Стоило им подъехать к воротам, как у всех вырвался вздох разочарования. Здание трехэтажного дома было цело и даже покрыто крышей, но половина окон сияла дырами, а отсутствующая дверь намекала, что и внутри вряд ли что-т осталось от былого убранства. Стоило им зайти, как обнаружилась сломанная круговая лестница на второй этаж и небольшие дыры в полу.

— Это неважно, — наконец под общее молчание заявила Ярмилка, — нам надо найти три комнаты, желательно возле кухни, с целыми окнами и вставить входную дверь. А лестница и полы подождут до лучших времен. Сейчас важно пережить зиму и придумать, как накопить денег. Весь дом мы топить не будем. На кухне — очаг, а для трех комнат моего кристалла вполне хватит.

Затем она развернулась к капитану.

— Ваша милость, я приглашаю переночевать вас с вашими людьми под крышей этого дома и прошу сразу нас простить за те неудобства, с которыми вы столкнетесь.

— С благодарностью принимаю Ваше приглашение, — полушутливым тоном ответил капитан, — особенно, если ваш слуга снова порадует нас свежей дичью на ужин. Хоть убейте, но я никак не пойму, как ему удается каждый день приносить из леса свежатину. Мои парни несколько раз охотились, но кроме одного бедного зайчика ничего не поймали.

— Я тоже очень надеюсь, что он сможет нас этим порадовать, — улыбаясь, кивнула Ярмилка и, еле сдерживая волнение, пошла исследовать свой новый дом.

В общем, все оказалось не так уж и печально. На первом этаже обнаружилась просторная кухня, с огромным очагом и небольшой прилегающей к ней комнаткой, видимо для отдыха дежурных поваров. Кладовка ожидаема оказалась пуста, также как и полки с посудой.

— Я буду жить здесь, — тут же заявила тетушка Глаша, — благодаря очагу здесь тоже будет тепло. Только вот дров надо будет на зиму заготовить и посуды прикупить, — задумчиво добавила она, — А еще мне интересно, далеко ли отсюда до города? Вот бы на ярмарку попасть, — с надеждой посмотрела она на Ярмилку.

От этих слов Ярмилка почувствовала себя неуютно. Да, она все рассчитала, отложила по отдельными кучками заработную плату своим слугам, отложила деньги на еду на весь год, и оставшиеся два золотых оставила тетушке Марте для матери. Но вот о том, что им нужны будут деньги на посуду, а, еще возможно, и на постельное белье, он как-то не подумала.

Всю дорогу девушка размышляла над возможностью заработать и восстановить поместье, но вовсе не для того, чтобы победить в конкурсе, а просто, чтобы жить в приятном, а не разрушенном месте. Ей так хотелось создать свой уголок уюта!

Но всё, что она умела делать — это готовить сборы трав. И ее мысли возвращались к этому снова и снова. Всю поездку она думала, что предложит местным ребятишкам помогать ей со сбором травы, а потом она рассортирует ее в лечебные сборы и сдаст в какую-нибудь лавку в ближайшем городе. Возможно, это и не совсем подходящие занятие для юной маркизы, но так как она больше ничего не умела, то решила начать именно с этого. А увидев великолепные луга, только укрепилась в своем мнении. Но так же она понимала, что это всё — не скорый процесс. Ведь траву надо не только собрать, но и высушить, перебрать, рассортировать по мешочкам, продать... А сейчас у нее нет денег даже на дешевую мешковину для травы, не то что на посуду.

— Вы пока определяйтесь с комнатами, — отвлек ее от мрачных мыслей голос капитана, — а я с парнями съезжу в соседнее село, куплю немного овощей к ужину. И даже не спорь со мной, девочка, — погрозил он Ярмилке, пытающейся ему что-то сказать, — с вас — дичь, с нас — гарнир, все по-честному.

— Простите, Ваша милость, а не возьмете ли вы меня с собой в деревню, — неожиданно обратилась к капитану мать Ули, — больно уж хочется посмотреть, как и чем живут местные люди.

А когда капитан одобрительно кивнул, она повернулась и к Ярмилке и попросила у нее четверть золотого в счет причитающейся зарплаты.

Как только капитан с частью солдат уехал в деревню, Ярмилка с Улей пошли обследовать первый этаж, чтобы выбрать себе комнаты. Рядом с кухней нашлись две небольшие, но вполне чистые комнатки, в которых даже окна оказались целыми.

— Ваша милость, — обратилась Уля к своей госпоже, — если вы не против, эти комнаты можем занять мы с братом. Они небольшие и близко с кухней, думаю, что и зимой в них будет не холодно, если постоянно поддерживать огонь в очаге.

Ярмилка согласно кивнула. Самой же ей приглянулась огромная, по-настоящему роскошная комната, с отдельным выходом в сад.

«Тим сможет приходить и уходить незамеченным, не пугая никого в доме. Жаль только, что из мебели здесь только кровать. Даже шкафа нет, — вздохнула она расстроенно».

— А вы, Ваша милость, решили выбрать эту комнату? — уточнила Уля, вопросительно оглядываясь по сторонам, — Комната, конечно, светлая, уютная, но нет стекол в окнах… и дверей нет… и ни одного шкафа..

— Меня больше всего расстраивает, что она далеко от кухни, — с сомнением в голосе произнесла Ярмилка, — Сейчас, летом, очень сложно предположить, на сколько здесь будет холодно зимой.

— Но ведь здесь есть камин! — обрадованно захлопала в ладоши служанка.

— Топить два очага? На сколько это разумно? — покачала головой Ярмилка, — Надо поискать, может здесь есть хоть какой-то запас дров? И узнать у твоего брата, сможет ли он нам их нарубить за осень? Хотя, если он так же будет ходить на охоту, то на сэкономленные деньги мы сможем купить дров в деревни. В общем, надо будет заняться этим вопросом.

Она на несколько минут задумалась, восторженно глядя в сад, а потом вернулась к разговору.

— Я думаю, завтра, когда мы проводим нашу охрану, первым делом поедем в деревню, познакомимся с моими людьми и предложим им работу: вставить окна и двери. Узнаем на счет дров. И я хочу предложить местным ребятишкам помочь мне с травой. Кстати, надо подобрать для этого комнату — сухую и светлую, где я буду ее сушить.

Уля, кивая, следовала за госпожой, и вскоре они нашли такое помещение.

— Ну что ж, — повернулась Ярмилка к своей горничной, — планы на завтра у нас есть, на второй этаж из-за сломанной лестницы нам все равно не подняться, так что пойдем и поможем на кухне. Разожжём очаг, подметем полы, вытрем столы. А как только Яник вернется с охоты — начнем готовить. Людей много, не стоит ждать, когда вернется твоя мама.

— Ваша милость, вот только не надо меня позорить! Я ваша горничная, и сама прекрасно справлюсь со всеми делами! — решительно заявила служанка.

— Ой, Уля, оставь. Я тебе уже не раз говорила, что я ее Светлость и ее Милость только на бумаге, а в душе — такая же деревенская девчонка, как и ты.

— Ну уж нет, Ваша милость, я собираюсь стать фрейлиной, так что вам придется выиграть конкурс и стать нашей королевой. А для этого надо беречь руки, и залечить все ваши царапинки и порезы!

— Хорошо, Уля, я обязательно буду их беречь. Вот как только мы наведем здесь порядок, так и начну. Договорились? — и Ярмилка, улыбаясь, взялась за веник. Уле ничего не оставалось, как последовать ее примеру.

Проснувшись по своей многолетней привычки ранним утром, Ярмилка прошла на кухню и с удивлением обнаружила, что все люди уже не только встали, но и позавтракали, а тетушка Глаша домывает посуду.

— Доброго утра, Ваша милость, — радостно кивнула она Ярмилке, — как спалось на новом месте? Что снилось?

— Доброго утра, — широко улыбнулась девушка в ответ, — я думала, что вообще не засну от всех этих тяжелых мыслей, но спала на удивление хорошо. И мне такая радость снилась: будто я по лесу гуляю с моим волком. И мы бежим с ним наперегонки. И оба такие радостные, такие счастливые.

Тетушка Глаша отвернулась к посуде, скрывая добрую насмешку.

В этот момент на кухню впорхнула ее дочь.

— Ой, Ваша милость, матушка, хотите вас насмешу? Ну вы ведь знаете, что на новом месте незамужней девушке всегда жених сниться? Так вот угадайте, кто приснился мне? — и она заливисто рассмеялась, в то время как Ярмилка грустно улыбнулась, — Мне приснился …. Барон! Представляешь, матушка!?