— А подробнее?

— Нечего пилигриму знать, где ты находишься.

— Почему?! — недоумённо воскликнул крыс.

— Я ему не доверяю.

— Он же помогал нам и был дружелюбен!

— Ладно, — устало выдохнул Грум, — скажу так — не знаю, какие там у этой Тройки между собой договорённости, но Мирис в какой-то мере всё же сегодня вмешался в дела сего мира. Да, его мотивы были благими, но вдруг такое войдёт у него в привычку? Затем и вовсе перейдёт грань и начнёт решать лично — кому жить, а кому умереть. Будет настраивать одних против других, дабы всё было так, как он хочет. В итоге Мирис может собственноручно привести мир к тому, от чего изначально пытался защитить. За тобой же, с помощью той монетки, он собирался следить, чтобы потом, в какой-то момент, снова использовать в своих замыслах.

— Ты преувеличиваешь, — насупился Кьярт.

— Быть может, механоид его рук дело, — продолжал нагнетать огр. — Мы же помогли замести следы.

— Да иди ты! — отмахнулся крысюк. — Вот поэтому у тебя и не было друзей до меня — слишком подозрительно ко всем относишься.

— Кстати, — вспомнил Грум, — почему ты не сказал мне о своих магических способностях?

— А почему ты не сказал, что знаком с одним из Святых Пилигримов?! — парировал крысолюд.

— Я познакомился с ним вчера, в том разрушенном храме. Он приходил пока ты спал. От него же я и узнал о твоём секрете.

— Хм, — скорчил недовольную мордочку Кьярт, сложив лапки у груди и отведя взгляд.

— Отвечай! — потребовал Грум с нажимом в голосе.

— Я боялся! — признался крыс. — Думал, ты убьёшь меня или прогонишь, когда узнаешь! А потом… когда мы сдружились, — тише продолжал он, — я опасался такого вот разговора, как сейчас.

Завидев покрытое печалью лицо друга, искренние слёзы на шерстистых щеках, как мелкий, бездомный, никому не нужный, беззащитный крысёныш переживает этот тяжёлый для него момент, по его глупому мнению решающий… — огр сжалился.

— Всё в порядке, — мягко произнёс здоровяк. — Я не держу обиды. — А затем, голосом повеселее, добавил: — Давай уже спать. Вымотался сегодня, да ещё и по морде крепко получил.

— Ага, — улыбнулся крысюк, — я видел, как он тебе врезал.

— Ну, ему-то я тоже неслабо навалял.

Рассмеявшись, они потом легли спать будучи в хорошем настроении, сразу же погрузившись в безмятежные сны.

Утром нелюди продолжили путь и ещё до полудня добрались до пограничного гарнизона. В этот раз их заметили издалека, поэтому капитан Лиорик уже находился на стене, дожидаясь, когда они подойдут ближе.

— Приветствую тебя, Лиорик! — махнул рукой огр.

— И я тебя, — сухо ответил капитан.

— Мы убили великана, — Грум поднял над собой голову механоида, — вот трофей для вашего герцога!

Лиорик присмотрелся:

— Это его шлем?

— Нет. Это его голова. Великан оказался механоидом.

— Меха… Кем?!

— Механоидом, — повторил Грум. — Существо из железной плоти, оживлённое магией.

Кто-то по ту сторону стены окликнул капитана и что-то ему сказал. Задумавшись на мгновение, Лиорик ответил кивком.

Ворота заставы со скрипом отворились и наружу выскочили солдаты, направив острия своих копий на нелюдов. Также на стене появились арбалетчики, взяв огра на прицел.

— Как такое понимать?! — проревел Грум, злобным взглядом впившись в Лиорика.

Возле капитана на стену поднялся другой человек, одетый в добротный латный доспех с тремя павлиньими перьями на шлеме. Рыцарь поднял скрывающее лицо забрало и широко улыбнулся — это был барон Эрих, он же вассал герцога и хозяин этих земель.

— Какое неожиданное совпадение! — радовался юный барон. — Я пришёл сюда просить капитана о помощи в поимке опасного преступника, а этот негодяй явился сам!

— Что ты несёшь?! — недоумевал Грум, переведя затем взор на капитана: — Лиорик! Что происходит?!

— Этот крысолюд, спрятавшийся за тобой, беглый шпион, — хмуро пояснил капитан.

Барон поспешил добавить презрительным тоном:

— А ты, проклятый огр, его сообщник!

— Предлагаю тебе сдаться без кровопролития, — бесстрастно молвил Лиорик. — Господин Эрих пообещал мне доставить вас с крысолюдом в Кронград, для честного суда.

— И ты поверил словам этого никчёмного мальчишки? — поинтересовался Грум.

Выпучив глаза, Эрих прошипел сквозь зубы:

— Ты ответишь за это. Убейте его!

Солдаты не шелохнулись.

— Ваша милость, — обратился капитан к барону, — мои люди повинуются только моим приказам. — Затем Лиорик обернулся к огру, поджав губы выдержал паузу, и наконец негромко сказал: — Грум, я знаю, ты отважный боец, но шансы не в твою пользу. Сдайся — так будет лучше для всех.

Здоровяк осмотрелся: двенадцать копейщиков окружили его, пять арбалетчиков на стене. По лицам воинов с копьями струился пот — они сильно нервничали. Если быстро убить два-три человека, пехота, скорее всего, в панике разбежится — видимо, всё ещё свежи воспоминания про напавшего на гарнизон великана, а огр хоть и меньше за того размером, всё равно выглядит внушительно. Самую большую опасность представляют стрелки, но и они дрогнут, увидев бегство товарищей — главное пережить первый залп арбалетов.

Грум бросил на землю голову механоида, ухватился за дубину обеими руками, затем, с хищной улыбкой на лице, ответил:

— Сейчас выясним, у кого больше шансов.

— Грегор! — выкрикнул барон. — Помоги им!

Из распахнутых ворот выбежал ещё десяток воинов. Эти были одеты в кожаные доспехи, из оружия — в основном мечи, но есть и пару человек с арбалетами. За их спинами на коне выехал рыцарь. В левой руке он держал треугольный щит, в правой — длинное копьё.

— Что ж, это будет славная битва, — молвил Грум, не показав своим грозным видом ни капли страха.

— Если ты не прекратишь, я прикажу арбалетчикам в первую очередь стрелять в крысолюда, — твёрдым голосом произнёс Лиорик.

Услышав такое, испуганный крысюк плотнее обхватил ногу огра.

Грум посмотрел вниз на товарища, подумав: «Если у меня есть шансы выжить в этой схватке, то у Кьярта их нет».

— Ну! — поторопил капитан.

— Хорошо, — нехотя согласился на условия огр, бросив дубину на землю. — Будь по-твоему, Лиорик. Надеюсь, совесть тебя за это помучает, если она ещё есть.

— Тащите цепи, верёвки — всё, что найдётся! — выкрикивал Эрих. — Вяжите его крепко!

— Почему же барон не позаботился о таких мелочах заранее? — говорил Грум глядя на капитана. — Неужели в Брушвитце нет цепей? А?! Лиорик!

Капитан угрюмо молчал.

— Кто же знал, что ты так легко сдашься?! — высказал оправдание барон. — Переоценили мы тебя, труса.

— Подойди ко мне ближе, — молвил исподлобья огр, — выясним, кто из нас трус.

— Высокородному негоже приближаться и на десять шагов к такой вонючей твари, как ты. — Затем барон обратился к Лиорику: — Пойдёмте, капитан. Я прихватил с собой в дорогу бурдюк с замечательным вином — отметим удачную поимку шпионов.

— Принесите цепи и… всё что требуется, — сказал своим людям Лиорик, прежде чем последовать за бароном.

Грума опутали цепями, прижав руки к торсу. Кьярта же связали по рукам и ногам обычной верёвкой.

Из ворот, на белом коне, выехал уже слегка поддатый Эрих, дав приказ готовиться к маршу на Брушвитц. Сразу же за ним выкатила упряжка с повозкой, наполненной походным имуществом и провиантом. Также в кузове сидел со связанными руками разбойник, которого Грум доставил в гарнизон два дня назад. Сейчас Пирс пребывал в отличном настроении: улыбался, отвешивал шуточки в адрес огра — никак не походил на человека, которого ждёт виселица.

Груму набросили на шею петлю каната, второй конец которого привязали к телеге. Погрузили в повозку голову механоида, мешок, дубину и остальные вещи нелюдов, найденные при обыске. Затем люди барона принялись выстраиваться в походную колонну.

Рыцарь, названный Грегором, подошёл к огру и снял шлем. Это был молодой человек, годами чуть старше барона. Грум узнал его — видел в замке герцога, рядом с Эрихом, но тогда не придавал ему особого значения. Теперь огр всмотрелся внимательнее: среднего телосложения, тёмные волосы чёлкой ниспадали на лоб, затылок же был выбрит, гладкое лицо, тонкие губы, вздёрнутый нос и колючий взгляд карих глаз.