— Извини, вчера еще принес, но замотался и так и не отдал. Попробуй, этот материал тебе для рунных плашек должен подойти лучше дерева. Если не сработает, будем искать камень.

— Спасибо, братец, — принимает дар Королева фей, а у меня беззвучно тренькает завершившийся квест и слегка приподнимается полоска экспы. Вот скажи я «забыл» — это было бы ложью, которую фея непременно почувствует; простит или нет — другой разговор, но ощутит обязательно, и оно мне надо, иметь головную боль на пустом месте? А так ни слова неправды. Специально отложил на сегодня, чтобы получить ту самую экспу, каковую по правилам двухуровневого лимита не мог заработать вчера. Ее немного, но зачем терять там, где можно приобрести?

Кстати, о приобретениях… Мысленно посылаю Зов:

«Киена, Вейль, Най — яйца пробуждать будем?»

Секунды через полторы радостным щебетом взрывается, кажется, все Древо фей. И разумеется, вся крылатая мелочь высыпает наружу и начинает в резком приливе любопытства метаться туда-сюда-обратно.

Первой с яйцом виверны в руках ко мне подлетает Най, с нее и начинаю. Яйцо в ямку на землю, вокруг него рисую Перт, Рождение, и Гебо, Дар, и Манназ, Соединение.

— Вытяни руну, — раскрываю перед феей свой мешочек. — Не думай, не нащупывай, просто бери.

Турисаз перевернутая. Активная Защита. Для фамилиара специализация очень даже правильная, можно сказать, эталонная. Добавляю и этот символ в ободок вокруг яйца.

— А теперь ты сама, своей кровью, вот здесь, — указываю прутиком, — добавляешь вот такой вот росчерк, — изображаю сбоку руну Соулу, в данном случае она будет значить Целостность, — и сразу зови своего будущего друга, мысленно.

— А имя у него есть?

— Вылупится — скажет.

Най делает как я сказал, яйцо на миг окутывается красноватой аурой — и лопается, а наружу неуклюже выбирается змееныш, в смысле детеныш скальной виверны, пока еще не крапчато-серый, а весь перемазанный в бурой жиже. Фея радостно визжит, тиская мелкую тварюшку, и сообщает на весь двор:

— Ее зовут Айке!

Ну и ладно, пусть будет не «он», а «она», у виверн гендерный диморфизм не выражен, в плане самки и самцы по боевым качествам примерно одинаковы.

Яйцо Киены. Та же процедура, только она из мешочка вытягивает прямую Наутиз. В данном случае смысл — Долг, Служение, тоже для фамилиара совсем неплохо. Кровавая Соулу, треск скорлупы и радостное:

— Коркук! Он сказал, его так зовут.

Потом черед Вейль, и ей достается перевернутая руна Манназ. Однако. В данном случае — Зеркало, Отражение, отличная способность для фамилиаров с ментальными талантами, но скальная-то виверна такими опциями обычно не обладает… Ну посмотрим, Рэндом, как ты это сорганизуешь.

Мои размышления не мешают благополучно пробудиться и этому яйцу, ведь основа ритуала осталась все той же, и Вейль провозглашает:

— Здравствуй, маленькая Карви.

Система беззвучно тренькает, сообщив мне о добавлении во вкладку Ритуалов позиции «Запечатление». Экспы добавила совсем чуточку, правильно, я тут сугубо разработчик ритуала, а вовсе не главное его действующее лицо.

Где-то на востоке, за непроницаемой пленкой Завесы, встает солнце, и небо слегка светлеет. Именно в этот час и именно в этом месте, как вчера и договаривались, появляется Альмейде Стальной Щит: конечно же, решение свое она не переменила, посему с гномьей таранной прямолинейностью движется прямо ко мне, и на дистанции в два шага плавно преклоняет колено, отдавая мне свой хлипкий топор рукоятью вперед.

Квестовая вилка: отказать Героине, которая желает принести присягу в благодарность за спасение своих, причем за вербовку и службу не просит ни гроша — значит смертно оскорбить ее, а в ее лице и весь Подгорный предел, а гномов у меня в долине пусть не большинство, но достаточно много, чтобы кресло владетельного лорда ой как подо мной зашаталось. А принять присягу Альмейде и взять на службу Героиню-гномку — значит нарушить высказанное в день коронации обещание, мол, в армии Каэр Сида никого, кроме хоббитов и их сателлитов, не будет. Феи с вепрями — те чистые сателлиты и ничего не нарушают; аликорн Даэсси-Гренн по воле и слову своего вожака сменил расу и стал феяликорном, то бишь специфической такой феей, но даже без этой смены идет на правах такого же сателлита; валькноттинги-викинги пусть и являются хумансами, но формально им приказывает их собственное начальство в лице Эйлет Плетущей, а она-то как раз сида-хафлинг, так что и тут я ничего не нарушил. Стройартель гномов в Каэр Сиде — они не армия никакая, а рабочие юниты, такие же, как гномы-шахтеры, по договору с Тарнгриддом добывающие полезные материалы в железной шахте, каменоломне и серном руднике, и гномьи-рудознатцы, которые по договору с Дордаримом выискивают мне по всей долине выходы новых и редких ресурсов с целью возможной разработки, и гномы-дорожники, что ведут мощеный тракт от Дордарима к Тарнгридду, и еще одна артель строителей, которая поднимает форт-заставу около эскарбункула Фьорда… И конструкт-металлоид Таллик, кстати сказать, тоже рабочий юнит, пусть весьма и весьма специфический.

Ситуацию эту я обдумал давно, и решение нашел вполне в духе главного трикстера всея системы. При надобности обошелся бы вообще без атрибутики, потому как Альмейде вчера правильно сказала, церемония ей ни к чему, это ведь не возвышение рядового-боевого юнита в Герои, а просто принятие присяги. Но время подготовить нехитрый арсенал у меня было.

Извлекаю из инвентаря прихваченную утром на личной кухне серебряную кружку, задействую Сотворение воды — большая часть проливается мимо, но оно сейчас совершенно неважно, — и кружка вполне себе волшебным образом заполняется жидкостью, холодной и чистой. Демонстративно отпиваю глоток, а потом, привычно уже царапнув кинжалом край ладони, роняю в кружку немного своей крови — и протягиваю Альмейде, которая пребывает с анимешно круглыми глазами все в той же же коленопреклоненной позе.

— Пей, — приказываю, та не совсем понимает, зачем это, но послушно исполняет требование. — А теперь встань, и больше никогда колено передо мной не гни. Родне не пристало.

Система беззвучно всхлипывает.

В списке моих юнитов свое законное место занимает Героиня Альмейде со славным боевым позывным Стальной Щит, а к ней — как к Эйлет ее викинги, — сразу оказываются приписаны четверо вояк из подгорного племени: щитоносцы Эгон, Нейн и Дьярр, и арбалетчик Кронор. Эти четверо по всем показателям обычные гномы с положенными им статами и скиллами, а вот у Альмейде теперь раса уникальная и обозначена «хобгном». Кровная родня, ага.

И — экспа. Не за присоединение нового героя, нет, за это, даже когда получается бесплатно, система особой щедрости не проявляет. За то, как я ухитрился взять под себя Альмейде, не нарушив при этом присяги лорда Каэр Сида; верховные трикстеры оценили. До двадцать третьего уровня не хватило, но бар опыта хорошо так поднялся.

Любопытствую:

— Альмейде, а воинов ты себе где нашла? Чтобы тоже служили мне не за золото. С тобой понятно, а их что держит?

— Договор с кланом Подземного горна, — ответствует вместо Героини щитоносец Нейн. — Призваны рунным кругом судьбы.

Скорее всего, подразумевается некий ритуал. Почему не провели еще в дороге, заполучив хоть сколько-то защитников понадежнее баб, они у гномов отнюдь не богатырки? Видать, нужны были определенные условия. Или время, которого там и тогда не хватало. Или и то, и другое, в общем, как сумели, так и сорганизовали. Не моя печаль, в плане, может, когда и пригодилось бы, и рунной магией я владею — но это другие руны… и другие, сугубо гномьи ритуалы. Научить могут, если приду и попрошусь в ученики, а вот открыть за просто так — подобное не в характере уроженцев Подгорного предела.

В целом понятно, почему подчиненные у Альмейде снаряжены кое-как, да и сама она амуницией не блещет. Беженцы, вернее, беженки Подземного горна пристойных арсенальных запасов с собой не имели, а те формулы призыва разумных существ, о которых по прежним играм и форуму известно мне, не подразумевают появления нового полноценного юнита. В смысле юнит-то будет призван, а вот оружие-броня и вся прочая снаряга — какие обеспечишь сам. Ну или, в некоторых случаях, которая является частью его самого, частью его сути, к примеру, у тех же ангелов «в комплект» входят пламенный меч и световой щит. Гном же, как бы ни ехидничали анекдоты, с секирой и киркой в руках все-таки не рождается.