— Илья, мальчик мой, — Гордеев ткнул ухоженным пальцем в карту. — Разведка донесла потрясающие новости. Стык флангов, квадрат 4–12. У них там дыра. Настоящая брешь в обороне.

Я склонился над столом, делая вид, что внимательно изучаю местность. Лесистый распадок, узкая тропа между холмами. Идеальное место для прорыва. Или для могилы.

— И почему они оставили такой подарок без присмотра? — спросил я, не поднимая глаз.

— Паника, — развёл руками князь. — После того, как ты разнёс их в Заречье, они стягивают силы к центру. Забыли про фланги. Это наш шанс, Илья. Если ты ударишь туда сейчас, мы выйдем им в тыл и захлопнем котёл.

Он посмотрел на меня с отеческой заботой.

— Я знаю, ты устал. Твои люди измотаны. Но кроме «Чёрного Князя» эту задачу никто не потянет. Возьми лучших. Сделай это ради Империи.

Я выпрямился, глядя ему в глаза. В них не было ни капли искренности. Только холодный расчёт игрока, который ставит на кон чужую жизнь.

— Я понял задачу, Ваше Сиятельство, — кивнул я. — Мне нужно два часа на подготовку.

— Конечно, конечно! — обрадовался Гордеев. — Действуй. Я верю в тебя.

Едва мы вышли из кабинета в длинный коридор бункера, княгиня Савельева, молчавшая всё это время, схватила меня за локоть. Её пальцы были ледяными.

— Он врёт, — прошептала она, не разжимая губ. — Каждое слово — ложь. Я чувствовала его эмоции, Илья. Это не забота. Это предвкушение. Злорадство. Он посылает тебя на убой.

Я не удивился. Я ожидал этого с той самой минуты, как вернулся из Заречья живым.

— Саша, ты на связи? — бросил я в гарнитуру.

— Всегда, босс, — голос хакера звучал бодро, но с нотками напряжения. — Я мониторю каналы.

— Проверь квадрат 4–12. Гордеев говорит, там пусто. Мне нужно знать, насколько там «пусто» на самом деле. Используй спутник, взломай их тепловизоры, делай что хочешь.

— Дай мне минуту.

Мы с Савельевой и подошедшим Сергеем зашли в пустую переговорную. Сергей выглядел хмурым. Он чистил ногти своим огромным ножом и молчал, но я знал: он уже готов резать глотки.

— Илья, — голос Саши в наушнике изменился. Теперь в нём был страх. — Ты туда не пойдёшь.

— Что там?

— Тепловые сигнатуры. Они замаскированы под ландшафт, используют охлаждающие костюмы, но спутник поймал искажения фона. Там засада. И это не обычная пехота. Судя по профилю энергопотребления… это «Жнецы Пустоты».

Я выругался. Те самые твари в чёрных доспехах, которые чуть не убили нас в первый раз и лишили Егора руки. Они блокируют магию, работают как единый организм. В узком ущелье квадрата 4–12 они перещёлкают нас как в тире.

— Это ловушка, — констатировал Сергей. — Гордеев хочет, чтобы нас там положили. А потом скажет: «Увы, разведка ошиблась, герой пал смертью храбрых».

— Если я откажусь выполнять приказ, — медленно произнёс я, — это трибунал. Расстрел за трусость и невыполнение боевой задачи в условиях военного времени. Он загнал меня в угол.

Савельева нервно постукивала каблуком по полу.

— Мы не можем идти туда, Илья. Это самоубийство.

— Мы и не пойдём, — я усмехнулся. В голове начал складываться план. Безумный, наглый, как раз в моём стиле. — Точнее, мы пойдём, но не совсем мы.

Я повернулся к княгине.

— Нина Сергеевна, вы ведь мастер ментальной магии и иллюзий звука? Сможете создать шум? Много шума. Рёв моторов, лязг гусениц, топот сотен ног?

Она удивлённо приподняла бровь, но в глазах мелькнул интерес.

— Смогу. А зачем?

— А я добавлю картинку, — я постучал по своему браслету с нанитами. — Мои проекторы могут создать голограммы. Не идеальные, вблизи рассыплются, но издалека, в лесу… сойдёт.

— Ты хочешь отправить туда призраков? — догадался Сергей, и его лицо расплылось в хищной ухмылке.

— Именно. Гордеев хочет атаку на квадрат 4–12? Он её получит. «Жнецы» будут ждать нас там. И пока они будут воевать с пустотой, мы ударим туда, где нас действительно не ждут.

— Куда? — спросила Савельева.

— Саша, — скомандовал я. — Найди мне ближайший узел связи или склад ГСМ противника. Желательно тот, который питает их бронетехнику в этом секторе.

— Есть такой, — отозвалась хакерша. — Пять километров восточнее засады. Полевой склад горючего и ретранслятор. Охрана минимальная, все силы стянуты в квадрат 4–12 для встречи дорогого гостя.

— Отлично. Это называется гамбит, господа. Мы жертвуем фигурой, которой у нас нет, чтобы выиграть партию.

Лес в квадрате 4–12 был густым и мрачным. Идеальное место для засады.

Мы лежали на гребне холма, в километре от ущелья, укрытые маскировочной сетью и моим Покровом. В бинокль я видел едва заметные искажения воздуха среди деревьев — там, внизу, ждали «Жнецы». Они были неподвижны, как камни.

— Пора, — шепнул я.

Княгиня Савельева закрыла глаза. Она сидела, скрестив ноги, и её пальцы плели невидимую паутину заклинания.

Сначала это был тихий гул. Потом он нарос. Земля начала мелко вибрировать. Со стороны нашей линии фронта, прямо к ущелью, двигалась армия.

Звук был пугающе реалистичным. Рёв дизелей тяжёлых танков, хруст ломаемых деревьев, отрывистые команды офицеров. Казалось, что в атаку идёт целый танковый полк.

Я активировал проекторы. Дроны, которые я запустил заранее, начали рисовать лазерами в дымке тумана силуэты. Танки, БТРы, бегущие фигуры солдат. Это было световое шоу, но в сумерках оно выглядело убедительно.

«Жнецы» купились.

Я увидел, как внизу зашевелились тени. Они выходили из укрытий, занимая огневые позиции. Они готовились встретить лобовую атаку. Вспыхнули накопители их маго-пушек.

— Огонь! — беззвучно скомандовал я за них.

Ущелье превратилось в ад. «Жнецы» ударили из всех стволов. Взрывы, вспышки тёмной энергии, росчерки трассеров. Они расстреливали воздух, деревья и мои голограммы.

— Красиво, — прокомментировал Сергей. — Патронов жгут немеряно.

— Уходим, — я хлопнул его по плечу. — Пока они заняты войной с призраками, у нас есть дело.

Мы скатились с обратного ската холма и рванули через лес. Быстро, тихо, по-волчьи.

Пять километров мы преодолели за двадцать минут. Мои наниты впрыскивали в кровь стимуляторы, усталости не было.

Полевой склад ГСМ возник перед нами как на ладони. Огромные резиновые резервуары с топливом, ряды бочек, вышка с антеннами ретранслятора. Охрана — десяток сонных солдат АДР — лениво курила у ворот. Они слышали канонаду в квадрате 4–12 и думали, что война идёт там, далеко.

Они ошибались. Война пришла к ним.

— Линда, Егор — вышка. Сергей — периметр. Я беру цистерны. Работать тихо.

Мы вышли из леса тенями. Часовые упали раньше, чем успели схватиться за оружие. Ножи Сергея работали безупречно. Линда и Егор (который теперь стрелял с одной руки, используя упор) сняли пулемётчиков на вышке сдвоенным залпом.

Я подошёл к главному резервуару. Огромная чёрная подушка, полная высокооктанового топлива.

— Гори, гори ясно, — прошептал я, лепя на бок цистерны термитный заряд.

Через две минуты мы уже были в лесу, на безопасном расстоянии.

— Взрывай, — скомандовал я.

Ночь стала днём.

Огненный шар взметнулся в небо метров на сто. Взрывная волна качнула верхушки деревьев. Следом сдетонировали бочки. Ретранслятор, подрезанный взрывом, медленно, со скрежетом, рухнул прямо в огненное море.

Это был конец логистики АДР на этом участке фронта. Без топлива их танки станут грудой металла. Без связи они ослепнут.

Я включил рацию. Но не на нашей закрытой частоте. Я вышел в общий эфир штаба, который слушали все: и Гордеев, и Ромадановский, и командиры полков.

— База, это Мор, — мой голос был спокойным, даже весёлым. — Докладываю.

В эфире повисла тишина. Потом раздался неуверенный голос дежурного:

— Мор? Но… вы же в квадрате 4–12…

— Никак нет. Операция «Обманный манёвр» завершена успешно.

Я сделал паузу, давая всем осознать услышанное.