— … нам нужно согласовать зоны и выработать общую стратегию.
Так… проблема лишь в том, что Ани на месте нет.
— Минутку, — попросил я и набрал сестру.
Трубку она взяла почти сразу же, вот только вместо привычного: «Алло» — сперва я услышал душераздирающий вопль, а следом хруст… предположительно костей.
— ОТПУСТИ!!! — заорал незнакомый мужской голос. — ОТПУСТИМ-МММ-Ммммм…
И замолчал, будто бы ему в рот затолкали кляп.
— У аппарата, — наконец-то ответила Аня. — У тебя срочно?
— Да. Прости, что отрываю от веселья, — сказал я. — Но тут пришли твои коллеги на сегодняшний вечер, и очень уж хотят познакомиться с тобой лично.
— Поняла. Буду через полчаса…
— м-м-м-ММ-МЫЫ-АААА!!! — «мужской голос» то ли очнулся, а то ли сподобился выплюнуть кляп, но как бы там ни было на самом деле крики продолжились: — ОТПУСТИ РУКУ!!! ОТПУСТИ!!! СТОЙ!!! КУДА ТЫ ЛЕЗЕШЬ⁈ ВОЗЬМИ РУКУ ОБРАТНО!!!
— Да ну её нахер! — как будто бы издалека послышался ещё один голос. — Валим отсюда! Ma vaffanculo, quella è fuori di testa! Spariamo! — ну а дальше длинные гудки.
Я прокашлялся и посмотрел на гостей.
— Моему специалисту пришлось отскочить ненадолго. Уверяю вас, что по делу, и исключительно во имя безопасности.
Мужчина, который назвался как Джино, недовольно скривился. Причём эти ужимки были столь неприятны, что мне самому захотелось выбить из него весь скепсис относительно нашей семьи. И более того! Такая демонстрация в итоге ни на что бы не повлияла, но всё равно нельзя. Понял я это по тому, как Греко положил ему руку на плечо — то есть не как босс наёмному сотруднику, а как один приятель другому. Видимо, тут какая-то своя история, на которую у меня сейчас совершенно нет времени.
— Прошу вас, осматривайтесь, а мне пора возвращаться к готовке.
— Я бы хотел ещё разок обсудить рассадку гостей, — сказал Греко. — Возникли кое-какие изменения и нужны перестановки.
— Джулия! — крикнул я.
Не столько по тому, что рассадка гостей — её профиль, а потому что пора уже ягнёнка запихивать в духовку. «Abbacchio al forno» — гвоздь сегодняшней программы. Одно из традиционных итальянских свадебных блюд — запечёный с чесноком и розмарином молочный ягнёночек. Не сказать, чтобы блюдо было затейливым, ведь на девяносто процентов всё будет зависеть от качества самого продукта, но время ему всё равно нужно уделить. Как минимум, сильно заранее поставить в духовку.
И совсем другое дело — свадебное ризотто. Вот над ним мне предстоит стоять долго и ни на секунду не выпускать паэльеру из виду. Особенно учитывая промышленные масштабы, которые мне предстоит наготовить.
Итак, поехали! Крошка-лук обжаривается до состояния карамельки, даём винца, выпариваем, и кидаем обжариваться сухой рис. Он должен напитаться получившейся чудо-сукровицей, должен напиться маслом и соком. Следом вермут.
— М-м-м-м, — протянул Петрович, склонившись над сковородой.
— Ну ты ещё полотенце на голову накинь. Подыши, как над картошкой.
— А может так и сделаю! У меня рабочий день уже давным-давно окончен!
К слову. В том, что домовой до сих пор лазал по кухне был определённый риск.
— Петрович, — вздохнул я. — Скройся. У нас тут полный ресторан людей, в полномочия которых входит проверка кухни.
— А я уж думал не предложишь, — улыбнулся домовой, схватил початую бутыль мартини и ловко запрыгнул на свою полку. — До новых встреч!
Ещё примерно двадцать минут меня никто не дёргал, ну а потом в ресторан вернулась Аня. Рафаэль за время их отсутствия умудрился где-то переодеться в чистое и не рваное, но главные перемены, как это обычно бывает, произошли внутри:
— Она… Она… Она, — начал заикаться Раф, глядя на мою сестру будто телёнок. — Шеф, она… какая же женщина, шеф! Ваша сестра просто нечто!
Реально. Во взгляде напополам благоговейный ужас и восхищение.
— Рафик, сходи на кухню. Там прямо на столе лежат круассаны. Съешь один.
— Ага…
Это его немного успокоит. А вот Аня тем временем как будто с прогулки вернулась.
— Всё порешала, — отчиталась сестра. — Так? С кем мне тут нужно познакомиться?
А я хотел было свистнуть синьора Джино, но осёкся. Дело в том, что в этот же самый момент в «Марину» подошла вторая часть охраны Греко, и авторитет бодигарда во фраке тут же упал ниже плинтуса. Почему? Да потому что этих ребят возглавлял не кто-нибудь, а уже известная мне синьора Аврора.
Охотники. Серьёзные ребята, которые работают по аномалиям, и вот на их счёт иронизировать не приходится.
Дальше случилось непонятное, но очень интересное. Аврора увидела Анну, а Анна увидела Аврору. Девушки замерли и молча уставились друг на друга. Началась игра в гляделки, воздух между ними как будто заискрил, а Джино стало настолько не по себе, что бедолага решил потеряться и не отсвечивать — упал на карачки и принялся изо всех сил изображать из себя человека, который ищет под столами жучки.
Аврора сделала первый шаг навстречу. Неспешный, уверенный. Аня тоже шагнула вперёд. Взгляд охотницы — оценивающий, профессиональный, чуть насмешливый. У сестры в свою очередь — нарочито холодный и безучастный. Как говорят местные — «Slavic Stare», ну а оно и понятно учитывая происхождение.
Шаг, шаг, ещё шаг. Две львицы внезапно оказались в одной клетке. А вот что произошло дальше, когда они приблизились друг к другу на расстояние метра, я категорически отказываюсь понимать. Аня что-то шепнула Авроре, так что даже по губам не распознать. Аврора ответила. Со стороны мне показалось, будто бы только что был произнесён какой-то шпионский пароль и отклик на него.
После синьорина охотница наконец улыбнулась, повернулась к своим и крикнула:
— Всё в порядке, ребят! Можно расслабиться!
Но как бы мне не хотелось отвести сестру в сторону на пару слов и спросить, что тут только что произошло, время поджимало. Нужно готовить.
Греко уехал непосредственно жениться, я взялся за стол, охрана занялась своим делом, и примерно в таком режиме прошли три с небольшим часа. Не прошли даже — промелькнули. Под самый конце удивила кареглазка — в пылу профессионального азарта, она сочла что охрана «нихрена ничем не занимается», и взяла мужиков в оборот. Раздавала всем задания, прикрикивала, погоняла.
— Нет! — орала Джулия на провинившегося Джино, и тут уж с мужика слетели последние крохи и без того потрёпанной крутизны. — Тебя что, не учили сервировать столы⁈
— По правде говоря нет, Синьора…
— Ты что⁈ Для быдла какого-то накрываешь⁈
— Синьора, прошу вас, не кричите…
— Смотри, как делаю я, и просто повторяй! Ну неужели это так сложно⁈
В итоге справились. Последняя скрученная в бутон салфетка легла на последнюю тарелку за десять минут до того, как начали подходить первые гости. Заиграла скрипка, и в зале появились степенные дамы в шелках и жемчугах, а с ними их спутники в безупречных смокингах. Воздух наполнился ароматами дорогого парфюма и живых цветов. Даже Венецианка н картине по случаю свадьбы принарядилась и взирала сейчас с холста с интересом, одетая в шикарное платье.
Сперва, конечно же, лёгкий фуршет. Мини-капрезе, разрезанные на четвертины разномастные брускеты, фрито мисто с лёгким как облако лимонным айоли, горка льда с стрицами, и пирамидка из бокалов шампанского. Всё, лишь бы гости не чувствовали себя неловко во время поиска собственного места за столом. Перекусывать на ходу — оно ведь как-то половчее, чем тупо бродить и читать таблички с именами.
Сама рассадка — отдельный ритуал, который взял на себя то ли брат, а то ли друг Габриэля. И наконец в зале появились они. Молодожёны.
Валентина в платье, которое без ложной скромности можно назвать произведением искусства — воздушное, с кружевной отделкой и шлейфом столь длинным, что его пришлось тащить аж шестерым подружкам. Платье прямиком из мечты любой невесты. Ну а рядом с ней Габриэль, нереально счастливый и самую малость смущённый вниманием.
Под громкие аплодисменты новоиспечённая чета Греко прошла к главному столу, украшенному композицией из белых орхидей и серебряных лент. Я по первой предложил ещё шариков сзади надуть, то Джулия сказала, что я ничего не понимаю, и конкретно за эту часть свадьбы взялась лично сама.
