— В таком виде… думаю, нет.

— Значит, парень. Метод дедукции! Учись, стажёр.

(Тем временем) Кладовка бара «Помятая Креветка».

Фарэры занимают законное место. Обойдя грузовичок, я топаю к журнальному столику и швыряю треуголку на диван.

— Вредная домомучительница! — недовольно ворчу. — Дурацкая тётка! Чего она пристала? Зачем мне извиняться?! Не в моём стиле…

Если подумать, то моя вина присутствует: делать настолько щедрое предложение местным полицейским глупо, в то же время, служивые обедают за мой счёт, а значит, инцидент исчерпан.

— Дерзкий паршивец! — шипит за спиной.

Оборачиваюсь к грозной тётке, которая продолжает обличительно выговаривать:

— От рук отбился! Никто ему не указ! В чужих краях разучились воспитывать подрастающее поколение! Кто из тебя вырастет, если старших не уважаешь!

Началось! Я жмурюсь. За что мне это всё…

— Ешь кимбап, а затем отработай два часа! Не вздумай обещать непомерных скидок! Говори только о том, что есть в буклетах. Понимаешь меня?

— Обед?.. — растерянно хлопаю ресницами. — Мне?

Держа важную осанку, Соха закрыла глаза и качает скуластым лицом:

— На моей кухне никто не останется голодным!

После столь важного заявления, она демонстративно отвернулась.

— Хорошо сказали, — признаю в уходящую спину.

— После еды зубы чисти… — ворчит Соха, покидая кладовку.

Меня кормить будут? А где?!

На столике отыскалось любопытное блюдо: нарезанные кружочками чёрные рулеты блестят обёрткой из прессованных листьев морской капусты, внутри отварной рис, свежие овощи и чего-то аппетитное.

Похоже на суши-роллы, которые довольно популярны в японской кухне! Не терпится попробовать…

Сбросив баул, который отдали нахаляву в вещевом магазине, я срываю липучки и торопливо выбираюсь из дурацкого жилета. Усталые ноги гудят, сказались многочасовые прогулки на свежем воздухе, а меня ожидает вторая смена: дозаправимся и двинем.

— Как так-то… — бормочу, догрызая очередной рулет.

Хозяйка Соха крайне вредная, но отлично готовит! Еда практически тает во рту!

— Обалдеть, как вкусно! — обмакнув ролл в соевый соус, кайфую от наполнителя из ветчины.

Теперь я ощущаю себя не в своей тарелке.

Исключительную язвительность бабки компенсирует талант повара. Вот же, гадство! Точняк, не видать мне добавки.

— Подстава-повстаф… уху…

Стоило втереться в доверие! По чуть-чуть, стратежно, тактически. Сделанный вывод меня раздражает…

Что я делаю с вещами, которые расчёсывают мне нервы? Правильно, они попадают на страницы со всякой чушью!

Из внутреннего кармана толстовки я достаю старый блокнот и ищу свободное место, листая дурацкие рисунки.

— Космос-икс, сокол… — тихо шепчу. — Что за белиберда! О, свободный листочек…

Огрызок карандаша зажали кольца левой руки, пока я хватаю очередной кимбап.

Резкими штрихами, на бумаге возникает скуластое лицо.

«Хозяйка Соха»

Её взгляд испепеляет…

(2 декабря 13:44) Рядом с баром «Помятая Креветка». Сеул.

У коричневых стволов деревьев на лавочке сидит официантка. Между ней и прозрачной витриной ходят люди, а девушка опустила голову, устроив локти на фартуке и сжимая в руках мобильник. Она плачет. Телефонный разговор сильно огорчил милашку.

Из подсобки выбирается оранжевая креветка. Опасливо держа хвост, морской житель прикрыл дверцу в гаражных воротах и быстро осматривается. Затем туловище со светлым животиком повернулось, округлые башмаки ступили прочь… но задержались. Треугольная башка мотает глазами на палочках, уставясь на скамейку.

Официантка заметила приближение необычного существа. Быстро вытирая мокрые щёки, девушка хлюпает носом и пытается унять слёзы. Но остановиться не получается, ей стало только хуже, теперь она готова бежать куда угодно, закрываясь руками.

Подойдя к скамейке, оранжевая креветка избавилась от плюшевой треуголки. Встрепенулись лохматые волосы, пока особа в забавном костюме мягко опускает головной убор на плачущую девушку, загораживая отдельный мирок личного пространства.

Так проходит время. Редкие пешеходы улыбаются, завидев плюшевую несуразность на плечах стройной фигурки в фартуке, но потом они замечают подрагивающую спину и ускоряют шаг. А может, их гонит прищур лохматой особы, которая сидит рядом с девушкой, поджимая губы.

— Прости, — шепчет ЧинЛи, — совсем расклеилась.

— Бывает, — Ангел щурится на прохожих.

Неумело сняв головной убор, девушка его отдаёт.

— Не подумай, — смутилась ЧинЛи, — совсем не плакса… — она торопливо нашла в кармане фартука платочек и правит им неброский макияж.

— Всё получится, — кивает Ангел. — Я в тебя верю.

Растерянная девушка застыла, смотря на бледный профиль с чёрными волосами, которые треплет ветер.

— Ты совсем не знаешь меня, — удивилась ЧинЛи.

— Есть разница? Не обязательно кого-то знать, чтобы в него верить, — улыбается Ангел. — Правильно?

— Никогда не думала об этом…

— Так и есть. Если я могу поверить в тебя, значит, тоже сможешь. Всё просто.

Девушка хмурит брови домиком и рассматривает свои коленки.

— Далеко за морем… — задумалась ЧинЛи. — Люди более уверенные… такие, как ты…

— Отбитых везде хватает, — бормочет Ангел.

— Хотелось бы там оказаться… — мечтательно улыбается ЧинЛи, — а не здесь…

— Сложности есть всюду.

— Такие, как в «Ад-Чосон»… вряд ли…

— Любопытное определение! Кручусь тут почти неделю, а демоны так и не вылезли, — весело заметив, Ангел усмехается: — Хотя один таки подвернулся.

— Настоящий ад для молодых, — грустно пояснила ЧинЛи. — Всем местным это известно. Абсолютная власть денег и статуса, а перед остальными закрытые двери, куда выстроилась толпа желающих. Адская конкуренция, где большинству осталось сутки напролёт трудиться за низкую плату, мечтая о лучшем.

— В загранке далеко не рай, — легко отмахивается Ангел. — Некоторые случаи, вовсе безнадёга, уж поверь мне.

ЧинЛи медленно клонит голову к плечу:

— Скажи, а ты действительно…

— Чего расселись?! — рявкнул сердитый голос.

У прозрачной витрины тётка в зелёном халате грозно уставилась на свой персонал.

— Солнце ещё высоко, бездельники! — кричит Соха, уперев руки в бока. — Обед давно кончился, быстро за работу!

— Спасибо, — ладошка ЧинЛи благодарно сжала запястье в оранжевом.

— Без проблем.

— Йе, сонбэ!

Официантка вскочила и устремилась к прозрачным дверям.

— Тебя это тоже касается, — лютует Соха. — Марш, еду отрабатывать!

— Пф-ф… — фыркнув в сторону, Ангел нахлобучивает головной убор.

Гигантская креветка резко поднялась со скамейки и важно поводит хвостом, семеня по улице.

— Где наша реклама?! За что тебе… — поперхнулась Соха. — Зачем мы тебя кормим?!

— Помятая креветка-а! — хриплый крик распугал встречных прохожих.

— Во-о-от, — довольно ворчит Соха, — так бы сразу…

(Тем временем) Приёмная «ЧЁП Интертейнмент».

Центральный стол окружает кожаная мебель спокойных оттенков. Из широкого окна видна зелень хвойных деревьев, высокие стены покрывают светлые панели. В кабинете с неброской обстановкой закончили обедать двое.

Пан СиХон откинулся в мягком кресле, его плотная ладонь ставит пиалу с чаем на лакированный подлокотник. Руководитель «ХИТ» расправил складки чёрной рубашки, затем благодарно кивнул хозяину кабинета.

Пак ЧиЁн сидит напротив. Худощавый кореец опустил волевой подбородок, теперь он наливает чай себе, щуря глаза на вытянутом лице-лопате. Причёска ёжиком дополнила хулиганский наряд из рваной футболки и серой жилетки с джинсами, такой образ ему удивительно подходит.