— Я не она, — твёрдо смотрю ему в глаза.

— В смысле? Неоспоримо! Ведёшь себя не как девчонка.

— Я не твоя младшая сестра. И чем раньше это поймёшь, тем будет лучше.

— Бред… при чём здесь…

Парень замолчал и как-то сник, отводя взгляд.

— Боль потери останется навсегда, но со временем померкнет, — грустно улыбаюсь. — Люди могут забывать, в этом их спасение. Великолепно, когда есть что вспомнить, но гораздо важней уметь забывать.

— Умные мысли, Ангел! Соображаешь! — хорохорится Ган, прикрываясь деланным весельем.

Я тоже так умею.

— А то! И это у меня голова отбитая! А у тебя что? Бесишься почём зря и сивуху хлещешь, того и гляди, скоро мозг атрофируется. Я не могу вечно вытаскивать из неприятностей.

Опять меня не туда заносит, наверное действует полный желудок.

— Ты гляди на неё! Прямо спасительница… — усмехается Ган.

— Угу… граната с реактивной жопкой…

— Хах!

Приподняв тёмные стёкла, я тру усталые глаза и возвращаю Фарэры на законное место. Тушке давно пора отдохнуть, денёк выдался слишком беспокойным.

— Ладненько… Я пойду. Как раз успеваю на метро.

— Охрана отвезёт, — хмурится Ган.

— Пижамам тоже нужно спать, а на улице пробки.

Резко оттолкнувшись от кресла, я шагаю к выходу.

— Завтра увидимся.

(Тем временем) Ресторан «Огненное Мясо».

— Увидимся…

"Айщ! Причём здесь ЧонХи? Ангел выдумывает глупости! — убеждает себя Ган. — Ерунда, сказанная с абсолютной уверенностью, называется личным мнением. Ну, конечно…"

Парень смотрит на резную дверь, где исчезла тонкая фигурка в сером пальто, которое выглядит как мужской пиджак.

"Хромает? Или показалось? Нужно было настоять на охране, но мелкая опять удивляет… — ленивые мысли навеяла выставка зелёных бутылок. — Неплохо посидели… у Ангел совершенно никаких манер, соджу наливают младшие… Но попробуй объяснить правила этикета мелкой заразе! Она даже встречные поклоны освоить не может…"

Размышления оборвала задорная мелодия.

Парень узнал любимую группу длинноногих красавиц и достаёт чёрный телефон с широким экраном:

— Ёбосэё?

— Ган-а, — зовёт бархатный голос. — Зайди ко мне. Срочно.

— Нуна, что-то случилось? — напрягся Ган, легко определив многообещающую строгость в голосе старшей сестры.

— Это касается твоей крайне необычной подружки.

— Мы всё обсудили…

— Аджа, Ган! Поступила новая информация.

— Оке-е-ей.

"Что опять стряслось? Похоже, старшая на взводе… — обдумывая телефонный разговор, Ган поднимается из-за стола. — Погоди, а оплатить? Как знал! Откуда у мелкой деньги?! Наелась самым дорогим мясом и сбежала в темпе. Очередная шуточка Ангел…"

Молодая официантка готова исполнить любую прихоть важного посетителя и мигом устремилась к нему.

— Счёт, чусэё… — вежливо кивнул Ган.

— Уже оплачен, — поклонилась девушка.

— Как?

— Заплатил ваш друг в чёрных очках.

— Друг…

(Немного позже) Станция метро «Каннам».

Мне стоит торопиться, чтобы успеть на последний поезд. Но очень важное дело не терпит отлагательств! Воспользовавшись золотым проездным, я спускаюсь на эскалаторе.

У стены из светлого кафеля нашлось искомое.

Квадратный экран стального банкомата выглядит совсем как на инструкциях в сети. Легко отыскался раздел электронных переводов, куда я ввожу длинный номер с обратной стороны мятой визитки.

— Агась… — Одним долгом меньше, значит день принёс не только неприятности.

Кольца скармливают купюры в приёмник. За добро нужно платить добром, а оно не имеет границ. Я не могу остановиться! Наконец-то жгучий конверт опустел и лёг на банкомат. Может, он кому пригодиться.

« Желаете добавить сообщение к переводу?

Высветил предложение чёрно-белый экран.

Почему нет? Тыкая в стальные клавиши, я печатаю короткий текст.

(Тем временем) Где-то в Сеуле.

На вечерней улице почти исчезли развалы стихийного рынка. Вдалеке видны киоски с закрытыми витринами, от них подошёл мужчина в неброской, но опрятной одежде. Под серой кепкой видны светлые волосы и необычные черты лица.

Вынимая купюры из потёртого бумажника, он говорит:

— Хальмони, я куплю всю капусту.

— Ах, Юра-сии! Мой главный покупатель! — обрадовалась старушка на обочине дороги. Сухие ладошки аккуратно завернули кочаны в бумагу и протягивают ему свёрток: — На здоровье!

— Спасибо, — кивнул Юра, улыбаясь сильному акценту кореянки.

К овощам мужчина равнодушен. Но упрямая старушка будет сидеть у тротуара до самой поздней ночи, пока всё не распродаст. А дома наверняка ждут внуки.

— Милая обрадуется… — бормочет Юра, шагая по вечерней улице. — А если нет, мы сварим щи. Опять.

Мужчина улыбается, вспоминая о беременной супруге в их квартирке.

Тихо пискнул мобильник.

Поправив у локтя свёрток с капустой, он смотрит на экран телефона, затем поднимает светлые брови. Его крайне удивило большое количество нулей в денежном переводе и сообщение: «Живи и процветай! А».

— Невероятно, я выиграл в лотерею? Что за «А»?! — воскликнул Юра и поднимает взгляд к звёздному небу. — Подожди… это же… Ангел? Анька, ну даёт! Шнурок копейки стоил, а она! И не отыскать теперь…

«Огненное мясо»

(6 декабря 08:25) Рядом с баром «Помятая Креветка». Сеул.

Щёлк… Закрыв молнию толстовки, я тихо кашляю и нервно роюсь в карманах.

Экран мобильника высветил точное время: утро близится к половине девятого.

Холодрыга! Вчера мы условились к восьми утра, а обещанный транспорт так и не прибыл, поэтому я сижу на скамейке, еле продрав глаза в такую рань.

Меня по-прежнему мутит, но деваться-то некуда. Если опять напортачу, тогда Ган будет в ярости! И неизвестно что придёт в голову местной аристократии, особенно настолько отмороженной.

Кстати, о мороженом! Напротив вывеска продуктового магазинчика. Зайти, что ли? Купить чего вкусненького, самочувствие поправить. Но как-то лениво… Да и финансы опять… профукали…

— Э-э-эх… — широко зевнув, недовольно осматриваю прохожих, которые высыпали на тротуар, спеша отдать долг любимой стране.

Какие все отвратительно бодрые! Бе-е… вставать спозаранку не для меня…

Надоело мёрзнуть на прохладной улице! Понятия не имею какой у тушки был привычный режим, но долгая реабилитация и дальнейшие напряги прививают стойкое отвращение к ранним подъёмам.

Оказывается, я просто обожаю валяться под уютным одеяльцем на мягкой лежанке. А сегодня такого удовольствия лишили! Что за гадство? Вставать в самую рань…

— Ёп-ёп! — Где застрял этот Дэёп?! — Ха-а… — Местные имена такие забавные. Почему он опаздывает? И заставляет нервничать…

Сегодня моя единственная отрада, это ворчливая Соха. Правда, стоит уточнить! Балдею я не от тётки, смотревшей глазами навыкате, а от завтрака из риса, обжаренного в остром ким-чи. Даже такое простенькое блюдо у хозяйки получилось особенно вкусным, чем удалось насладиться час назад.

Перед этим у меня получилось тихо выскользнуть из берлоги, пока соседи дрыхли столь ранним утром. Дурацкие везунчики! Я торчу на холоде, ожидая личного охранника аристократа, а другие храпят в подушку!

— Ксо… — шмыгаю носом. Мир так несправедлив…

Удивительное дело! Важный сотрудник конгломерата «Лоте» опаздывает, меня же уведомить не посчитали нужным. Что-то здесь не то! Настолько серьёзные компашки работают иначе: случись чего, они десять раз предупредят.

И вообще, почему я не могу дозвониться «Принцу Красавчику»? Пятый звонок в никуда! Что за фигня? Неужели Ган решил отыграться за недавние приключения с телефоном? В обоих случаях моей вины нету.