— С ударного труда? — робко предположил Лабель, садясь на край стула.

— Вы зануды! Гриша, ну хоть ты меня поддержи!

— Василиса Михайловна, я всегда на вашей стороне, — аккуратно начал Григорий, — однако мы действительно порядком задержались в этой праздничной атмосфере. Напомню, вы просили у Алексея Николаевича два дня, а прошло уже больше недели.

Вася в ответ закатила глаза и скрестила руки на груди, показывая всем своим видом, что она совершенно не согласна.

Я мягко тронул Жу под бок, а потом подтащил этот шерстяной шар к себе. Она хрюкнула, но не сопротивлялась, лишь лениво глянула на меня, мол, чего тебе?

— Уважаемая кошка, а не пора бы нам ехать дальше? — спросил я ее, почесывая за ухом.

Раньше она такого не стерпела. Категорически не принимала ничего, что связывало ее с поведением кошачьих, но сейчас чуть не мурлыкала.

— А яу думалау, что тыу тут жить остаунешься.

— Сразу поняла, что это за место?

— Дау, — потом вытянула лапки и сместилась. — Ниже чеши.

— А, кстати, что это за место? — спросил Лабель, попытавшись переместить к себе на колени Ли. — Какая-то магическая аномалия?

— Саум тыу аноумаулия, — проворчал кот, упираясь в ногу Кристофа всеми четырьмя лапами.

— Неут. С магиуей тут всеу в поряудке, — кивнула Жу. — Проусто гороуд весеулья.

— Беззаботного и не непрекращающегося, — сказал я. — Не верю я что-то в это.

— Потянуло на очередную загадку? — хихикнула Вася. — А я думала, что хочешь отдохнуть.

— Лучший отдых — это смена рода деятельности, — я поднял указательный палец вверх. — И вообще, еще пара дней, и перестану соображать. Как потом источники искать?

Я с интересом покосился на Жу. Та моргнула, дернула хвостом, перевернулась, едва не свалившись с колен, а потом фыркнула.

— Хорошоу. Хоучешь загадку, ищи саум.

— Леша, — мгновенно подобралась Вася, — ты собираешься остаться здесь?

В ее глазах уже засияли огни очередного праздника.

— Нет, — я покачал головой. — Собираемся и сразу же уезжаем. Иначе рискуем застрять тут навечно.

— Отсюда хотите дверь делать? — уточнил Григорий.

— Нет, давайте аккуратно выйдем за черту города, не хочу устраивать представление, — нахмурился я. — Сейчас мы стоим во дворах, но нас тут уже каждая собака знает.

— И коушки, — довольно добавил Ли.

— Еще один герой-любовник! — рассмеялся я. — Все готовы?

— Леш, прямо сразу и поедем? Может, покушаем? Или в последний раз пробежимся по магазинам? Я тут недалеко видела такой красивый платок!

— Нет, — жестко сказал я. — Знаю я эти твои штучки.

— А я не люблю холод, — вдруг сказал Лабель.

Я перевел на него заинтересованный взгляд.

— А вот скажи мне, Кристоф, а почему тебя-то не проняло общее веселье? Ты с самого начала постоянно был недоволен. Почему?

— Да я сам не знаю, Алексей Николаевич. Думал об учебе.

— Серьезно? — я не поверил своим ушам.

— Да, мы же с Василисой Михайловной только начали изучать аспекты уровней магии, а тут… неделю пропустили! Когда наверстывать!

— Зануда, — бросила Вася, но беззлобно. — В дороге все изучу, честное слово!

— Вот и договорились, — я снял Жу с колен и положил ее к Васе. — Григорий, пойдем, выберем маршрут из города, в обход всех праздников.

Мы с ним выбрались на козлы, я поднял дормез на воздушной подушке, и поехали. Даже не пришлось дорогу чистить от снега.

Скинув с себя всякое веселье, я взглянул на город другими глазами. А ведь здесь совсем не убирались и даже не следили за фонарями. Заклинания почти выдохлись! Вот тебе и работнички. Думаю, что случись здесь весна, так из-под сугробов появятся не подснежники, а горы мусора.

Хотя, наверное, здесь снег постоянно. Лежит и лежит, хлеба не просит!

В глубине души мне хотелось, чтобы над городом было проклятие с весельем, но с другой стороны, раз они до нас столько жили, чего нарушать эту гармонию. И потом, всегда можно вернуться, чтобы хорошенько отдохнуть! Нужно запомнить это место.

Через минут сорок блужданий по заснеженным дворам, мы с Григорием выбрали просторный двор заброшенного собора служителей неба. Состояние здания меня удивило: потрескавшиеся стены, покосившиеся двери и пустые рамы. Здесь уже очень давно никого не было.

Странно.

Я даже обошел по кругу собор, проверяя, есть ли тут кто живой. Зашел внутрь, оставляя следы на ровном слое снега.

— Есть кто живой? — крикнул я.

Эхо моего вопроса пролетело по всему зданию, глухо ударяясь о стены.

— Нет никого! Закрыто! — глухое ворчание раздалось из-за закрытой двери справа от меня.

— Скорее уж, разрушено. Можно к вам? — я аккуратно постучался.

— Зачем?

— Просто так. Помочь, может, чем-нибудь?

— Помочь, говоришь?

Дверь так стремительно открылась, что я едва успел отпрыгнуть. На пороге стоял одетый в грязный тулуп и дырявую ушанку старик с серой бородой.

— Не местный, — он подслеповато прищурился.

— Да, — не стал отпираться я. — Так нужна помощь?

— А чего можешь?

— А что надо?

Разговор забавлял, даже стало интересно, что будет дальше.

— Все, — просто ответил он. — Стены подлатать, служителей нанять. Хотя кому это надо, раз все веселятся?

— Давно уже нет посетителей? — я обвел взглядом заснеженный коридор и скамейки.

— Лет двадцать уже как.

— А почему?

— Так исторически сложилось, — вздохнул он. — Тогдашний глава города уж больно веселый был, сначала устраивал небольшие праздники, а потом все больше и больше. Следующий глава продолжил традицию. И вроде никто не жаловался. Еда есть, крыша над головой тоже, чего еще желать людям?

— А как же гости города?

— А с ними разговор короткий! — язвительно сказал старик. — Заполняют форму, что приехали на неделю. И ровно в назначенное время за ними приезжают дежурный и выбрасывают из города. За границей у них голова-то и проясняется.

Я оглядел его скромное жилище, отметил раскуроченный для печи стул и пустые обложки из-под книг.

— Спасибо за сведения, — сказал я. — Можно, мы у вас во дворе заклинание используем?

— Которое?

— Да, сущая ерунда, но место нужно, и чтобы без лишних глаз.

— Я закрою глаза тогда.

Я улыбнулся краешком губ на такое высказывание.

— А в ответ я вам немного помогу.

— Хорошо, я и небо будем вам благодарны.

Я кивнул и вышел из его каморки. Впечатление, конечно, старик производил ужасное. Он буквально сам себя изолировал от общего веселья, заперев себя в дырявой коробке собора.

— Григорий, а дайка парочку накопителей, — я подошел к дормезу. — Здесь нужно хорошенько человеку помочь, а потом прыгнем.

— А можно я пока по магазинам пройдусь, Леш? — высунула нос Вася.

— Нет. Сиди, учи теорию!

Нос исчез вместе с ворчанием.

Когда Григорий принес кристаллы, я зарядил их под завязку, а потом отнес служителю. Дальше мне потребовался всего час, чтобы привести стены в порядок, укрепить каркас здания, вымести снег, восстановить печку и привести самого старика в порядок.

На прощание отсыпал ему немного монет на продукты, но он решительно отказался, сославшись, что ему все приносят. Даже показал свою кладовую, забитую банками и горшочками.

Старик уже во всем чистом, сиял похлеще фонарей, которым тоже перепало немного силы. Тулуп уже лежал на стуле, сверху него целая ушанка.

— Вот спасибо тебе, человече!

— А сам, чего магию не влил? — спросил я, вставляя последнее окно в соборе. — Вот, хоть дуть так сильно не будет.

— Да откуда ж у меня магии на это все взять? Я же служитель неба! А у тебя вон какая сила. Странная!

— То, что ты служитель, не означает, что ты бытовой инвалид. Сила есть сила.

Старик удивленно на меня посмотрел, словно впервые увидел. Тогда я быстро сплел несколько небесных заклинаний и запустил их по собору. В тот же момент все озарилось мягким золотистым светом. Плетение не только сделало помещения светлее, но и подчеркнуло былую красоту стен и резных украшений.