— Заметили, — ответил я, глядя на поток транспорта над головой. — Значит, кто-то уже присматривается. И у нас нет года, чтобы медлить. Нам нужны союзники и информация.

Мы свернули в сторону набережной. В голове крутился план. Гильдия дала нам легальное прикрытие. Теперь нужно было найти Киру. Узнать, кто стоял за тем подлым ударом в спину в подземелье. И был ли заказчик тем же, кто сейчас охотился за наследием Меншикова.

Я остановился у входа в небольшой, но дорогой чайный салон — место, где, по сплетне от Маши, любила бывать светская молодёжь, включая княжну Мещерскую.

— Прохор, — сказал я, не оборачиваясь. — Жди у входа. Если увидишь что-то подозрительное — свисти.

— А если она не придёт? — спросил он, беспокойно оглядываясь.

— Тогда придётся искать другие способы, — я толкнул тяжелую дубовую дверь.

Внутри пахло дорогим шоколадом и кофе. Полумрак, тихая музыка, за столиками — люди в безупречных костюмах и платьях. Я почувствовал на себе мгновенные, оценивающие взгляды, затем — лёгкое пренебрежение. Мой скромный плащ и посох в руках явно не соответствовали обстановке.

Я выбрал столик в углу, у высокого окна, откуда было видно и вход, и набережную. Заказал самый дешёвый чай и стал ждать, глядя на улицу. Минуты тянулись медленно. Я уже начал сомневаться в своём расчёте, когда дверь снова открылась.

Вошла она. Кира Мещерская. В простом, но безукоризненно сшитом платье цвета морской волны, без украшений, кроме тонкой серебряной цепи на шее. Её взгляд скользнул по залу, на секунду задержался на мне, но не выдал ни удивления, ни интереса. Она направилась к столику у окна, где её уже ждала подруга — рыжеволосая девушка в ярко-зелёном.

Я подождал пять минут. Потом поднялся и подошёл к её столику. Обе девушки замолчали, глядя на меня. Подруга — с любопытством, Кира — с холодной, почти ледяной вежливостью.

— Княжна Мещерская, — наклонил я голову. — Извините за беспокойство. Можно на минуту?

Кира посмотрела на подругу. Та, поняв намёк, с деланной улыбкой поднялась.

— Я как раз хотела посмотреть новые перчатки у Виоле, — сказала она. — Увидимся позже, Кира.

Она ушла, оставив нас одних. Кира жестом пригласила меня сесть. Её лицо было спокойным, но в глазах читалась настороженность.

— Княжич Загорский, — произнесла она тихо. — Неожиданно. Я думала, вы уже в своих… владениях.

— Обстоятельства изменились, — сказал я, садясь. — Мне нужна информация. И я думаю, вам тоже может быть интересно то, что я узнал.

Она медленно поднесла чашку к губам, не отводя от меня взгляда.

— Информация о чём?

— О группе Гарта. О подземелье, где мы встретились. О том, кто был заказчиком того выхода. И о дополнительном бонусе — оставить новичка-мажора на растерзание крысам.

Её пальцы слегка сжали ручку чашки. Это было почти незаметно, но я уловил.

— Вы всё ещё живы, — заметила она сухо. — Значит, план не сработал.

— План сработал бы, если бы я был тем, кем все меня видели, — парировал я. — Но кто-то просчитался. И теперь я хочу знать, кто заплатил за мою смерть. И был ли этот же человек заказчиком всей вылазки.

Кира положила чашку на блюдце. Звон фарфора прозвучал неестественно громко в тишине салона.

— Гарт не посвящал меня в детали контракта, — сказала она наконец. — Мы были наёмниками. Нам сказали — сопровождение, охрана, сбор образцов. Всё. А насчёт вас… — она сделала паузу, её взгляд стал острым, как лезвие. — Мне отдали устный приказ уже на месте. «Если новый парень начнёт мешаться — пусть останется сзади. Судьба сама рассудит». Приказ от лидера группы.

— От Гарта.

— От Гарта, — подтвердила она. — Но… — она замолчала, глядя куда-то мимо меня. — Но в тот день, перед вылазкой, он долго говорил по смартфону. С кем-то, кто явно не был нашим прямым работодателем. Он нервничал. А после разговора посмотрел на вас так… будто видел в последний раз.

— Вы помните что-то из разговора? Хоть слово?

Она покачала головой.

— Нет. Но после провала, когда вы… выжили и сделали то, что сделали, Гарт не просто злился. Он боялся. Он сказал: «Теперь нам всем хана, если эта птица долетит». Я думала, он о вас. Но теперь… — она посмотрела на меня прямо. — Теперь я не уверена. Возможно, он боялся кого-то другого. Того, кому доложил о вашей «гибели».

В груди что-то ёкнуло. Пазл начинал складываться.

— Где сейчас Гарт?

— Исчез. Через два дня после того выхода группа распалась. Гарт взял расчёт и растворился. Остальные разбрелись. Я больше не занимаюсь наёмничеством. — В её голосе прозвучала лёгкая, горькая нотка.

Я смотрел на неё, на её спокойное, усталое лицо, и старый вопрос, жгущий изнутри, наконец сорвался с губ.

— Ты же меня узнала тогда, Кира. В том подземелье. Ты знала, что я брат Льва.

Она не стала отпираться, лишь медленно кивнула, глядя на дно своей пустой чашки.

— Узнала. По семейной фотографии. По сходству... которое лишь подчеркивало разницу.

— И ты согласилась на эту аферу? Оставить меня там?

Кира подняла на меня взгляд. В нём не было былой ярости или оправданий — только усталое понимание.

— Да. Неблагородно. Не по-княжески. Но я тогда... не смирилась. Судьба сестры казалась сломанной навсегда, а тебя обвиняли в смерти Льва. Значит, и в её несчастье. В темноте, среди криков и страха, это выглядело как справедливость. — Она отодвинула чашку. — Я ошиблась. Ты выжил не потому, что тебе повезло. Ты выжил вопреки. И, кажется, начал исправлять то, что сломалось не по твоей вине. Я это вижу.

Я молчал, переваривая информацию. Гарт был пешкой. Кем-то управляемой. И этот кто-то явно имел интерес к моей смерти. Смерти князя Алексея Загорского.

— Спасибо, — сказал я наконец, поднимаясь. — Вы… многое прояснили.

— Княжич, — она остановила меня, прежде чем я успел развернуться. Её голос стал тише, почти шёпотом. — Будьте осторожны. Тени, которые двигают такими людьми, как Гарт… они длинные. И они не любят, когда их игры портят.

Я кивнул, встретив её взгляд. В её глазах не было ни сочувствия, ни страха. Только холодная, расчетливость опытного аристократа.

— Я уже в их игре, княжна, — сказал я так же тихо. — И я намерен изменить правила.

Я вышел из салона в яркий, обманчиво спокойный день. Прохор тут же подскочил ко мне.

— Ну что? Узнали?

— По мелочи, концы обрезаны, — скрипя зубами, ответил я, шагая к машине. В голове крутились обрывки: Гарт, заказчик, символ, Меншиков… Всё было связано, но узла не видел. Только щемящее чувство, что я что-то упустил, а времени все меньше.

— Что дальше, Алексей Игоревич? — спросил Прохор, едва поспевая.

— Дальше… — я хотел сказать «копать глубже», но в кармане жёстко завибрировал гильдейский коммуникатор. Я достал бронзовую табличку. На её матовой поверхности замигал холодный синий свет — входящее сообщение.

«Гильдия охотников. Уведомление для вновь зарегистрированной группы «Железный Волхв».

В соответствии с параграфом 7 Устава, все новые группы обязаны пройти «Боевое крещение» — выполнение срочного контракта начального уровня.

Ваше назначение: Контракт № 447-Д. Категория: «Срочный/Для новичков».

Локация: Заброшенный складской комплекс «Чёрный Ключ», промышленная зона Петербурга.

Задача: Зачистка территории от скопившихся аномальных существ низкого уровня (класс «крысы»).

Угроза: Нестабильные проявления 1-2 класса.

Время на выполнение: до 06:00 следующих суток.

Отказ или провал контракта ведёт к аннулированию регистрации группы и внесению в чёрный список гильдии.

Координаты и детали задания прилагаются.

Удачи на промысле.»

Мы с Прохором приземлились на заросшей асфальтовой площадке перед комплексом «Чёрный Ключ». Воздух пах мочой, ржавым железом и тем специфическим запахом плесени, что въедается в стены брошенных зданий. Перед нами тянулись в полумгле длинные корпуса из тёмного кирпича, с выбитыми стёклами, похожими на чёрные провалы в черепе. Тишина была густой, плотной, нарушаемой только редким шорохом чего-то лёгкого – бумаги или полиэтилена – под порывом ветра.