— Зачем ему столько артефактов? — Евклид понимал, что времени мало, но был настолько ошарашен новостью, да и в целом тем фактом, что можно стать рабом артефакта, что решил узнать побольше.

— А этого никто точно не знает. Полагаю, это нужно не ему, а его хозяину, или хозяйке. У артефактов нет полов, если уж на то пошло. Мне, кстати, было бы любопытно узнать это перед смертью. Я стар, мне недолго осталось болтаться в этом пузыре. У меня уж и собственный пузырь барахлит, хе-хе. Я решил множество волнующих меня вопросов в своей долгой жизни. Но этот вот не решил. Деньги мне не нужны, сразу скажу, у меня этого добра предостаточно. Дайте мне Вектора и то, что его поработило, а взамен получите то, что нужно вам. Я ведь знаю кто вы, товарищ нормализатор. Слава опережает вас. И пожалуй, вы единственный во всём этом проклятом мире, кто может дать мне то, что мне нужно.

— Что вы сделаете с ним?

— С Вектором? Ничего. Посидим, потолкуем о славных деньках совместной охоты за сокровищами, а вот то что поглотило его разум я хочу забрать. Понять как оно работает и затем уничтожить. Я ведь книжку пишу. — Он взял с полки гору исписанных листков и положил перед Евклидом. — Учебник «Тайны вещей, которые мы носим на себе и в себе». Как вам название? Я от него в восторге! К счастью, я почти закончил, но мне не хватает одного штриха. Я хочу завершить этот труд историей о своём приятеле, которого сгубило то, что он носит. А он таскает поработивший его артефакт на себе, я в этом не сомневаюсь. Не хранит же он его в автобусе, в конце концов!

— Идёт. Признаюсь, я пока не знаю как именно, но я дам вам его. Если вы поможете мне добыть то, что нужно мне. Вы ведь догадываетесь о чём пойдёт речь?

— Я не глупый человек, жизнь пожил и сложить два и два вполне могу. — Визв отсчитал несколько уний и положил на стол перед Портфелем. — Благодарю за работу посредник. Оставь нас, пожалуйста, наедине.

Бородач, потряс ладонь старика обеими руками, сгрёб вознаграждение в карман и кивнув Евклиду со Славой, исчез за дверью.

— Итак, я говорил о том, что догадываюсь. Ко мне сюда просачивается порой кое-какая информация… Но давайте не будем тянуть из старика последние жилы, просто скажите прямо и я вам отвечу.

— Апостол Ноль. — Евклид пристально посмотрел в мутные светлые глаза собеседника.

Старик понимающе кивнул и принялся перебирать листки своей рукописи. Бумаги было много, старик охал и бормотал, иногда останавливаясь на каких-то не имеющих значения отрывках текста и друзья успели сделать немало глотков чая перед тем как перед ними лёг искомый лист.

На нём довольно художественно был изображён ангел. Ангел был составлен из отдельных частей, артефактов, о которых толковал и Всеволод. Рядом с каждой частью, мелким неразборчивым почерком, виднелись пометки.

— Как вам напиток, молодые люди? Специальный травяной сбор, я и сам такой пью регулярно. Бодрит и пользителен для кишечника. Удивительно, но у него присутствует стойкий обезболивающий эффект. Вам, вижу, как раз к месту, налью ещё чашечку! Вот мазь ещё специальная, от ожогов. Намажьтесь прямо сейчас, не стесняйтесь. Мы с вами сейчас вроде как сделку заключили, так что в моих интересах, чтобы вы были здоровы и продуктивны. Вот ещё, берите. Не дарю, всё с возвратом. Выздоровеете — вернёте.

Визв притащил и надел на Евклида какую-то громоздкую красную шапку с узорами и заставил нацепить ворох каких-то побрякушек. Евклид пытался противиться, но почувствовав резкий положительный эффект с готовностью подчинился. Интенсивность зуда снизилась. Глаза перестали слезиться, а раны от пуль бешено пульсировать.

— Вот! Теперь я вижу вы готовы слушать, а то какие рабочие моменты могут быть, когда всё тело разваливается, да ещё в таком юном возрасте? В общем, слушайте.

Доподлинно никто не знает был ли подобный артефакт или нет. Точнее набор артефактов. Уж не знаю ноль или не ноль, но в миру этот комплект артефактов прослыл комплектом Апостола. Кем был этот Апостол никто не знает, но мне удалось найти немало свидетельств того, что существо, носившее этот набор, действительно существовало. Я полагаю, что оно действительно было ангелом во плоти, а потом его убили какие-то ироды и с тех пор понеслось всё кувырком. Произошло то самое первое Смешение, а потом и все остальные. Убийцы Апостола, кстати, хотели, чтобы на том первом Смешении привычный нам мир и закончился. Но сам Апостол перед своей гибелью сумел сделать так, чтобы каждый раз когда мир рушится происходило некое ответвление и привычный мир продолжал существовать. Этакая защита от внешних вмешательств. С тех пор всё и идёт своим странным, но чередом.

А теперь перейдём к практической части. Как реликвии наполнялись святостью от места и существ с которыми контактировали так и предметы, контактирующие с Апостолом вбирали частички его силы. А уж в момент смерти так ей пропитались, что и подумать страшно. Точное количество этих предметов никто не знает…

— Уже знают. — Перебил его Евклид. — Можно карандаш? В Нулевой земле недавно обнаружилась чаша, это первый предмет, его, кстати нет на вашем рисунке. Он называется Крестильный Кубок. На нём-то и были подсказки. Вот тут и вправду есть перстень — Перстень Завета. Где перстень и где Сандалии Странника никто не знает, они вот и вот на рисунке.

Евклид быстро делал заметки, а Визв жадно внимал сказанному.

— Вот этот плащ — Мантия Милосердия, обнаружился у Братства, а Пояс, Посох и Крылья находятся непонятно где. Он не так выглядит, кстати, как у вас, у вас тут не посох, а какая-то старая клюка.

Евклид усмехнулся и повернул голову к Славе. Тот пристально таращился на висящий на шее Евклида галстук. Евклид подмигнул приятелю, мол, сиди помалкивай, Визв человек незнакомый и всего ему знать не стоит.

— Вы меня удивили, сильно удивили, молодые люди. Пожалуй, вы знаете о комплекте куда больше, чем я. Откуда эта информация?

— Из проверенного источника, Визв. Надеюсь, что в вашем лице мы сможем найти что-то большее, чем древние байки о безвременно ушедшем ангеле, который скорее всего лишь красивая сказка. Нам нужно местонахождение одного из этих артефактов. Любого.

— Ботинки, Евклид.

— Ботинки?

— Термин Сандалии Странника я услышал от вас. До этого я называл этот артефакт просто «ботинки». И местонахождение этих ботинок, мне, я полагаю, известно.

— Полагаете? Какова вероятность того, что они там?

— Они там. Я знаю наверняка. У вас свои надёжные источники, у меня свои.

— И почему же тогда эти ботинки ещё не у вас на ногах, уважаемый Визв?

— Хех… Я не очень жалую обувь, как видите, а ещё у меня не было достойного повода подвергнуться столь высокому риску. Вы дали мне этот повод. Вектор — последний эпизод труда всей моей жизни.

— И как мы убедимся, что вы не врёте? Что если мы пойдём, на, как вы выразились, высокий риск, а вместо Сандалей Странника найдём лишь калоши Крокодила Гены?

— Хорошая шутка, товарищ! Хорошая! Гарантирую, что калоши там где я укажу. И гарантией буду я сам, ведь я отправляюсь с вами.

Короткая перепалка ни к чему не привела. Старик был упрям и ни в какую не хотел делиться местонахождением артефакта, если его не возьмут в команду. Евклид спорил как мог, но в конце концов сокрушённо покачал головой и пожал тощую стариковскую руку. В конце концов, подумал он, от назойливого старика можно будет избавиться и позже. К тому же, обвешанный таким количеством магического барахла, он скорее всего мог оказаться вполне полезен в бою.

Время поджимало, а на кону стоял ещё один важный вопрос.

— Давай, высыпай награбленное прямо на стол! — Разрешил Визв, быстро пакуя чемоданы, а точнее небольшие походные сумки. Он был чрезвычайно доволен успешными переговорами и предстоящим путешествием, а поэтому стал чрезвычайно радушен.

Евклид активировал перстень Братства и на столе одна за одной стали появляться вещи, которые Суетящийся демон тщательно собрал в перевёрнутой повозке Равеля. Неожиданно из кольца материализовался чёрный пёс.