Солнце резало глаза, заставляя щуриться. Передо мной возвышались бетонные стены с колючей проволокой, а позади — руины древнего замка.

«Привет, мир…» — прохрипел я про себя. Меня заметили мгновенно. Двое солдат в хаки, с автоматами наизготовку, отделились от поста и двинулись ко мне. Их взгляды скользнули по моим порванным, засохшей кровью одеждам, по посоху в моей руке — и стали ещё более недружелюбными.

— Стой! Откуда взялся? — бросил старший, его рука лежала на пистолетной кобуре.

— Группа Гарта… — выдохнул я, делая вид, что с трудом стою на ногах. — Отстал…

Солдат переглянулся с напарником.

— Гарт? Его группа три часа назад уже отчиталась и свалила. Сказали, новичок их, мальчик-мажор, струсил и сбежал при первом же столкновении с крысами. Деньги за полный состав получили. — Он окинул меня оценивающим взглядом. — Так это ты и есть тот самый новичок?

Внутри всё похолодело.Суки. Не просто бросили — подстраховались. Выставили трусом. Обезьянник и позор вместо гибели. Чистая работа.

— Почти… ничего не помню, — пробормотал я, пошатываясь для правдоподобия. — Удар… по голове…

Меня провели к пропускному пункту, там завели в комнату, где стоял какой-то детектор.

— Княжич, Алексей Загорский, согласно статье 215 кодекса добычи магический ископаемых мы не имеем права вас обыскивать. Поэтому спрашиваю, выносите ли вы что-то запрещенное или редкое из магического подземелья. — строго спросил меня седой офицер в черной форме.

— У меня только кристалл, — сказал я, доставая из сумки синий кристалл.

— О, малый кристалл молний. Предлагаю сдать на заставе, денежные средства будут вам зачислены на счет. — оживился офицер.

— Нет, спасибо за предложение. Но, пожалуй, откажусь. — Классика жанра: на любом руднике цена заниженная, нормальную цену можно получить только поближе к цивилизации. Действующее правило во всех мирах.

Убрав кристалл в сумку, я прошел мимо рамки детектора и вышел наружу. За забором был современный город. Многоэтажки, люди, спешащие по своим делам, и летающие машины. Что? Летающие машины, однако. В моем мире машины ездили по дорогам, а не летали. Как-то не вяжется с лучником и дубиной в моих руках.

— Алексей Петрович, слава Богу, вы живы! — двигаясь ко мне, радостно закричал молодой рыжий парень.

— Мы знакомы? — спокойно спросил я.

— Опять шутите, да. Прохор я, ваш денщик. Уже месяц как я вам служу, как вас понизили до прапорщика, — радостно сообщил мне парень.

— Прибить тебя, Прохор, мало. Зачем о таком орать на всей улице, — импровизировал я.

— Так об этом же вся столица знает. Держите, — протянул он мне смартфон и забрал у меня посох с сумкой. — Поехали домой, ужинать пора.

Он направился к серого цвета машине, потертой и, судя по всему, не новой.

Я молча сел на потрепанное сиденье, с трудом втиснув посох между коленей. Прохор что-то оживлённо болтал о последних столичных новостях, но я почти не слушал, наслаждаясь покоем.

Машина с глухим урчанием поднялась в воздух и, плавно описав дугу, влилась в поток транспорта, текущий между стеклянными небоскрёбами. Это было сюрреалистично: за несколько часов — из подземелья с крысами и големами в летающий мегаполис. Мозг отказывался совмещать эти реальности.

— ...а у княгини Анны, слышал, опять скандал с мужем... — неслось с переднего сиденья.

Я смотрел в окно, пытаясь анализировать. Летающие машины, но дизайн — где-то на уровне 2000-х. Магия плюс отсталая техника? Или наоборот? В голове тут же выстроилась логическая цепочка: если есть детекторы магии и кристаллы как источник энергии, то фундаментальная наука могла пойти по пути прикладной магии.

Внезапно корпус машины дёрнулся. Раздался резкий, сухой хлопок, и из-под капота повалил едкий чёрный дым.

— Что за?! — испуганно вскрикнул Прохор, судорожно вращая руль.

Машина клюнула носом вниз. Мотор захлебнулся и заглох. На панели приборов замигал красный предупреждающий значок. Тишину в салоне прорезал нарастающий свист ветра и отчаянные крики других водителей, которые резко меняли траекторию, уворачиваясь от нас.

— Тормоза не слушаются! Небесный коридор номер семь, авария! Падаем! — закричал Прохор в свой смартфон, но связь уже шипела пустотой.

Мы неслись вниз, кувыркаясь. Земля — ближе. Время снова замедлилось, как тогда, с големом. Адреналин выжег усталость. Не случайность. Слишком вовремя. Слишком чисто. Подстава Гарта... а это её продолжение?

— Прохор! Ремни пристегнуты? — рявкнул я.

— Д-да! — его лицо было белым как мел.

Инстинкты взяли верх. Я впился взглядом в приближающуюся крышу одного из невысоких зданий — старого склада, сложенного из массивных каменных блоков. Не идеально, но лучше, чем асфальт.

— Цепляйся за что-нибудь! Голову втяни!

Я уперся ногами в пол, схватился за ручку двери и за спинку сиденья, готовясь к удару. Мир за окном превратился в мелькающее пятно.

Жесткий удар.

Стекло лопнуло, осыпаясь внутрь тысячами осколков. Металл корпуса с визгом смялся. Машина с грохотом проломила крышу, рухнула внутрь здания и, перевернувшись на бок, со скрежетом замерев на полу.

В ушах стоял звон. Я коснулся виска — пальцы нащупали что-то мокрое и липкое. Кровь. Мелкие осколки стекла расцарапали кожу, вроде не глубоко. Удачненько.

Прохор стонал на переднем сиденье. Я быстро собрался с мыслями. Если это была подстава, то моё «чудесное спасение» после падения с неба вызовет лишние вопросы. Лучше сыграть слабого, растерянного — того, кем все и так считают князя Алексея.

Когда Прохор, бледный и дрожащий, выбрался из машины, я притворно пошатнулся, прижав руку к окровавленному виску.

— Кто…, кто вы? — с наигранной путаницей в голосе спросил я, широко раскрыв глаза. — Где я? Голова… ничего не помню…

Прохор замер, его лицо исказилось от ужаса.

— Ваше сиятельство, это я, Прохор! Ваш денщик!

— Прохор? — повторил я рассеянно, будто впервые слышу это имя. — Извините… голова кружится. Мне нужно просто домой. Отвезите меня, пожалуйста. В больницу не надо — посплю, и всё пройдёт.

Он смотрел на меня с жалостью и кивнул.

— Хорошо, ваше сиятельство… только давайте сначала отсюда выберемся.

Я позволил ему помочь мне подняться, продолжая изображать лёгкую дезориентацию. Пусть думает, что я в шоке. Пусть даже доложит, если спросят. Главное — не светиться раньше времени.

Он помог мне выбраться через разбитое лобовое стекло, с трудом отползая от дымящейся груды металлолома. Я огляделся. Мы были в полуразрушенном цеху. Сверху, через пробоину в крыше, лился столб пыльного солнечного света.

— Это... это что, диверсия? — дрожащим голосом спросил Прохор, вытирая кровь с рассечённой брови.

Я промолчал. Мои пальцы нащупали в кармане плаща холодную металлическую пластину от голема. Случайности не случайны. Нас попытались убить. И эта попытка явно не последняя.

— Ничего не знаю, ничего не видел, — тихо прошептал я, глядя на перепуганного денщика. — Просто авария. Понял?

Он кивнул, сглатывая.

— Понял. А теперь... с трудом поднявшись и оттряхнув пыль с одежды, — найдём, где тут такси вызывают. Мне нужно домой.

«И нужно срочно понять, кто так сильно хочет моей смерти», — мысленно добавил я.

Через час я уже был в своей комнате, а Прохор на кухне принялся за стряпню. Быстро разобравшись со смартфоном, погрузился в чтение новостей трёхмесячной давности. Откинувшись в кресле, наслаждался покоем, пока на экране мелькали новости по моей фамилии. За окном петербургский вечер зажигал огни, но в голове царил лишь холодный свет дисплея. Приглушённый звон кастрюль с кухни, где хлопотал Прохор, создавал странное ощущение уюта и домашней суеты.

Взгляд пробегал по ленте новостей. Обычная светская хроника, сплетни о князьях, реклама летающих экипажей... И вдруг — заголовок, от которого кровь застыла в жилах.