— Нарэ Малика, — тихий удивительно приятный голос остановил девушек прямо у входной двери, изрядно при этом напугав.
— Я должна была давно уже привыкнуть к вашим внезапным появлениям, — Малика немного замялась, осознав, что до сих пор не знает имени этого мужчины, каждый раз своевременно приходящего им с сестрой на помощь.
— Таен, нарэ. Меня зовут Таен, но ваш супруг предпочитает называть меня Тенью, — догадавшись о причине заминки, подсказал управляющий, и, в ответ на удивленные взгляды девушек, поспешил объяснить, — моя способность. Я ощущаю тени, отголоски чужих мыслей, если они как-то связаны с дворцом или Императорской семьей.
— Благодарю за пояснение, — Малика кивнула в знак признательности и, тепло улыбнувшись, спросила, — что-то случилось?
— Нет-нет. Мы всего лишь хотели пожелать вам удачи, — управляющий, а это был именно он, отступил в сторону, открывая обзор на замершую за его спиной Ириду.
— Нарэ Малика, — служанка несмело выступила вперед, теребя в руках накрахмаленный передник, — разрешите пожелать вам удачи. Мы надеемся, что вы справитесь.
— Я постараюсь, — Мали кивнула, с улыбкой наблюдая за тем, как Ирида отступила в сторону мужчины, поспешно прячась за его плечом, а он, совершенно неосознанно в защитном жесте прикрыл ее собой, улыбнувшись, когда маленькая ладошка легла на его предплечье, — благодарю вас. Мне очень приятна ваша поддержка.
— Не стоит, — управляющий улыбнулся и отступил в тени, увлекая за собой подругу.
Сестры переглянулись и, синхронно улыбнувшись, шагнули в услужливо распахнутые перед ними двери.
Во внутреннем дворе Малику ожидало подтверждение ее предположений — практически все обитатели дворца уже собрались в предвкушении зрелища.
— Так и должно было быть, — усмехнулась в ответ на недовольное фырканье Лиалин и двинулась в сторону площадки, где уже в нетерпении расхаживал Советник. Там же находился и Император, который вел себя намного сдержаннее — всего лишь с равнодушием наблюдал за метаниями друга.
Кроме, естественно, хорошо знакомых девушкам Ксайштара и Тайншара на самой площадке, подготовленной к испытанию, находилось еще пятеро, пожилых даже по меркам темных, мужчин. Все остальные зрители расположились в стороне от этого участка двора, практически по всему его периметру.
— Доброе утро, Ваше Величество, нар Рагшесс, — подходя к мужчинам, приветливо улыбнулась Малика. Лиа практически незаметно в какой-то момент отступила в сторону, поэтому на площадку младшая из сестер зашла в одиночестве.
— Вы вовремя, нарэ, — шагнул навстречу Император, — думаю, не стоит медлить дальше. Эти уважаемые темные будут судьями вашей с Тайншаром «Игры». Их Семьи на протяжении нескольких столетий занимаются решением подобных вопросов, так что на профессионализм этих Лордов можно рассчитывать.
Малика склонила голову в приветствии, но в ответ получила лишь ничего не выражающие взгляды, да отсутствие даже намека на появление улыбки на скупо поджатых губах. Очевидно, несмотря на весь свой профессионализм, судьи довольно предвзято относились к любой женщине, решавшейся бросить вызов собственному супругу.
Стараясь не обращать внимания на такое пренебрежение к собственной персоне, девушка подошла ближе к продолжающему нервно нарезать круги супругу — мужчине явно не нравилось ждать.
При приближении принцессы Тайншар остановился, будто наткнувшись на стену. Крылья его тонкого, аристократически изящного носа, раздулись, как у хищника, почуявшего добычу. Сделав несколько глубоких вдохов, он расслабил напряженные до этого момента плечи и поднял на девушку глаза.
Мали вздрогнула, встретившись с его взглядом, диким и пугающим. На мгновение ей показалось, что из глаз мужчины на нее смотрит что-то темное и жуткое. Но стоило ему лишь моргнуть, и странное наваждение рассеялось.
— Думаю, пора начинать? — Тайншар, растянув губы в кривой улыбке, повернулся к Императору и его холодный голос резанул слух девушки.
— Согласен, — кивнул Ксай и обернулся к судьям, а после утвердительного кивка одного из них продолжил, — правила вам объяснят, а мне пора удалиться. Сегодня я присутствую здесь только в качестве зрителя.
С этими словами Император покинул площадку, чтобы через некоторое время присоединиться к стоящей в толпе придворных супруге. Стоило ему только встать рядом с ней, как вокруг очень быстро образовалось свободное пространство — никто из стоящих в непосредственной близости тёмных не хотел мешать правящей чете.
Лиа очень переживала за сестру и словами Ксая о том, что он всего лишь зритель, была удивлена, если не сказать — расстроена. Ей казалось, что непосредственное участие Императора в судействе может как-то помочь Малике. Однако спрашивать о причинах поступка Ксайштара девушка не стала, просто улыбнувшись подошедшему к ней мужчине.
Тем временем, от группы судей отделился мужчина и двинулся в сторону Советника.
— Я объясню вам правила испытания, — не назвав своего имени, обратился он к игрокам. Если для Тайншара это не было проблемой — он прекрасно знал этого темного, то Малике подобное нарушение этикета доставляло некоторые неудобства — ей было непонятно, как она должна обращаться к мужчине при возникновении каких–то вопросов. Хотя на нее, в принципе, практически не обращали внимания, так что, по всей видимости, ей не стоило волноваться по этому поводу.
Судья же тем временем продолжил:
— Это испытание Игры будет проходить в несколько этапов: Первый — стрельба из лука. Каждому из вас будет дано по пять стрел. Ваша задача — попасть в центр мишени, соответственно, пять раз с расстояния в пятьдесят, семьдесят, девяносто, сто и сто двадцать метров. Победителем этапа признается тот, кто правильно поразит больше мишеней, — прервавшись на несколько секунд, мужчина произнес, — думаю, мы уже можем приступать к проведению этого этапа.
Действительно, пока тёмный говорил, расторопные слуги успели установить с одной из сторон площадки пару ростовых мишеней, а оставшиеся судьи лично проконтролировали разметку линий, с которых игрокам нужно было стрелять.
Повинуясь знаку главного, как его мысленно назвала Малика, судьи, двое молоденьких темных, исполняющих, по всей видимости, обязанности посыльных, поднесли участникам Игры луки и стрелы.
Увидев оружие, из которого ей предстояло стрелять, Мали едва не озвучила услышанное на одной из тренировок с Каримом ругательство. Лук, предложенный ей, был больше того, которым она привыкла пользоваться, а, следовательно, тяжелее и туже. Выстрелить она, конечно, могла и из него, но тетива травмировала тонкие пальцы даже через защитные перчатки.
Впрочем, выбора у нее всё равно не было, поэтому пришлось брать, что дают. Лук оказался действительно тяжеловатым, но не настолько, чтобы при стрельбе это стало критичным. А вот стрелы, несмотря на опасения девушки, были просто замечательные — идеально ровные, легкие, с равномерным оперением, что позволяло стрелять ими по прямой траектории на довольно большие расстояния. Так что, в общем и целом, Мали посчитала выданное оружие приемлемым и, расслабившись наконец, обратила внимание на супруга.
Тайншар был удовлетворен осмотром: лук оказался тугим, тетива достаточно упругой, а стрелы — легкими. Всего этого было вполне достаточно, чтобы показать отличный результат. Губы сами расползлись в довольную усмешку. Именно ее и увидела Малика, которая именно в этот момент посмотрела на Советника.
Император, стоявший достаточно близко, видел и довольную улыбку, скользнувшую по губам друга, и тень раздражения, промелькнувшую на лице младшей принцессы. Ксайштар прекрасно знал, чем недовольна девушка, как знал и то, что с этим ничего нельзя сделать. Попросить другой лук было невозможно — все по тем же правилам участники Игры должны были быть поставлены в равные условия, что подразумевало под собой максимально возможную идентичность их оружия, если в правилах испытания не оговаривалось другое.
Женщинам, участвующим в этом испытании Игры, необходимо было превзойти мужчину во владении именно таким луком, каким он пользовался постоянно. Естественно, в таких условиях, добиваться какого бы то ни было послабления Ксай считал бессмысленным. Поэтому же Император отказался и от участия в судействе — единственное, что он смог бы сделать в таких условиях — показать свою явную симпатию к бунтующей, по мнению большинства темных, девчонке.
