— Это слова. Но было ещё что-то, о чём ты сейчас не сказал. И не потому, что не хотел, а потому что сказать об этом просто невозможно. Я увидел что-то большее, но так и не сумел понять, что именно, — Карин с горечью покачал головой. — Оно больше любых слов, Ит. Любых, понимаешь? Во вселенной существует очень много слов, но даже их для этого оказалось слишком мало.

— Карин, твоя новая вера сотворила с тобой чудо, — очень серьезно произнес Ит. — И сейчас я дам тебе совет, который не имею права давать. Но всё равно. Беги от этой планеты, да и от всех, ей подобных, и чем быстрее и дальше, тем лучше.

— Вы что-то знаете, — Карин не спрашивал, он утверждал. Ит кивнул.

— К сожалению, знаем, но не можем сказать, — ответил он беззвучно. — Уходи, Карин. Уходи.

— Почему? — одними губами спросил Карин.

— Это смерть, — ответил Ит так же тихо. — Мы пока достоверно не знаем, как это работает, но здесь тебе лучше не оставаться.

— Спасибо, — кивнул Карин. — Что же, в таком случае я провожу вас, и отправлюсь собирать вещи. Благо, что их у меня совсем немного. Надеюсь, мы с вами ещё встретимся.

— Если удастся — да, разумеется, — улыбнулся Скрипач. — Мы этой встрече будем очень рады.

Авис уходила от Сода всё дальше, по открытому, совершенно пустому «коридору», траектории, которая должна была довести её до портала сети Ойтмана. Идти предстояло чуть меньше суток по корабельному времени, и эти сутки, разумеется, было решено потратить на анализ данных, которые собрали оба зонда. Впрочем, вскоре Элин и Бао заявили, что пусть анализ делает Авис, а они двое попытаются хотя бы немного утешить Ита и Скрипача. Конечно, они ничего не сказали, и ничего не сделали, но и Элин, и Бао было ясно, насколько тягостное впечатление осталось у Ита и рыжего после этого визита.

— Ит, мне кажется, но, по-моему, то, что произошло на Окисте, ударило по вам меньше, чем-то, что вы увидели на Соде? — спросила Элин, когда все собрались в кают-компании, чтобы пообедать. — Это так, или я ошибаюсь?

— Это действительно так, — кивнул Ит. — Сод… он был для нас знаковым местом. Очень и очень важным. И не только для нас, для семьи в целом. Потому что если бы не Сод, семьи в том виде, в котором мы её помним, не получилось бы вовсе. Первое посещение Сода — это для нас возвращение Фэба и Кира, это дети, которые родились в результате того, что они вернулись, это новый виток жизни, причем жизни, которая была пусть и непростой, но, пожалуй, самой лучшей из возможных. Второе посещение — это появление Эри, это Фрактал, через который мы шли, это возращение домой, это Берег, на который мы сумели найти дорогу… всего и не перечислишь, пожалуй. Да, Элин, Сод был для нас важен, не смотря на всего его недостатки. Мы вернулись… как бы объяснить… Авис уже показала нам то, что было нужно, но мы всё равно думали, что идём в гости к старому другу. А когда пришли, увидели, что друг уже мёртв, а в его разлагающемся трупе копошатся черви. Понимаешь? Вот что мы увидели и почувствовали, когда модуль шёл над городом. Мы любили этот город, Элин. Мы любили дома, дворы, улицы, нам нравилось, как люди наряжали окна на Новый год…

— Это была маленькая и уютная сказка, — Скрипач опустил голову. — В новогодний месяц ты шел по городу, а выглядело это так, словно ты идёшь через волшебное поселение, потому что в каждом окне была своя арка, свои украшения, и вечерами это всё светилось, и казалось, что там, за каждым окошком, прячется своё маленькое чудо. Конечно, это было не так, разумеется, но ощущение — о, это ощущение, его ни с чем невозможно перепутать. И — вот такое? Вот так? Кажется, для нас это получилось немного слишком.

— К тому же там жила Эри, — добавил Ит. — Очень надеюсь, что они не приходили сюда, и она не видела это всё. Мы не говорили, но Эри, Лин, и Пятый в каждом мире Сонма всегда первым делом навещают место, аналогичное тому, где была похоронена мама Эри. Всегда. Не дай мироздание, чтобы Эри увидела то, что произошло здесь.

— А если такое происходит сейчас со всеми мирами Даарти? — спросила Элин. — Мы говорили об этом, и, кажется, такое может случиться.

— Может, — согласился Ит. — Но мне кажется, что другие миры Даарти не будут находиться в такой же стадии, что и Сод. Тут получилась комбинация событий, одно наслоилось на другое, и в результате процессы ускорили друг друга. Воздействие на цивилизацию извне, и влияние Тлена, всё вместе. И вот такой результат. Чудовищно.

— Надо будет вам помурчать, — заметила Бао. — Вы оба ужасно выглядите.

— Вечером, может быть, и помручишь, — кивнул Скрипач. — Но точно не сейчас. Авис, подтверждение есть?

— Есть, — тут же отозвалась Авис. — И показатели треугольника констант выражены ярче, чем это было на Инсании. По всей видимости, чем дальше заходит процесс, тем явственнее они проявляют себя. Выборки нет, но я могу предположить, как будет выглядеть прогрессия.

— Скинешь потом, посмотрим, — кивнул Скрипач. — Что ещё удалось увидеть?

— Одно из упомянутых поселений мертво, во втором — осталось несколько разумных, но это ненадолго, — ответила Авис. — Самое скверное… они почему-то вспомнили о том, что на Новый год нужно нарядить окно. Хотя бы одно окно во всём доме.

— Не продолжай, пожалуйста, — попросил Скрипач. — И считку не нужно показывать. Мы тебе и так верим.

— Понимаю, — согласно ответила Авис. — То, что вы увидели, причинило вам боль.

— Это мягко сказано. Слушай, а сама ты что-то почувствовала? — спросил Скрипач.

— В некотором смысле да, — ответила Авис. — Когда я делала реконструкцию, я не учла один фактор, а он на самом деле важен.

— О чём ты? — спросила Элин.

— Эмоции, — объяснила Авис. — То, что с этими людьми сотворил Карающий молот, не сделало их бесчувственными. И даже не смотря на свою искаженную и неполноценную память, не смотря на Тлен, они ощущают в полном объёме и горе, и страх, и отчаяние. И все другие, оставшиеся пока что в этом мире, тоже. Вы ведь понимаете, что это значит?

Ответом ей стало тяжелое, подавленное молчание, которое рискнула прервать Бао.

— Эти тоже не знают, что они все на самом деле уже давно — Тлен, — сказала она. — Страшно. Как же это страшно на самом деле. Авис, а давай ты сделаешь нам всем что-нибудь выпить? Можно?

— Хорошая идея, — заметил Скрипач. — Ит, ты ведь догадался, да?

— Про окно? Там сейчас как раз и есть новогодний месяц, — тихо произнес в ответ Ит. — Конечно, я догадался. Авис могла бы и не говорить об этом. Сделай выпить, правда, — кивнул он. — Сделай. Помянем. И маму Эри, и Новый год, и планету, которая для нас столько значила. Планету Сод. Планету, которая была одним из миров славной и доброй Даарти, которая хотела всем помочь, и обо всех позаботиться. Планету Сонма — если, конечно, Сонм ещё существует…

— Мне не очень нравится, когда кто-то пьёт водку, — призналась Авис, — но в данных обстоятельствах, наверное, это будет лучший вариант.

— Ты не представляешь, до какой степени ты сейчас права, — с горечью сказал Скрипач.

— Ит, скажи, а Великий Динозавр — это Тлен? — спросила Бао, привычно забираясь к Иту на подушку, и укладываясь рядом с его головой.

— Нет, — ответил Ит. — Великий Динозавр — это не Тлен. Хотя, признаюсь, когда я это пишу, о Тлене я действительно думаю. И он там есть. Но это не Динозавр.

— Тогда это вермис? — спросила Бао.

— Нет, — снова покачал головой Ит. — И не вермис. Бао, не гадай.

— Почему?

— Потому что я не могу сейчас ответить, — объяснил Ит. — Наверное, эта сказка — моя попытка понять саму природу Тлена, как такового. Или даже не природу. Ощущение. Предчувствие. Нечто неуловимое, но определяющее.

— Тогда… — Бао задумалась. — Тогда Тлен — это что-то, что есть в сказке, но ты про это что-то пока не написал, так?

— Возможно, — кажется, Ит и сам сейчас не знал ответа на этот вопрос. — Или, может быть, написал, но сам этого пока что не понял.