— Мне это неинтересно.

— Напрасно. Такой красивой девушке непременно стоит поучаствовать.

— Мы подумали, Асе нужно немного освоиться, — снова подключается к разговору Дина. — Не возражаете, если она посидит на оставшихся уроках со своим классом?

— Разумеется! Инночка, зайдите ко мне, — Милославская вызывает к себе секретаря через селектор. — И прихватите с собой расписание десятого А.

— Евгения Владимировна, вызывали?

Минуту спустя на пороге кабинета появляется молодая рыжеволосая женщина.

— Будьте так любезны, проводите Асю Немцову в десятый А. Передайте наше ценное приобретение, так сказать, из рук в руки. Стелле Романовне о её прибытии я сообщу.

— Хорошо.

— Проинформируйте на тему того, что у нас и где, дабы девочка не потерялась.

— Конечно. Следуйте, пожалуйста, за мной.

Встаю и бросаю неуверенный взгляд на помощницу Немцовой.

— В четырнадцать тридцать Иван будет ждать тебя на парковке. Удачи, Ась, — подмигивает мне Дина.

Покидаю кабинет директора и направляюсь вслед за секретаршей, шагающей модельной походкой впереди.

— Это учебный корпус, — останавливается, чтобы рассказать о гимназии, — У нас три этажа. Нумерация кабинетов очень простая: сто третий, к примеру, — это первый этаж. Двести одиннадцатый — второй. Ориентируйтесь по начальной цифре.

— Ясно.

— Уборные есть на каждом этаже. Гардероб вы проходили. Библиотека находится вон там справа. Спортивный зал, актовый, бассейн и кафе-столовая располагаются в соседнем корпусе. Пройти туда можно через стеклянный переход второго этажа, — указывает на окно. — Вот ключ от вашего личного шкафчика. Номер сто пятьдесят семь, — передаёт его мне. — Прошу за мной.

Стук от её каблуков эхом разносится вдоль высоких стен.

Пересекаем пустой холл, выстланный шахматной плиткой и поворачиваем налево.

— Нам сюда. Здесь кабинет математики. Алгебру и геометрию преподаёт ваш классный руководитель, Стелла Романовна. Держите расписание, — передаёт мне лист.

— Спасибо.

— Готовы войти в класс? — спрашивает, заметив моё волнение.

— Да.

Кивает. Стучит по стеклу и приоткрывает дверь.

— Стелла Романовна, добрый день. Прошу прощения за беспокойство.

— Добрый, Инна Максимовна.

— Передаю вам новенькую. Из рук в руки, как было велено.

— Принимаем.

— Ась, заходите, — зовёт меня секретарь.

Расправив плечи, делаю вдох-выдох и захожу в класс.

— Воу, это кто ещё у нас?

— Чё за кукла в нашем королевстве? — оживляются присутствующие.

Переговариваются.

Шепчутся.

Разглядывают с ног до головы.

Кто-то даже вызывающе громко свистит, а затем произносит:

— Зачётные копыта, киса!

— Ливандовский, да она тощая как палка. Очнись! — толкает его в плечо блондинка, сидящая на соседнем стуле.

— Ребята, отвлекитесь от задания на минуту, — запоздало обращается к подопечным Стелла Романовна. — Хочу вам кое-кого представить, — классный руководитель встаёт из-за стола, подходит ко мне и становится рядом. — Это Ася Немцова и с сегодняшнего дня она будет учиться с нами. Прошу вас быть гостеприимными и достойно принять девочку в нашу дружную классную семью.

— Прям

девочку

? — делает акцент на последнем слове наглый брюнет с последней парты.

— Проверим, Герыч, — ухмыляется светловолосый парень, сидящий в правом ряду.

— Как там её фамилия?

— Немцова.

— Тихо! — Стелла стучит карандашом по столу, призывая коллектив к порядку. — Продолжим урок. Ася, присаживайся на свободное место.

Шагаю по направлению к пустующей парте третьего ряда.

В мою сторону обращены десятки глаз и мне уже заранее не нравится ещё одна потенциальная «семья».

Ей богу, Всевышний, как будто мне одной недостаточно…

Звенит звонок с урока.

Стелла Романовна собирает тетради и покидает класс, оставляя меня один на один с этими акулами.

А они будто только этого и ждали.

— Чё за краля? — обсуждают между собой.

— Да кто её знает.

— Инфы пока никакой.

— Взялась из ниоткуда.

— Профиля в соцсети нет.

— Чё за дичь?

— Симпотная.

— Обычная.

— Тощая.

— Нормальная. Ноги от ушей.

— Нос переделанный. Сто проц!

Смешно.

— Да и пофиг. Надо стрельнуть у неё телефончик хирурга.

— Копцова, тебе твой шнобель только мясник укоротить сможет.

— Завали хлебало, Ржевская.

— А цвет волос? Как думаете? Свой?

— Нет конечно.

Забавно это слышать.

— Шмотьё брендовое.

— Сумка за двести шестьдесят косарей.

Что? Сколько??? Мне теперь страшно носить её.

— Точно оригинал? Не паль?

— Нет.

— Ролексы тоже настоящие.

Непроизвольно касаюсь пальцами наручных часов. Вольдемар вручил их мне вчера по возвращении домой.

— Ну что, подруга, давай знакомиться?

Блондин переворачивает стул спинкой ко мне и садится на него, подпирая ладонью подбородок.

— Платон, — представляется, улыбаясь.

— Неинтересно, — отражаю невозмутимо и наблюдаю за тем, как улыбка медленно сползает с его лица.

— А чё так невежливо?

— Будешь со мной про вежливость говорить? — выгибаю бровь. — Не ты ли пятнадцать минут назад обещал проверить девочка перед тобой или нет?

— А… Ты про это? Забей, — беззаботно отмахивается. — Шуток не понимаешь?

— Таких? Не понимаю.

— Задел за живое, что ли? — ухмыляется.

— Нет. Просто у меня аллергия.

— На что?

— На тупой юмор и блондинов.

Присутствующие улюлюкают и поглядывают в мою сторону с ещё большим любопытством.

— Платоха, это полный фэйл!

— Провал, бро.

— Теряешь хватку.

— Отбрили тебя, Горский!

— Да можно подумать. Заткнитесь! — пытается закрыть им рты.

— Откуда прикатила, новенькая? — осведомляется высокая шатенка, не отвлекаясь от своего занятия.

Она сосредоточенно красит губы.

— Из Тольятти.

— Это где вообще? — отрывает взгляд от зеркала.

— Самарская область.

— Жопа мира, Сонь.

— Тольятти? Родина отечественного автохлама? — возле моей парты останавливается тот наглый брюнет. — И какими судьбами к нам, в элитный подмосковный посёлок? — опирается бёдрами о стол.

— К родственникам приехала, — смотрю на него исподлобья.

— Как интересно… Надолго?

— Надолго.

— Почему только сейчас?

— Обстоятельства так сложились.

— И кем тебе приходятся Немцовы? — спрашивает кудрявая блондинка, прищуриваясь.

— Однофамильцами по ходу.

Смеются, а я начинаю нервничать.

Что мне отвечать? И должна ли я вообще перед ними объясняться?

— Много будете знать, рано состаритесь. Оно вам надо? — выдаю, внутренне подсобравшись.

— Чё?

— Не, вы это слышали?

— Борзая чересчур, да? — брюнет пропускает прядь моих волос меж пальцев.

— Не люблю, когда нарушают моё личное пространство.

— Я нарушу однозначно, — обещает он. И обещание это мне совсем не нравится.

— О, а вот и родственники нарисовались!

— Маратик!

— Привет, красавчик.

— Марат, здорово!

— А мы тут гадаем, кем тебе приходится новенькая.

— Реально имеет какое-то отношение к вашей семье?

— Где она? — слышу его недовольный голос, но отчего-то радуюсь.

— Да они там с Соколовским воркуют.

Убираю от себя руку брюнета и встаю со стула, чтобы увидеть брата.

— Я здесь, — оповещаю зачем-то, выбираясь из-за стола.

Останавливаюсь в проходе, цепенея.

Марат злой, сердитый и явно агрессивно настроенный.

В глазах улавливаю секундное удивление, потому что узнаёт далеко не сразу, но смотрит он на меня по-прежнему как на врага.

Клянусь, буквально физически снова ощущаю исходящую от него волну чёрной ненависти.

— Привет, — выдавливаю из себя через силу.

Его острый взгляд в ответ прожигает во мне дыру.