— Нормально, — отрезал Альт и, едва прихрамывая, двинулся дальше по коридору.

— Когда у человека всё «Нормально», он не хромает на левую ногу, — сухо бросила Грати вслед.

Альт не ответил, замедлил шаг у ближайшего поворота и осторожно заглянул за угол. Пусто. Ни случайных гостей, ни признаков разбойника в невидимости. Неожиданная вспышка боли в раненой ноге заставила поморщиться. Альт без жалости подавил её и продолжил путь.

Согласно установленным правилам, Грати должны были сопровождать специальные НИПы, за которыми, в свою очередь, следовал отряд игроков. Такая цепочка одновременно отсекала возможность побега и оберегала Грати на случай, если кто-то из НИПов захочет отомстить Гига через ценную для него девушку.

Но со вчерашнего дня всё изменилось. Ситуация с НИПами вышла из-под контроля. Они стали сильнее, быстрее, опаснее — и теперь поручать им важные задачи, особенно сопровождение Грати, было слишком рискованно. Пока не станет ясно, кто из НИПов сохранил верность прежним порядкам, а кто, почувствовав новую силу, пошёл против правил, держать Грати рядом с ними было слишком опасно. Сопровождение пришлось взять на себя.

Альт бросил короткий взгляд через плечо. Формально сейчас её ничего не удерживало. Но Грати, несмотря на сложный характер, была умна. Она понимала, что может побежать по коридору, может даже вырваться за пределы дворца — но в конечном счёте это ничего не изменит.

— У тебя за ногой кровавый след тянется, — сказала Грати. — Смотри, прямо по ковру.

Альт снова остановился и опустил взгляд. За левой ногой по светло-золотистому ковру тянулась узкая полоска потемневшей крови.

Обычно в игре действовало правило «пяти минут», как его назвали сами игроки. Любая рана, даже самая чудовищная и жуткая, должна была заживать сама. В глаз прилетела стрела? Неприятно, адски больно, но терпи. Выдержишь пять минут — стрела исчезнет, а боль пройдёт.

Однако так было раньше. Со временем игроки начали замечать странность: раны стали заживать медленнее, а иногда — не заживали вовсе. Если сначала такие случаи были редкостью и воспринимались как исключение, то теперь это стало почти обыденностью.

— Ерунда. Пройдёт.

Альт остановился и вновь обернулся к Грати.

— Чего смотришь? — нахмурилась она.

Альт сделал два коротких шага и остановился почти вплотную. Грати тут же отступила, не сводя настороженного взгляда.

— Я вообще-то спросила, чего ты на меня уставился, — настороженно бросила она.

— Серьёзно? — Альт скользнул взглядом по её лицу, затем скользнул ниже, к рукам, едва заметным из-под широких рукавов кафтана. — Или мне кажется, или ты слегка бледная.

Грати фыркнула.

— Бледная… Ну да. Я же во дворце сижу, словно птица в клетке. За всё время покидала дворец сколько, раза два? Три? И то ненадолго. Знаешь, сидеть без солнца не полезно. Даже в виртуальном мире. Как ты считаешь?

Альт прищурился, вглядываясь в её лицо. Грати отступила в сторону, и утренний луч скользнул по бледной щеке. Не сказав ни слова, Альт развернулся и, прихрамывая, зашагал дальше. За спиной негромко шуршали шаги — роскошный ковёр почти полностью глушил звук.

Коридор вывел к тяжёлой двери из чёрного дерева, украшенной золотыми петлями. Она была едва приоткрыта. Альт замер, бросив взгляд в щель, и постучал пять раз, выдерживая чёткие паузы. После последнего стука он тут же взялся за резную ручку и потянул дверь на себя.

— Заходи, — коротко бросил Альт.

Грати метнула испепеляющий взгляд и вошла в комнату.

За дверью было просторно и тихо. Высокий потолок, стены, украшенные старыми знамёнами — теми самыми, что некогда висели в покоях прошлого короля. У стены потрескивал высокий камин, отбрасывая мягкий, живой свет на массивный стол. Рядом стоял тяжёлый стул, на котором сидел Гига, облачённый в почти полный сет артефактных предметов — без шлема и перчаток. Он слегка наклонился вперёд, молча перебинтовывая правую руку.

Бинты были необычными: они излучали мягкий голубой свет. Их крафт открыл один из талантливых НИПов с изумрудным ошейником, который жил при дворце, вдали как от игроков, так и от других НИПов. После того, как правило «пяти минут» стало всё чаще сбоить, нужно было найти что-то, что поможет излечить тяжёлую рану после боя или прямо во время него. Без немедленного лечения любая серьёзная рана могла превратиться в тяжёлый дебаф.

«Тоже попробовать?» — задумался Альт. Левой ноге стало получше, но боль до конца не уходила. Если не заживёт через пару часов, придётся также опробовать бинт на себе. Гига продолжал перебинтовывать руку: лицо, обрамлённое длинными чёрными волосами, перекосило от боли. Он стиснул зубы, морщился, но не проронил ни звука. На голубых бинтах в нескольких местах проступили тёмные пятна.

Альт остался снаружи и прикрыл дверь, оставив небольшую щель. Оставлять Грати наедине с Гигой без наблюдения тоже было рискованно.

— А с тобой что случилось? — раздался за дверью голос Грати.

В ответ послышалось короткое сдержанное рычание.

— Освободители. Вспыхнула точка сопротивления у границы. Под видом странствующих торговцев они напали на деревню, перебили караул, заняли её и окопались. Глупцы. Мне пришлось наведаться лично. Но даже с моим новым двести девяносто девятым уровнем было несладко.

За дверью повисла короткая тишина, нарушаемая только потрескиванием камина. Затем раздался ещё один резкий вдох сквозь стиснутые зубы.

— Это был не просто налёт. Они стали дерзкими. Смелыми. Я бы подумал, что у них новый командир, но нет — всё дело в их новых силах. Эту точку мы подавили, но это лишь начало. Дашь бинт?

Последовала короткая пауза, наполненная шелестом ткани и скрипом чего-то, сдвинутого по столу.

— Один из них подкрался ближе, чем я ожидал. Удар был чистый… слишком чистый. Даже такие глубокие раны раньше затягивались сами, но теперь — видишь сама.

— Сами виноваты, — сказала Грати. — Загнали здешних НИПов в такие условия, что им и остаётся, что либо терпеть вас, либо сопротивляться. Что ты от них ожидал? Что все будут покорно носить твои ошейники?

Раздался звук отодвигаемого стула. Альт осторожно заглянул в щель. Гига смотрел на Грати пристально, не мигая, а та села на стул напротив.

— Я вообще не понимаю, что происходит, — заговорила Грати. — Вчера ты не пойми куда меня вытащил. Показал какой-то странный рычаг за печатью и насыпал туманных намёков. Пока тебя не было, я попыталась всё обдумать, но ты ведь ничего толком не объяснил.

— Разве? — Гига слегка наклонил голову набок, сощурив глаза. — Мне кажется, Насть, я объяснил тебе всё прямее некуда.

— Терпеть не могу, когда кто-то строит из себя умника. «Всё понятно», «всё очевидно», «ты что, сама не можешь додуматься…» — раздражённо прошипела Грати и тут же осеклась. — Получается, это правда? Если кто-то обставит вас и закончит игру, мы выйдем отсюда, но дальше… Что? Сюда зайдут другие? На этот же сервер? Или на другой?

— Эти подробности мне неизвестны, — медленно ответил Гига. — Возможно, запустится совершенно новый мир, в котором останется разве что старая основа — классы, механики и всё прочее. Но да, мы покинем игру, а следующие игроки массово попадут сюда — в порядке своей очереди. Может, запустят сразу пять тысяч. Может, десять. Для нас всё закончится, но для них только начнётся.

В комнате повисла тяжёлая, глухая тишина.

— Не знай я тебя, — сказала наконец Грати, глядя Гига в лицо, — и без всех этих разговоров с тобой, я бы подумала, что у тебя другая цель. Что ты хочешь уберечь всех, кто сейчас в очереди, от страшной участи. Ведь жить здесь вечно не получится. Игру отключат извне. И тогда всем, кто стоял в очереди, просто некуда будет попадать. Они избегут заточения. Это звучит красиво. Благородно. Но всё это не про тебя.

Гига позволил себе лёгкую усмешку.

— Честно? Мне наплевать на всех, кто сидит в очереди. Я делаю это не ради того, чтобы сберечь их хрупкую психику. Мои цели ты знаешь. Пусть не я сотворил этот мир, но я его хозяин. И я сделаю всё, чтобы оставаться им до тех пор, пока кто-то извне не вытащит нас отсюда. Всё закончится, но только после того, как мы с тобой проживём долгую и счастливую жизнь — ту, которой лишены в реальности.