— Эф, ты как? — Заботливо поддержал его Слава.

— Мы сломили Равеля. Дела лучше не придумаешь. Только вот слегка портит настроение ощущение, что с меня живьём кожу содрали. Спасибо, дружище, за колечко-регенератор. Зря я подтрунивал над тобой, сейчас бы с радостью облепил всего себя подоржником, если бы он тут произрастал. Кстати, как там молельный отряд? Тимофей, Эннор, вы чувствуете поддержку? Наши союзники в Норах всё ещё думают о нас? Я вот что-то не ощущаю…

— Я тоже не чувствую. — Согласилась Эннор, прислушавшись к своим ощущениям. — Я вообще позабыла что там кто-то что-то делает.

— Я чувствую. Только вот слабая она, в школе была куда сильнее. Похоже на то, что не вместе они молятся за наше здоровье, а так… Припоминают изредка, ото дня ко дню. Одно дело видеть результат своих трудов каждый день и совсем другое думать о каком-то малознакомом демоне, который, возможно, давно уже издох. Да и что взять с этих туземцев, хозяин? Времени прошло не достаточно. В Норах вообще неизвестно что теперь творится. Надо поучиться выправке вон у этих. — Он махнул рукой в сторону Майи.

— Закхард меня теперь, скорее всего, убьёт… — протянула девушка-некромант. — Если, конечно, узнает, что здесь произошло.

Эннор усмехнулась:

— Он уже всё знает, не сомневайся. Во всех подробностях. Пожри меня пустота если Всеволод не наблюдал за всем, что тут происходило глазами Равеля. Он наверняка уже отдал все нужные распоряжения.

Евклид глубоко вздохнул и согласно покивал головой:

— Думаю, что Закхард уже слил тебя Майя, разболтав чьими именно руками был убит Жорж Анграмайн. Уверен, с пометкой, что уж он-то, Закхард Разумный, вообще убивать никого не планировал и только взбесившаяся Левая стопа с ожившим братцем, наделала делов.

— Чёрт, похоже у меня теперь один путь, Эф. — Она помотала головой и совсем как раньше попыталась потереть глаза. — Это поддержать тебя и твою безумную шайку.

Суетящийся поравнялся с ней и принялся загибать пальцы:

— Полегче, тебя пока никто никуда не принимал. Бывшая старшая библиотекарша. Бывшая Левая стопа короля Закхарда. Потом бывшая стопа Ацерома… Ненастоящего. Ну разве что статус бывшей девушки моего хозяина тебе поможет…

— Уймись, Тимофей. — Оборвал его Евклид. — Чёрт подери, тебе больше заняться нечем? Мы теперь вместе, она идёт с нами. Она покажет нам где Тито. Укажет координаты территории короля.

Майя кивнула:

— Я подумаю, Эф. Кстати, у меня есть предложение насчёт Суетящегося. Давай запустим процесс и сделаем тебя некромантом? У нас на территории есть всё необходимое для этого. А Тимофей, раз он так о тебе заботится, будет всегда с тобой. Точнее внутри тебя.

— Я забочусь о нём, поэтому я рядом с ним, в отличии от тебя. Предала школу как только представилась такая возможность. Надеюсь твой воскресший братец достаточно тебя развлекает?

— Я бы разозлилась, но моя теперешняя сущность позволяет не реагировать на выпады прислуги, которая в любом случае в выигрыше. Евклид живёт ты получаешь могущество, умирает — получаешь душу. А чего ты отдаёшь взамен? Как видишь, ты весьма посредственный сатан. Ты не то что с Закхардом не справишься, или тем более с Равелем, половина воронки развоплотит тебя без особых проблем.

— А ты?

Суетящийся в мгновение ока очутился за спиной Майи, стараясь схватить её, но его руки схватили лишь воздух. Майя исчезла и переместилась за спину синеволосому, совсем как её король в школе. На кончике её пальца возникла крошечная вращающаяся печать, которой она срезала прядь синих волос.

В следующую секунду она, издав короткий хрип, отлетела в сторону от мощного удара Тимофея. Она сумела удержать равновесие, припав на колено, но в следующую секунду закрыла сгибом левой руки свои глаза. Правая рука была вытянута. Перед ней вращалась чёрная атакующая печать.

В бордовой вязаной перчатке Суетящийся демон сжимал ржавую маску Майи. Глаза его горели красным.

Голос библиотекарши был больше похож на рёв животного:

— Отдай мне маску, ублюдок! Печаль, дождём обрушившись…

— Хватит! — Евклид встал между ними и Майя была вынуждена прервать заклинание.

Молодой человек вырвал у Тимофея маску и злобно толкнул его в грудь. Суетящийся примирительно поднял руки, но улыбка на его лице погасла.

— Держи, Майя. Прости его и меня. — Он протянул ей маску.

— Отвернись! Все вы!

Евклид отвернулся, заглянул в глаза Суетящегося и разочарованно покачал головой. Губы его были плотно сжаты.

«Хозяин, она первая начала… — раздался в голове голос Тимофея».

— Вперёд! Все двигайте вперёд! — Приказал Евклид. — Больше ни слова, если оно не относится к делу. Не отряд, а расхлябанная банда…

До места назначения никто не проронил ни слова. Знатока артефактов, к которому привёл Евклида Портфель, звали Визв. Он жил не в палатке, а небольшом домишке, что было для Кровавого вербовочного пункта большой редкостью и привилегией. Визва было сложно описать. Пожалуй, он обладал лишь одним ярким свойством — Визв был очень стар. Его немощное тело было обтянуто шнурками с магическими безделушками, словно ёлка гирлядной. Поверх обтянутых кожей рёбер, болталась кожаная куртка с расстёгнутой молнией, а на ногах висели широкие брюки. Обуви он не носил из принципа, предпочитал быть ближе к земле. Хотя, как подумал, Евклид, Визв и так был к земле гораздо ближе, чем он сам думал.

— Так-таак! Куда это вы всем скопом вломились? А? У меня тут дом, а не торговый прилавок! Остаётся посредник, продавец и ещё один представитель продавца.

— Посредник. — Кратко рапортовал портфель, присаживаясь на ободранное кресло перед внушительным грубым столом.

— Продавец. — Евклид присел на предложенное ему место.

— Представитель прод… — начал было Тимофей.

— Слава, останься. Сатан, ожидай снаружи. Я позову, если понадобишься.

Суетящийся хмыкнул и вышел за дверь вместе с остальными.

— Итак, уважаемые? Чем вам обязан старина Визв? Я вот как раз чаёвничать собирался. — Знаток артефактов снял с небольшой печурки чайник и разлил по железным кружкам какой-то ароматный напиток.

— Вопросов, уважаемый, у нас два. — Сразу перешёл к делу Евклид, жестом остановив уже готового было разразиться дифирамбами Портфеля. — Первым делом хотелось бы опознать некоторые вещицы, которые нам удалось заполучить.

— Вещицы… — задумчиво повторил Визв, сворачивая самокрутку. — Знавал я одного весьма именитого персонажа, любителя называть артефакты «вещицами». Весьма экспертный был человек, весьма экспертный…

— И что же с ним случилось? — прищурился Евклид.

— Тоже, что и со многими другими любителями коллекционировать вещи, чья природа не до конца понятна для нас. Стал рабом одной из таких, как вы выразились «вещиц». Артефакты ведь разные бывают…

— Как зовут этого коллекционера? — От напряжения Евклид подался вперёд.

— Его имя сэр Персиваль Ашкомб-Фицрой. — Сквозь зажатую в зубах самокрутку процедил хозяин дома.

— Никогда не слышал о нём. — Евклид посмотрел на Славу. Тот тоже отрицательно помотал головой.

— В Хаосуме он известен под именем Вектор.

Евклид, не пытаясь сдерживать удивления, откинулся на спинку стула.

— О! Вижу вы с ним знакомы, молодой человек. Наверное, вы думаете, что я что-то путаю и что такой человек как Вектор не может быть кем-то другим. Однако, поверьте мне на слово, я уверен в том, что говорю. Летает на старом автобусе. Бледный, артефакты в ушах и на языке, плащ со множеством кармашков…

— Язык я не видел. В остальном абсолютное сходство.

— Да он это, он. — Улыбнулся старик. — Думаете в Хаосуме все подряд носятся на автобусах и разбираются в магических вещах? Вектор — легенда. Каким именно артефактом он порабощён сказать не могу, не знаю. Но уверенность у меня на двести процентов. Именно она заставляет его, словно одержимого, таскаться по всему Хаосуму, выискивая всё более интересные и ценные вещи… Вещицы то есть. Мы были напарниками какое-то время. А потом разошлись, именно в тот момент когда его одержимость начала проявляться слишком уж остро.