— Жируют люди, вот и занимаются ерундой от скуки, — сердито высказался Кьярт.

— С твоим отъездом Тирон ещё сможет смириться, — говорил здоровяк Зорану, — а Хлою вряд ли отпустит.

— Сестре уже четырнадцать, — спокойно отвечал парень. — Что ей делать в деревне? За кого выходить замуж? Не за отцовских же батраков. В Брушвитц — и то не съездить. Отцу даже спокойней будет, если она покинет эти края, подальше от Грегора. Я в Кронграде за ней присмотрю, без меня бы даже и не думала о таком.

Грум промолчал, не зная, чем возразить.

Вскоре телега выскочила из леса, оказавшись на просторном лугу. Тракт продолжал тянуться вперёд, к скалистым вершинам, а справа, на возвышенности, виднелись бревенчатые стены военного форта, над которым можно было разглядеть колышимое ветром синее знамя. Добравшись до перекрёстка, Зоран свернул лошадей направо.

Приблизившись к высокому частоколу, огр увидел поверх заострённых брёвен ошарашенное лицо воина, чей начищенный шлем отбрасывал блики на солнце.

— Стойте! — прозвучал со стены неуверенный голос, с нотками паники.

Зоран натянул поводья, останавливая повозку.

— Позови капитана, добрый человек! — громогласно произнёс Грум.

«Сверкающая» голова тут же нырнула вниз, скрывшись из вида.

Ждать пришлось долго. Огр уже начал терять терпение, собираясь постучать дубиной по воротам. И наконец-то сверху показались люди, да не один или два, а сразу десятка полтора. На здоровяка у подножия врат уставились восемь арбалетов. Один из воинов, без каких-либо опознавательных командирских знаков на груди, заговорил первым:

— Кто ты, нелюд?!

— Меня прислал ваш герцог, — неторопливо отвечал Грум, — Вэнс Дармеда. Чтобы я разобрался с вашей проблемой.

— Какой проблемой?! — недружелюбно продолжал солдат.

— Высокой, сильной, толком никем не видимой, — не без иронии говорил здоровяк, — названной троллем.

Воин задумался, а затем сказал уже более мягче:

— Ну, допустим. А чем докажешь, что ты и вправду от герцога?

— Вам должны были сообщить о моём прибытии.

— Ничего о таком не слышал.

— Хм, — в свою очередь погрузился в размышления огр, сказав потом: — Могу предъявить подорожную грамоту, о дозволении неограниченно передвигаться землями герцогства.

— Давай, — согласился солдат.

Грум вытащил из внутреннего кармана куртки небольшой деревянный тубус. Он отвинтил крышку, вынул наружу свёрнутый пергамент и продемонстрировал его всем присутствующим на стене, дабы те с перепугу не выстрелили. Переговорщик понял, чего побаивается нелюд, и дал команду своим бойцам убрать арбалеты. Огр вернул обратно свиток в защитную трубку и бросил на стену. Командир поймал, а затем ознакомился с документом.

— Как, говоришь, тебя зовут? — недоверчиво молвил воин.

— Грум, моё имя.

Сверив с именем на бумаге, командир продолжил:

— А кто там с тобой?

— Вон тот мелкий, — огр указал на крыса, — мой помощник, крысолюд. Парень, просто извозчик, а связанный человек в телеге — разбойник, которого я привёз вам.

— Крысолюд?! — удивился воин. — Разве их уже пускают в Виренделл?

— Этого пустили, — приврал Грум.

— Ладно, сейчас спущусь. Только дубину свою убери подальше.

Ворота приоткрылись, и к огру вышли трое: тот, кто вёл переговоры и ещё два копейщика. Не шибко высокого роста, да и отнюдь не богатырского телосложения средних лет мужчина, с тронутыми сединой пепельного оттенка волосами, одетый поверх обычной одежды в стандартную кирасу «Лейклендского войска», но уже без шлема на голове, предусмотрительно держал ладонь на рукояти своего меча, покоившегося в ножнах. Прищурившись, он смерил огра взглядом, а затем сказал:

— Я капитан этой пограничной заставы, можешь звать меня Лиориком. Внутрь не пущу, так что излагай здесь.

— Как я уже говорил, — начал Грум, — меня послали разобраться с чудищем. Знаю только, что оно большое, нападало на торговые обозы и на ваш гарнизон. Мне нужны свежие сведения — случались ли новые нападения за минувшие десять дней, а также всё, что может помочь в выслеживании твари.

— Из последнего, что знаю, был атакован караван, пять дней назад. Все нападения происходили глубокой ночью, по восточную сторону от тракта — где-то в тех лесах оно и живёт.

— Ты и твои люди должны были видеть это существо, когда оно напало на гарнизон. Можешь описать его внешность?

Капитан поджал губы. Видимо, ему были неприятны эти воспоминания.

— Оно напало ночью, — тихо говорил Лиорик, отведя взгляд. — Я проснулся от грохота и выскочил на улицу. Солдат, дежуривший на восточных вратах, бежал ко мне навстречу. Он был сильно напуган и сказал, что с той стороны ломится великан. Я побежал посмотреть лично. На моих глазах огромный кулак проломил дыру в воротах, а доски там не тонкие. Я дал гарнизону команду отступать. — Воин кивком через плечо указал на врата за своей спиной: — Мы выбежали через этот ход. Покидая заставу, я увидел этого великана благодаря факелу, прикреплённому к раме ворот — к тому времени ему уже удалось переломить запирающую балку и войти внутрь. Он был раза в два выше тебя, весь чёрный, словно обмазан дёгтем, и глаза… они светились белым светом.

— Прям-таки светились? — ровным тоном спрашивал Грум. — Или это ты приукрасил, дабы рассказ получился более интересным?

— Капитан уставился на огра сердитым взором:

— Ты не девка в борделе, чтобы я старался тебя впечатлить. Если сказал, значит так и было.

— Почему ты не дал бой этому чудищу? — говорил здоровяк глядя в глаза собеседнику. — Сколько вас в гарнизоне, десятка два бойцов?

— Думаешь, я струсил? — не отрывал взгляда воин. — Нас не готовили к такому. По возвращению, мы обнаружили руины вместо казармы и остальных построек — как мы могли ему противостоять?! Я спас своих людей, и поступил бы так снова.

Выдержав паузу, Грум продолжил расспрашивать:

— Почему он вас не преследовал?

— Не знаю, — покачал головой капитан. — Ни за нами, ни за торговцами — ни за кем не гнался. Погибли лишь те, кто попался ему на пути.

— Из имущества ничего не пропало?

— Нет. Даже съестные припасы остались нетронутыми. Больше здесь особо и нечего было брать.

— Можешь показать место последнего нападения?

— Это по дороге в Брушвитц. — Лиорик развернулся, выкрикнув кому-то: — Сол, бери коня! Отведёшь их к стоянке торговцев, которую атаковал великан пять дней назад, и сразу вертайся!

Один из воинов на стене кивнул командиру, а затем исчез.

— Благодарю, — сухо произнёс Грум. — А теперь по другому делу — в ваших лесах разбойничает банда. — Огр кивнул в сторону повозки: — Этот один из них. Они похитили девушку, из деревни… — здоровяк осёкся, сообразив, что за всё время так и не поинтересовался, как называется поселение Тирона.

— Из Стрижца! — пришёл на помощь Зоран.

— Из Стрижца, — повторил Грум. — Пленник сказал, что их лагерь находится в двух днях пути от этой деревни, и что главаря зовут Грегор.

Капитан поднял брови:

— Я знаю человека с таким именем, но это, скорее всего, совпадение.

— Не совсем, — поспешил уверить огр. — Речь идёт о том самом Грегоре, из свиты барона.

— Ого! — удивился Лиорик. — Ну и дела!

— Забирайте, — Грум снова кивнул на телегу. — Он вам сам всё расскажет, нужно лишь настойчиво попросить.

Командир дал знак копейщикам, стоявшим позади, чтобы те занялись преступником, а затем сказал:

— Наша задача сторожить границу. Разбойники — забота барона. Мы передадим пленника кому положено.

Огр промолчал, слегка насупив брови, оставшись недовольным решением капитана.

Из распахнутой створки ворот выехал всадник, вместо него внутрь вошли копейщики, ведущие под руки Пирса.

— Последний вопрос, — молвил Грум. — У одного из разбойников были ваши доспехи — где он мог их взять?

— Как он выглядел? — насторожился капитан.

— Крупного телосложения, с чёрной бородой. Другие звали его Боровом.