Снова ничего. Только пыль оседает. С целью провоцировать, я встал и начал нарочито медленно прогуливаться по залу туда-сюда, буквально подставляя спину под удар. Осмотрел барную стойку, заглянул в туалет, и тут в самом центре зала среди карт, пыли и фишек вдруг увидел маленькую записочку. Издали она напомнила мне структурированный список с пунктиками — первый, второй, третий.

Интересно? Ну конечно же интересно! Я наклонился, подобрал его, попытался прочитать, но тут же понял что вместо букв на листочке были «структурированы» каракули. А когда разгибался, услышал свист рассекаемого чем-то воздуха.

— Оп!

Рефлексы на высоте. Думаю вот, а может мне на досуге флейрингу поучиться? Пустая стеклянная бутылка была пущена мне прямо в голову, но я умудрился перехватить её. Подкинул пару раз, прокрутил на ладони и сказал о том, что:

— Я если что тоже бросаться умею!

Аномальные партизаны снова утихли. Тогда я решил не то, чтобы сменить тактику… а хотя бы попытаться её выработать. Вернулся за покерный стол, сел, положил руки на сукно и стал думать. Уверен, как-то можно спровоцировать то, что здесь живёт. Вот только как?

И тут я вернулся к своим первоначальным наблюдениям. Незаконченная раздача. Серьёзно! За каждым игровым местом стояло несколько стопок фишек, разложенных по цветам. У каждого невидимого игрока была рука с парой карт, перевёрнутых рубашкой вверх. А по центру небрежно-сдвинутые фишки образовывали банк, что прямо сейчас стоит на кону.

Игра. Идёт. В полном, блин, разгаре!

— А если я сделаю так? — спросил я у пустого зала и перевернул одну из розданных «рук». — Четыре и семь разной масти. Надеюсь, ты не ставил. Хм-м-м… а хочешь поставлю за тебя? — тут я взял стопку фишек и выставил её в центр стола.

Тишина вокруг зазвенела, как натянутая струна.

— А что, если я вообще всё на пол скину? — спросил я как можно веселее и уже было замахнулся, но тут…

Тут дом начал дрожать.

— Считаю до трёх и вы появляетесь! Раз, два… ать! — вместо ответа в меня полетел нож.

И если в жонглировании бутылками у меня большого опыта нет, то уж в мастерстве обращения с ножами я действительно поднаторел. Я поймал лезвие между средним и указательным, тут же провернул нож на триста шестьдесят градусов, подкинул, поймал и…

— Ах-ха-ха-ха! — воткнул прямо в сукно. — А как вам такое⁈

Дом ответил незамедлительно. Ножи и бутылки полетели в меня с разных сторон. Что-то я ловил, от чего-то уклонялся, а сам думал: ну вот допустим, снаряды у них рано или поздно закончатся. Но синьоре Паоло здесь работать категорически нельзя — во всяком случае пока что. И теперь надо не просто спровоцировать нечисть, но и выйти с ней на связь.

— Ну⁈ Мне еще долго ждать⁈ — закричал я. — Я сюда пришёл чтобы нормально поиграть, ждал нормальной игры с нормальными мужиками, как Нигреану или Манимейкер, но вы про них даже не слыхали! Прячетесь по углам и кидаете долбаные ножи, так ведь⁈ Только кучу времени у меня отняли!

Аномальный град закончился. Видимо, я всё-таки умудрился задеть нечисть.

— Или тут нет смельчаков, согласных сыграть⁈ Испугались⁈

Чтобы подчеркнуть серьезность своих намерений, я сунул руку в карман, а затем положил на стол горсть золотых монет. Составил их стопкой, будто фишки и начал перебирать. Сумма, признаться, была солидная — я ведь брал её с собой для того, чтобы закупить продукты для грядущей ночной свадьбы.

— Трусы, — сказал я.

Последовавший за этим энергетический всплеск ощутился физически — воздух хлопнул, как от взрыва, и пыль разом сдуло со всех поверхностей. И тут же перед столом, в полуметре возле меня, возникло шесть маленьких фигурок.

Ростом с Петровича, телосложением с Петровича, вот только не гномы. То есть… не совсем. Эта мелкая нечисть была одета во все оттенки зелёного от болотного до изумрудного, а волосы и бороды либо красила самой ядрёной хной, которую только можно найти, либо же от природы была огненно-рыжей. Лепреконы. Ну точно же — лепреконы. Чем именно они отличаются от домовых я без понятия, но в скором времени, как мне кажется, узнаю.

— Фишки не трожь! — выступил один из них вперёд. — У нас партия не закончена! Мы же не помним, у кого сколько фишек было! Ты всё спутал, гад!

— А я теперь вообще в открытую играю! — пискнул, по всей видимости, владелец разномастных семёрки и четвёркой.

— МОЛЧАТЬ!!! — рявкнул я и кулаком шарахнул по столу.

Удар был такой, что все размешанные мной фишки подпрыгнули и вернулись в исходное состояние.

— Так, — сказал я, выждав паузу. — Теперь я хочу знать, какая гадина в меня ножом бросалась? Кто из вас?

Лепреконы переглянулись между собой, и среди улыбок я вычислил самую борзую.

— Ну я, — сказал бородатый гад в зелёной шляпе. — И чо? Я ещё не так могу…

Тут он щёлкнул пальцами и из-за барной стойки с лязгом поднялись в воздух ещё порядка десяти ножей. Они зависли, причём лезвиями, направленными в мою сторону, и теперь дрожали от напряжения, готовые ринуться в атаку.

Я же вызов принял. Сказал, что как раз хотел попрактиковаться и быстрым, почти невидимым движениям выхватил из кармана те самые ножички, что успел «насобирать» во время атаки. Один за другим я метнул их в левитирующие ножи и за ручку пригвоздил каждый к стене. Обезвредил, так сказать.

— Хватит! — крикнул я и пронаблюдал за тем, как ухмылки постепенно сползают с лиц лепреконов.

Настала пора поговорить обстоятельней.

— Я так понял, у вас тут серьёзная контора, верно? Хотя откуда в Венеции лепреконы, блин? А, ладно, проехали.

— А тебе-то чего, человек? — вопросом на вопрос ответил Борзый.

— Серьёзная контора не может существовать в такой дыре. Не так ли? Пыль, паутина, ножи в стенах. Это не уровень, ребят. Это помойка.

Лепреконы заворчали, но спорить не стали. Видимо, у меня всё-таки получилось задеть их самолюбие.

— Поэтому я предлагаю решать вопрос. Я хочу приходить сюда в нормальное место, где можно и в картишки поиграть, и выпить, и вкусно поесть…

— А ещё чего? — пискнул один.

— Вообще-то у нас есть выпить! — вмешался второй. — Виски!

— Ирландский! — добавил третий.

— Зачем вы ему это всё рассказываете⁈ — рявкнул на них Борзый. — Хочешь играть, человек, так играй. Ставь свои золотые и посмотрим, как быстро ты останешься без штанов.

— Не-не-не, — я покачал головой. — Я в этой дыре играть не собираюсь. Давайте-ка лучше договариваться. Фабула в том, ребятки, что я выкупил это заведение и теперь оно моё. Нравится вам это или нет. Очень-очень скоро здесь будет работать мой человек, и если с ним хоть что-нибудь случится, у вас будут большие проблемы.

— Проблемы? — хохотнул Борзый. — И кто нам их устроит? Ты, что ли?

— Может я, — задумчиво произнёс я. — А может и дон Базилио.

Имя прозвучало, как выстрел, и все шестеро нервно дёрнулись. А Борзый, так тот вообще к стене пятиться начал. Причём страх в их глазах был искренним и… да, они знают это имя.

— А ещё у меня есть друг Андрюха. Могу его позвать. Надо?

Писклявый решил закатить браваду на пустом месте, засмеялся и выступил на шаг вперёд.

— Андрюху? Это кто вообще такой? Зови своего Андрюху!

— Ну ладно…

В крике не было никакой необходимости. Я уже давно призывал водоворот обычным свистом через два пальца — это был ежедневный ритуал перед началом его кормёжки. И Андрюха откликнулся. Сперва я понял это потому, что за баром внезапно начал булькать кран, а потом:

— АА-ААА-АААА!!! — раздался крик откуда-то снизу. Предположительно, из гаража-причала. — ОТЗОВИ!!! ОТЗОВИ УЖАС ГЛУБИН ПОЖАЛУЙСТА ОТЗОВИ ОТЗОВИ ОТЗОВИ-ИИ!!!

— Ты подчинил себе Ужас Глубин? — на выходе спросил борзый. — Но… как? Как ты это сделал? Это же невозможно?

— Не знаю я никакого Ужаса Глубин, — отмахнулся я. — Я только Андрюху знаю. Хороший парень, если его не злить. Любит круассаны и разрушенные понтоны. Ну так что, господа? Вы готовы к переговорам?

В итоге договориться оказалось делом техники.