— А я? — засуетился СынРи. — Как же я?

— Будешь дамским угодником, — подмигиваю кудрявому парню. — В чёрном костюме, но без рубашки и с царапинами на мускулистой груди, типа за тебя все кошки дрались.

— Соблазнять наш макнэ умеет! — согласился Топ, пихая молодого соседа локтем: — Все девчонки от него без ума… хотя… почти все…

— А в конце что? — кивает мне Джи.

— Массовая тусовка, ну как в клубе! — оглядываю местный бедлам и сообщаю: — Радостный народ срывает противогазы и танцует, а короли сидят на тронах…

— ЧонСа, потанцуем? — внезапно предложил ТэЯн.

— Почему бы и нет… — шатко поднимаюсь.

Что-то меня качает, пора бы растрясти полный желудок и проветриться на свежем воздухе.

(Тем временем) Клуб «Бурлеск».

Опрокинув по стопке, троица популярных артистов смотрит через широкое окно на мелькание вычурных нарядов в танцевальной зоне.

— «Электро-Тьма» играет… — заметил Топ.

— Нэ, — согласился Джи. Быстро чиркая ручкой на салфетке, он хлебнул бордовую шипучку и поёт: — На-нана-на… гениально…

Из мощной акустики летит знакомый вокал, раздалось электронные крещендо, всех бодро качают басы танцевальной композиции. Клубная публика радостно встретила популярный хит. Вокруг них мерцают высокие экраны, затем вспыхнули светодиодные фонари, когда сотни лучей осветили молодые лица.

У границы весёлой толпы скромно остановилась фигурка в толстовке, из-под которой видны складки длинной юбки. Неуверенно переступив старыми кедами, она почти не двигается, словно загипнотизированная.

— ЧонСа не умеет танцевать? — удивился Топ.

— Это же её песня, — напомнил СынРи, — как можно стать трейни и не уметь…

Внезапно лохматая фигурка прыгнула и крутанулась. На танец хаотичные скачки мало похожи, они в корне отличаются от замысловатых движений главного танцора группы, чья гибкая фигура видна рядом, но в них столько страсти и энергии, что парни невольно залюбовались.

Недавний хит подходит к концу, затихает дикое буйство на танцполе. Следующей песней ди-джей клуба ставит обработку из восьмидесятых.

В начале электронной композиции бледное лицо качает тёмными стёклами, пока вокруг запел приятный голос вокалиста.

— Торопись, это всё, что мы знаем,

— Используем тела на ходу…

— Я просыпаюсь, чтобы мечтать,

— Оттенки вокруг не такими виделись раньше.

— Колотый лёд тает на солнце,

— И связи, что расколоты, вновь станут едины.

— Мы одиноки душой,

— А душа имеет значение.

— Оглянись вокруг…

Клонясь на правой коленке, стройная фигурка разводит руки в объятиях. Следует резкий выпад в сторону и забавное подтягивание себя вдогонку под мелодичный припев.

— Ты вне досягаемости,

— Моё время заканчивается…

— Но я вне себя, когда тебя нет рядом.

Взлетели складки юбки! Сгибая коленки, тонкая фигурка прыгает в воздух, руки вскинуты над головой.

Простые движения легко повторить, что делает главный танцор группы, пока вокруг них звучит второй куплет.

— Тянусь к тому, за что могу удержаться,

— Ищу любовь там, где климат холоден…

— Маниакальные поступки и дремотные сны,

— Жить в середине, между двух крайностей.

Прыгая из стороны в сторону, центральная фигурка выставляет руки, сложенные пистолетиком.

— Дымные пушки горячо трогать,

— Остыли бы, не используй их так часто…

— Мы одиноки душой,

— А душа имеет значение.

— Слишком часто…

Над танцполом снова звучит мелодичный припев. К главному танцору группы подключился его напарник с длинной чёлкой, за ними простые движения стали повторять другие люди. В едином порыве они делают то, на что у музыкальных коллективов полуострова уходят месяцы тренировок.

— ЧонСа абсолютно не умеет танцевать, — хмыкнул Топ.

А Джи добавил:

— Но танцевать с ней хотят все…

«Рисунок из блокнота»

(8 декабря 19:39) Клуб «Бурлеск». Сеул.

— Ты сломала мою жизнь! — гневно крикнула стройная брюнетка и яростно тычет пальцем мне в лицо.

— Я ваще тебя не знаю, — резко ответив, восстанавливаю сбитое дыхание после кульбитов на танцполе и осматриваю злобную фурию с ног до головы.

— К-как… — опешила та, хлопая длинными ресницами.

Во мраке её золотистые колготки призывно мерцают, у осиной талии короткое платье из чёрных блёсток стянул атласный пояс. Упругая грудь часто вздымается, сверкая дорогим ожерельем, чуть выше массивные серьги искрятся в длинных волосах.

Если по чесноку, то я пытаюсь съехать с темы, ведь мне знакомо кукольное личико с идеальным макияжем…

Это же прынцесса Чо!

Ну или та самая охотница за всякими чудиками, которую пришлось облить кофе, чтобы не лезла под руку, после смелого десантирования в бассейн.

— Чо-как, красотуля? — широко ей улыбаюсь.

— Ах, ты… — у неё дыхание перехватило от злости.

— Сегодня юная леди великолепна!

Выдав лёгкий комплимент румяной мордашке, я пытаюсь сгладить нашу встречу у танцевальной зоны, пока за моей спиной громко веселится радостная публика.

— Тварь! — отдёрнув ладонь, она бросила вторую с высоким бокалом.

В воздухе сверкают яркие брызги, выглядит чудесно…

Любуюсь природной красотой и не могу уклониться, но быстрая тень мелькает слева. Мне остаётся только хлопать ресницами, глядя на широкую спину.

— Аниё… — девичий голос затух, стремясь к панике.

Придя в себя, я шагаю вокруг рослой фигуры в сером костюме, чья дорогая ткань благородно серебрится во мраке популярного клуба.

Облизнув губы, высокий парень свёл густые брови и одобрительно говорит:

— Кристал, хороший выбор шампанского… — достав нагрудный платок, он вытирает им лицо.

— Оп-па…

Напротив стройная брюнетка дрогнула:

— Ты приехал, Ган-а… а тут… танцует эта… со всеми… и выделывается… — ябедничая, она скуксилась: — Оммая, как же так…

— Здорова, бро! — улыбаюсь слегка мокрому парню.

— Эмили, обсудим позже! — бросил Ган удивлённой девице, после чего он настойчиво дёрнул меня за собой.

— Мы тока приехали, бро… — оборачиваюсь, находя взглядом кукольное личико: — Эй, дурында! На кого шампусик плеснула, совсем берега попуталах-х… хе…

Воротник толстовки врезался мне в горло. Широко шагая сквозь толпу, высокий парень тянет меня к выходу, оставив позади ящик с водой и группу популярных артистов в ВИП-зоне.

— Давай, я её шипучкой оболью! — горячо вырываюсь. — А ну отпусти! Сюда иди! Я всё помню, чувырла-аэх-хэ…

Сильный рывок за капюшон заставил отчаянно скрести кедами, пока недовольный парень ускорил походку и тащит меня за шкирку, как нашкодившего котёнка.

Покинув известный клуб таким макаром, мы остановились на вечерней улице с кучей рекламных вывесок. Мимо идут частые прохожие, над ними падают редкие хлопья снега, мгновенно тая у асфальта.

— Чего за дела, бро? — растираю шею под любимым шарфом и верчу лохматой головой, быстро осматриваясь.

Мне непривычно, а куда делись тёмные пижамы…

— Ангел, почему с тобой всегда получается вот так! — Ган вскинул руки к недовольному лицу, качая влажной чёлкой.

— Причём тут я! — удивляюсь и хочу уточнить: — Иду себе, никого не трогаю, а эта краля прыгнула на меня и начинает орать!

— Тебе хорошо оплатили решение деликатной проблемы, но ты не можешь уйти в тень, радуясь крупным деньгам! — свирепо выговаривает Ган. — Откуда эта неодолимая страсть устраивать идиотские выступления, напоминая всем о прошлых неприятностях! Лучше разберись с личной жизнью, например, устройся в приличную школу!

— Нафиг дурацкую учёбу!

— Форма у тебя появилась! — его цепкий взгляд скользнул по складкам длинной юбки. — Тогда купи тёплую одежду и нормальную обувь, уже наконец!