В нижнюю половинку часов упала последняя песчинка.

Мысли Евклида о том, чтобы под каким-либо предлогом выскользнуть из зала и поговорить с Майей мгновенно улетучились. Ему представилась возможность находиться в одном зале с самыми могущественными созданиями этого мира и он не мог её упустить. Евклид не прекращая думал о своей старой знакомой, но его тело стало неподъёмно-тяжёлым, а глаза сосредоточились на бледном свете фонаря, который выхватывал из тьмы трибуну на сцене. На дубовой поверхности красовался герб семьи — чёрная свеча в огне алого пламени, а под ней надпись на латыни, такая же как при входе в здание: «Прах — наше топливо».

Евклид уже перестал удивляться тому, что понимает другие языки, контракт с Суетящимся демоном работал. И чем больше они находились в дуэте, тем лучше.

Первым на сцене появился их недавний преследователь — Карающий Равель. Он медленно прошествовал к центру сцены, постукивая по полу древком своего оружия, и встал слева от трибуны. Длинные чёрные волосы демона сливались с темнотой и казалось, что красные ленты висят в воздухе сами по себе. Сатан выпрямился и затих. Было сложно угадать разглядывает ли он сквозь маску присутствующих или же просто безразлично смотрит в одну точку.

Сразу за ним, из-за кулис показался невысокий силуэт, окутанный густым чёрным дымом. Были видны только начищенные до блеска туфли и кусочки штанин классических брюк со стрелками.

Человек поднялся на трибуну и дым мигом сполз с него, принимая очертания лица и плеч ужасающего демона на фоне фигуры. Размер его головы был около метра, а черты напоминали человеческие. Несмотря на то, что контуры были нечёткими, в пасти угадывались клыки, а взгляд тлеющих глаз был крайне агрессивен.

— Совет десяти королей объявляю открытым!

Евклид, с помощью приближающегося свойства маски, детально рассматривал владыку небоскрёба. Всеволоду на вид было около шестидесяти лет. Морщинки, абсолютно белая борода и волосы, с залысиной спереди, придавали ему вид умного и добродушного человека. Но взглянув в глаза, полуприкрытые подвисшими веками, можно было догадаться, что этот человек куда сложнее, чем кажется. Тёмные и бездонные, они словно две собачьи пасти, вцеплялись в лицо любому, кто осмеливался глядеть в них слишком долго.

Голос Всеволода был не громким, в нём не было пресловутых «стальных ноток», присущих речи многих сильных мира сего, однако когда он говорил, не возникало и мысли о том, чтобы попытаться перебить этого человека, или попытаться ему возразить.

— Первым образом, я бы хотел поприветствовать всех присутствующих и с радостью сообщить, что за последний год наш состав не сильно изменился. Смертность вольных сущностей — привычное дело, мы с вами это знаем, но в этом году лишь два короля и четыре представителя Нулевой земли — новички в этом зале. Безопасность. Вот то, что я и моя семья культивируем в этой башне и как видите, успехи имеются. Безопасность всегда идёт рука об руку со скрытностью и подавлением гордыни, поэтому, как и всегда, попрошу, чтобы то, что мы здесь обсуждаем не распространилось вовне. «Лучше пусть твои сахарные уста навсегда слипнутся, Сева, чем ворошить ветер» — говорила моя бабушка и я вспоминаю её слова с благодарностью. Позвольте мне начать с небольшого подарка, единомышленники. Мальчик мой, принеси то, что мы подготовили.

Евклид с трудом удержался от удивлённого возгласа. На сцену, толкая перед собой небольшую тележку с деревянными коробками, вышел Гуо. Он учтиво поклонился спикеру, а после отвесил ещё один поклон в сторону зала. Выглядел бывший глава школьного совета куда лучше, чем после заточения в Норах.

— Этот молодой человек — талантливый руководитель с одной из нейтральных территорий. Совсем недавно их школа с забавным названием Дендиленд стала частью Золотистого утёса, а перспективные его члены были приглашены к нам, в столицу. Нам необходимы дарования с окраин, дамы и господа. Аристократы, получившие титул по праву рождения, в большинстве своём куда слабее аристократов, добывших его своими заслугами. Вы, наверное, уже слыхали о кончине моего племянника при проведении переговоров в Норах? Давайте почтим его память минутой молчания.

Гуо встал по стойке смирно, а Всеволод перевернул песочные часы и поднеся к глазам, поглядел на падающие песчинки.

— Ну и достаточно, пожалуй. — С усмешкой произнёс он. — Жорж Седьмой не заслуживает и десяти секунд молчания о нём. И вот он убит выскочкой-нормализатором, о котором вы все, наверняка уже слышали. Кстати, этот нормализатор тоже выходец из Дендиленда, как и наш молодой человек.

Стараясь не поворачивать головы, Евклид покосился на Закхарда. Тот едва заметно, криво улыбался и покусывал кончик курительной трубки.

— Что это за кузница кадров такая, этот ваш Дендиленд, а Гуо? Или как он там назывался по-правильному? Пояс Апостола? Даже Закхард Разумный оказался бессилен в прямом столкновении с тем мальчишкой. Он ведь примерно твой ровестник, Гуо?

— Ему помог чёртов директор… — проворчал король в ответ, но слишком тихо, чтобы это можно было счесть за возражение.

Всеволод бодро продолжал:

— Вскоре после осечки короля нормализатор и его Суетящийся демон Тимофей прикончили моего племянничка и на той же встрече умудрились откупиться от Братства. Всего лишь тремя аксиомами, представляете? Откупиться от Томаса Инквизитора под номером четыре, можете себе вообразить? Сразу после того, как они безжалостно вырезали всю территорию молчальников. — Всеволод поднял брови. На его лице играла улыбка. В этот момент он казался слегка безумным.

Владыка колонны указал на подарки и глава школьного совета принялся учтиво разносить деревянные лакированные ящички по кабинкам зрителей.

— А знаете чем закончилось всё это веселье, мои дорогие? Провалом миссии моего безупречного сатана, Карающего Равеля, чьё имя, как вы знаете, никогда ещё не было запятнано поражениями. Так что же это, бездна дери, за персонаж такой, нормализатор Евклид? Как ему удаётся каждый раз ускользать и о какой безопасности речь, если мы не можем разобраться даже с пешкой на доске. Гуо, что скажешь? Вы были дружны с ним, я знаю.

— Это правда, мы знали друг друга какое-то время, владыка. Он обычный человек, как и все мы… То есть как некоторые из нас… Я анализировал Евклида и выделил два качества, которые делают его особенным: он невероятно быстро адаптируется и до безумия решителен. Готов пожертвовать всем ради своих тщеславных целей, которые, между прочим, всецело совпадают с целями его сатана. Да и всех демонов вообще. Он мыслит как демон и этим опасен. Я бы не удивился, если бы он каким-то образом умудрился проникнуть на этот совет и теперь сидит среди нас и посмеивается. Вот кто он такой. Не стоит недооценивать нормализатора, именно благодаря этому он всё ещё жив.

Глава совета поставил коробку с подарком Всеволода рядом с Евклидом, поклонился и двинулся за следующей.

— Закхард? Твоё мнение? — Продолжил опрос Всеволод.

— Моё мнение, папаша, что этот велеречивый ублюдок чертовски хорошо умеет договариваться. Он даже каким-то образом уболтал старуху Киллуб передать ему территорию, которую она по сути создала из ничего. Я бы давно накрыл его в чёртовых Норах, но пока готовил вторжение он уехал! Хорошо хоть удалось переубедить эту упрямую жабу. Теперь она на моей стороне и когда мальчишка вернётся, его ждёт большой сюрприз. Она передаст его на блюдечке.

— Мне бы твою уверенность, король. — Покачал головой Всеволод. Дымовой демон за ним оскалился. — Равель, мой сатан, ты тоже потерпел фиаско в поимке нормализатора. Какое качество противника ты мог бы выделить?

Демон не шелохнулся, однако из-под маски раздался голос:

— Нормализатор ничего смог сделать со мной. Ни своими саммонами, ни ваджрой, ни магией, которой он владеет на уровне новичка. Я засунул оба дуэта в клетку, но его соратник перехитрил меня, заранее договорившись с Держателями прохода. Почему мы до сих пор терпим этих существ, хозяин? Продажные…