные ворота там, где поджидал меня Марк. Поэтому, сцепив зубы, я с трудом забралась наверх и со звуком мешка от картошки, рухнула вниз. Без потерь не обошлось.

Я критично осмотрела порванную юбку. Вертикальная полоса устремилась от подола и приоткрывала ужасный вид на край нижнего белья.

Что за день? И мне в таком виде ещё в автобусе ехать.

Неуклюже оттянула юбку вниз, но это все равно не помогло. Может вызвать такси? Так я буду чувствовать себя увереннее, чем прижатой к толпе незнакомых людей, где сидящие пассажиры будут обращены лицом к кхм… к моей провокационной юбке.

Достала телефон. На главном экране, игнорируя пароль, высветилось сообщение.

*Кир*

«Сегодня не получится увидеться, прими от меня извинения. Надеюсь, тебе понравился букет.»

Я воровато оглянулась по сторонам и прикрыла экран телефона рукой. Кажется я начала опасаться Марка уже на расстоянии.

Хотелось выругаться, грязно. И только сцепленные зубы до боли в скулах, остановили поток эмоций.

« Замечательные цветы, я приму их в качестве твоей благодарности, рада была с тобой познакомиться. Прощай!»

Палец застыл над словом отправить. Может я грубо выразилась. Кирилл ничего плохого не сделал, хотел как лучше. Он же не виноват, что у Марка пелена перед глазами и он перешёл в стадию Халк-крушить.

Сердце дрогнуло и я удалила последнее слово, оставив так. Думаю из сообщения ясно, что я хочу прекратить наши встречи и общение.

Параллельно набрала номер такси. Женский механический голос сообщил, что через пару минут подъедет зелёная Хонда.

После того, как бизнес отца разорился, деньги у нас под строгим контролем. Конечно на последнюю буханку мы не наскребаем, но и такси для нас стало дорогим удовольствием, учитывая, что наш дом находится в элитном поселке, за городом.

Посчитала карманные деньги, выделенные мне мамой. Не густо. Но на озвученную цену хватит.

Прикинула сколько времени уйдет на дорогу. Родителей ещё не будет дома. Отец пропадает на работе, старается закрыть долги и отбить фирму у конкурентов. Многие твердят, в том числе и мама, что пора продать свою корпорацию или расформировать её. Но тогда тысячи людей потеряют работу. Люди, в кредитах, со своими трудностями и мечтами и, оставлять их без работы — кощунство! С другой стороны, если продать фирму, то каждый из них останется на своём месте, но зная моего отца и с каким рвением он трудился на благо и процветание, я понимаю, любой другой, просто развалит семейное дело.

Уже сидя в такси, я ломала руки и приложила голову к прохладному стеклу. Я боялась, что приеду немного раньше, чем моя мама успеет уйти с подругами в ресторан.

Это их каждодневный ритуал. Каждый день, мама должна красоваться в дорогих нарядах перед своими подругами и заказывать изысканные блюда, только так они убедятся, что наша семья все ещё на плаву. Для этого, основное распределение финансов на месяц, она делит преимущественно в свою пользу.

Маме сложно смириться, что как раньше, уже не будет и та пыль в глаза, которую она пускает, развеется как облако.

Моя же головная боль, заключалась в том, что её прекрасные очи, лицезрят мое появление на такси. Это непозволительная роскошь, на которую мы не имеем право тратиться, сказала бы она.

«У тебя есть парень, девочка моя. Все твои проблемы должен решать он! Не может тебя отвезти домой? Пусть нанимает тебе бизнес-класс. Хочет провести вечер с друзьями? Пусть увлекает тебя другими делами, например походом по магазинам, естественно, с его картой.

Исключения есть только у Риты. Но ей позволительно. Поздно ночью, из клуба, автобусы не ходят. Но мама уже злится, что сестре не удаётся завести выгодные отношения.

Вышла из такси, с карты автоматически списались деньги. Ворота открыты настежь, что меня немного удивило.

У нас гости.

Что-то едва уловимое, привлекло мое внимание на втором этаже. Штора в моей комнате едва заметно колыхалась. Но окно оказалось закрытым.

Не припомню, чтобы закрывала его.

Входная дверь не поддалась. Закрыта на ключ, но я уверена, что дома кто-то есть. Зачем тогда запираться.

Полная тишина. Матери дома нет. Но это не радует. Обычно гости приезжают именно к ней, нам она не разрешает приводить подруг, если только это не…

Не знаю почему, дыхание сперло. Не сразу поняла, что шла на носочках, стараясь не издавать лишних звуков.

Мой этаж.

Комната Риты плотно закрыта, а вот моя нет. Тонкий луч света прорезался наружу, сквозь приоткрытую дверь.

Как мне это не нравится. В коридоре стояла напольная, узкая ваза, с искусственными декоративными цветами. Взяла её в руки. Думаю, мне в комнате она пригодится больше, что бы я там не увидела.

Схватилась за основание обеими руками. Со стороны можно было решить, что я собралась играть в бейсбол вазой. Но мне уже было плевать.

Ногой плавно распахнула дверь, которая с противным скрипом распахнулась, являя передо мной Риту.

Ух. Как камень с плеч.

— Какого черта ты тут забыла? В моем гардеробе не осталось вещей, которые могли тебе пригодится, хватит уже сюда шастать! – хотела сказать грубо, но пережитые эмоции придали моему голосу сиплость и нервную дрожь.

— Она права. Проваливай отсюда. – от грубости его голоса немеет все тело и колени пружинят, не выдерживая возложенный на них вес. К счастью, я не упала, но была близка к этому.

Только сейчас, я замечаю Марка, собственной персоной. От него незримо корёжится воздух, словно от пламени. И он зол как сам дьявол.

За последнюю неделю, я вижу его в таком состоянии чаще, чем за все наше общение. И меня это раздирает на куски.

Ещё недавно, Рита, стоящая в кроп топе надетом задом наперёд, лукаво улыбалась, но теперь она неверующе переводила взгляд с него на меня и снова на него.

— Ты оглохла? Съебалась.

— Не нужно с ней так разговаривать. – посчитала нужным заступиться за сестру.

Мой милый и нежный бывший парень, оказался, о чудо, нетерпелив и просто подхватил Риту за предплечье и швырнул в открытую дверь, отчего та летела до тех пор, пока на её пути резко не возникла стена коридора. После чего, он захлопнул дверь с такой силой, что где-то что-то посыпалось.