В общем, мы, можно сказать, сохраняя достоинство, и с гордо поднятой головой, но драпанули оттуда, и, честно говоря, сразу как-то заметно полегчало. Бывает такое давящее неприятное чувство и морозец по коже, когда, вроде, опасности не видишь, но интуиция настойчиво просит убраться как можно дальше.

В общем, стоило нам покинуть столь странное место, как все разом лицами посветлели и даже заулыбались. И с какой-то даже охотой принялись заниматься привычным делом, двигаясь по руинам, уничтожать выползавших на нас тварей.

Где-то через час движения по дуге, обходя бывший град слева, мои архаровцы уже настолько обнаглели, что стали стрелять по тварям, даже не дожидаясь остановки машины, на ходу, азартно выкрикивая что-то нечленораздельное каждый раз, когда получалось попасть. Промахи, естественно, тоже были, и каждый из них уже встречался взрывом негодования, что, однако, не мешало им с ещё большим азартом продолжать участвовать в этом своеобразном состязании.

Пришлось это прекратить, когда один из корнетов, стреляя из неустойчивого положения, стараясь быстрее попасть в тварь, чуть не вылетел из машины на полном ходу. Попросив у великой княжны пару минут, чтобы поработать с личным составом, я выстроил весь десяток и с минуту ласково на русском матерном объяснял им, где они неправы. Вроде прониклись и даже чуточку больше зауважали. Ну да, не каждый способен выдать подобную речь, ни разу не повторившись. Даже Ольга оценила, посмотрела на старшую рейда, с усмешкой произнесла:

— Уровень капитаны. Как считаете, подполковница?

— Кхым, — кашлянула та, — Были бы у его светлости пара сисек, не задумываясь бы взяла к себе старшей одной из групп.

— Одно ружье неплохо заменяет две сиськи, — не остался я в долгу, — А с правильными руками даже и превосходит.

Что ответить на это, у неё не нашлось, и я вернулся в машину с победной ухмылкой.

Сисек им, видите ли, у меня не хватает. Зато есть кое-что другое и подлинней. И я ласково погладил ружейный ствол.

Слишком далеко забираться не стали. Всё-таки уже больше десяти часов провели, почти не останавливаясь на привалы, объезжая окрестности. Поэтому, разведав территорию с этой стороны от Града, вернулись обратно к порталу светлых, который при наличии автомобилей оказался совсем недалеко от сопряжения с Землёй. Выяснив, что в округе на ближайшие несколько десятков километров нет ни одной опасной твари и основательно подчистив всех остальных, мы разбили лагерь на соседнем холме, недалеко от бывших полуросличьих жилищ.

Поужинав из походного котелка, я, впрочем, решил не уподобляться остальным, вознамерившимся предаться отдыху. Не здесь и не сейчас, когда вокруг пусть почти уничтоженный, но мой родной мир, и задание Госпожи, незримо подталкивающее вперёд.

Поэтому, поднявшись, прошёл по лагерю, лавируя между палаток, и нашёл Аманду. Та тоже с аппетитом шкрябала ложкой по алюминиевой посудине наравне со своими ассистентками. Ну, правильно, в походе все равны. Вон даже её высочество отдельный походный стол и стул не потребовало, сидит вместе со всеми у костра.

Дождавшись, когда женщина закончит насыщаться, я привлёк её внимание и, кивнув головой в сторону зияющих в холмах круглых отверстий, словно вырытых огромными кротами, предложил:

— А не прогуляться ли нам и посмотреть, как там жили эти создания до того, как превратились в тварей?

Учёная немедленно оживилась, проглотив последнюю порцию и залпом опрокинув в себя кружку с водой, поспешно закивала:

— Да-да, Святослав, это хорошая мысль. Я, признаться, как-то даже об этом и не подумала. А ведь действительно, там внутри может найтись много интересного, в том числе, может быть, даже магического.

— Верно, — кивнул я, соглашаясь с женщиной.

У меня, однако, был и свой резон. Ни разу не доводилось побывать в доме у этих маленьких поганцев. Гостей они не жаловали и рядом с темными землями поселения не делали, всю жизнь прикрываясь другими светлыми расами. Поэтому меня вело в том числе и обычное любопытство. Но я не исключал и того, что там действительно может найтись что-то полезное, потому что эти засранцы тащили всё, что плохо лежит, в свои норы и, по слухам, весьма ревностно добытое охраняли.

Кстати говоря, от десятков трупов, которые я, а затем и подоспевшие официры с великой княжной здесь уложили, практически ни следа не осталось. Всё, что когда-то было органикой, растворилось, оставив лишь рваную замызганную одежду, по состоянию которой вполне можно было сказать, что осталось ей тоже недолго. Видимо, всё же местный энергетический баланс очень сильно нарушен и тянет из окружающей среды любую доступную энергию: жизни, смерти или энергию разложения. Разве что камень не растворяет, и каким-то образом продолжавшие выживать растительные виды. Впрочем, процесс этот, похоже, не слишком агрессивный. Те же твари, по всей видимости, сотни лет здесь существовали до нашего появления без какого-либо вреда для себя. Даже не старея. Вот, кстати, ещё один парадокс. Ладно эльфы, те долгожители. Не бессмертные, конечно, но пару тысяч лет вполне осиливают, а их иерархи и того больше. Но те же полурослики лет сто пятьдесят — и гроб, кладбище… хм.

Но стоило им пасть от нашей руки… В общем, с тем, что тут в итоге получилось, разбираться не год и не два. И, скорее всего, не мне. Каждый должен заниматься тем делом, которое у него получается лучше всего. А у меня лучше всего получалось воевать.

С другой стороны, то, что вся неживая органика махом исчезает, тоже нам было на руку. Зачем нам тут гниющие трупы, отравляющие всё вокруг вредными продуктами гниения? Соответственно, и внутрь полуросличьих нор можно было забираться без особой опаски, не боясь там наткнуться на вонь, тлен, и прочие малоприятные вещи. Это всё давно уже было вытянуто и переработано, оставив стерильную чистоту.

На всякий случай я предупредил Ольгу, куда мы собрались, и она, не слишком долго раздумывая, дала добро, правда, обязала взять с собой парочку официр для прикрытия. Мало ли где там спряталась какая тварь. Это было, конечно, маловероятно. Наличием мозга ни одна из встреченных здесь не блистала, соответственно, понятие затаиться и устроить засаду тоже вряд ли имело место. Но с начальством не спорят. Поэтому я, недолго думая, воспользовался своим правом привилегированного лица, тут же дёрнув к нам Вику и Лику. Ну, а что, выбор-то достаточно очевидный: одна — ближайшая родственница, а другая, можно сказать, спасительница. Если бы не она, лежал бы я пеплом на крепостной стене, сожжённый бывшей титановской башкой.

Во время самого рейда у нас не было особой возможности поговорить. Мы все ехали в разных машинах, да и не до этого было. Всё-таки не развлекательная прогулка, а серьёзное мероприятие. Поэтому стоило нам собраться вместе, выйдя из лагеря, как Вика, нимало не смущаясь профессоры, накинулась на меня с расспросами.

Её, конечно же, особо никто в курс дела не посвящал, что я могу настолько полно взаимодействовать с местной магией, и то, что её младший братец, оказывается, в некоторых вопросах авторитет, к которому не гнушаются прислушиваться даже именитые учёные и великие княжны, было для неё открытием.

— А ты, правда, видишь местную магию?

— Правда.

— И можешь колдовать?

— Могу.

— Не только с ружьём, но и как я?

— Не только.

— А покажи!

Тут я остановился, немного не дойдя до самого большого холма, где должны были скрываться самые большие хоромы недомерков, развернулся к сестре и пристально на неё посмотрел.

— Слушай, — произнёс я. — Во-первых, начнём с того, что эта мана пополняется не так уж и быстро, как хотелось бы. Во-вторых, меня тут никто не обучал, в академии никакие не водил. Ничего не объяснял. Всё, что я знаю, я почерпнул из амулета, который случайно тогда нашёл. Что-то, конечно, похоже с нашей магией. Но что-то отличается слишком сильно, чтобы без оглядки на технику безопасности этим пользоваться. Нужны эксперименты. И не абы как, а в нормальных условиях. Поэтому давай пока с показами повременим.