— Звучит грозно? — с усмешкой поинтересовался у слушающего, приоткрыв рот, Пети.
— Ещё бы! — горячо согласился парень. — Но ведь явно есть какой-то подвох, раз этот вид магии я ни разу в бою не видел… А учитывая некоторые наши заварушки — увидеть был просто обязан!
Сразу ответить я не смог — со стороны осман на одном из участков нашей борьбы за небо внезапно кратно возросло давление, заставляя тщательно выстроенную цепь чар податься, треща и осыпаясь под напором враждебных сил.
Это тут же отразилось в физическом плане — далеко на горизонте всполохи коричневого мерцающего сияния неожиданно вспухли, разрослись, увеличились в объёме раз в десять и понеслись вперёд. Туда, где за незримой границей прямо посреди неба начинались уже наши скопления силы и плетений, в виде потоков живого, яркого белого света, что в самом начале уничтожил чёрные облака осман, изрядно ударив по возможности его создателей нормально использовать магию в ближайшие часы. Правда, на этом значимые успехи пока закончились и противостояние вот уже минут сорок напоминало вялую игру в тяни-толкай, с редкими попытками турок нанести где-то серьёзный удар.
На моих глазах коричневый и белый столкнулись, смешались — и я ощутил, как моих союзников потеснили с этого участка. Опять… Уже седьмой раз за полчаса.
Я лично в происходящее почти не вмешивался, лишь местами подсказывая где и что мои союзники не замечают в действиях врагов. Пользовался тем, что моя чувствительность к магии и сенсорные способности находились совершенно на ином уровне… Но, как османы вновь показали только что, это было далеко не панацеей.
— Так что там с этой Стратегической магией, учитель? — напомнил о себе Петя.
— Дело в том, Петя, что Стратегическая магия по большому счёту — это устаревший шлак, который в современных войнах не применим по целому ряду причин, — пояснил я. — За исключением некоторых отдельных заклинаний по нижней планке этого вида чар… И одного, очень важного аспекта — возможности захватить контроль над небесами на поле боя. Уже с землёй такое не прокатывает — именно поэтому ни мы, ни они даже не пытаемся глобально изменить ландшафт в свою пользу. Локально, отдельные маги прямо на месте — да, но не более.
— То есть?..
— Тот, кто выиграет эту борьбу, — кивнул я на раздираемые небеса. — Тот получит значительное преимущество в воздушном бою. Сможет поддерживать свой воздушный флот боевой магией напрямую — их чары будут бить точнее, сильнее, потреблять куда меньше маны… Тогда как противнику придётся тратить дополнительные силы ещё и на то, чтобы просто наразить удар. Ну или лично отправиться в небеса и оказаться на дистанции прямых ударов, рискуя получать удары с нашей стороны без особой возможности ответить…
Мы играли в шахматы, на самом-то деле. Вся суть происходящего крутилась вокруг одного вопроса — кто первым выложит все козыри на стол, кто сумеет придержать решающие ходы до самого финала партии?
Войско джиннов, основное войско, с сильнейшими из призванных тварей, ещё не вышло на поле боя. Не поднялся и не полетел в бой воздушный флот осман, не вышла на поле боя основная масса их сильнейших чародеев — Высших и Магов Заклятий. И, наконец, не вышли на поле сражения оба вражеских Великих Мага…
В свою очередь, у нас тоже оставались в загашнике два козыря. Два мощнейших козыря, как минимум об одном из которых они были не в курсе — придержанный до сих пор призыв Тёмного и войско духов Крови. Ну и я сам, собственной персоной — последним доводом обеих Империй в ходе этой резни будут Великие Маги.
Руки невольно покрепче сжали древко копья. На виске вздулась венка, по жилам вместо крови побежал раскалённый металл — я тоже нервничал. Злился, жаждал схватки и вынужденно ломал об колено своё нетерпение. Я заковывал ярость в цепи, напоминая самому себе о том, что нужно ждать. Ждать, терпеливо вглядываясь в мерзкий полумрак небес, полыхающих от магических огней…
Ах, как же легко и приятно было бы наплевать сейчас на всё! Отбросить все мучающие меня вопросы и заботы, оттолкнуться сталью зачарованных сапог и взмыть стрелой вверх! Слушать свист и стон рассекаемого закованным в тяжелую стальную броню тела, оказаться там, в самом эпицентре бушующих заклятий, пронестись, предвосхищая решающую атаку, над рядами наших воинов, щедро, не скупясь излить Силу Души — и ударить, не щадя ни врагов, ни себя, туда, где вдалеке, за пределами того, что могли бы увидеть даже самые зоркие глаза, возвышались купола магической защиты, под которыми находилась парочка выродков…
Но нельзя. Так нам не победить — как бы ни был я горд и самоуверен, но случись мне сейчас оказаться во вражеской ставке и я гарантированно погибну. Скорее всего даже безо всяких Великих — просто загасят толпой Высших и Магов Заклятий. Потеряют, конечно, многих… Но какое мне уже будет до этого дело, верно? Как говаривал мой дагестанский знакомец по Александровской губернии, из одного примечательного Великого Рода с Кавказа — толпою гасят даже льва… Очень подходящее и уместное к данной ситуации замечание.
Прерывая мои размышления, ко мне прорвалось сообщение, полное едва сдерживаемой паники. Сообщение от моей новообретённой Тени, симбиоз с которой я планировал обкатать в этом сражении, но от которого пришлось отказаться…
— Господин, прошу простить вашу недостойную рабу… Но я не могу выполнить ваше поручение — врагов слишком много!
Вместе с посланием был пакет её воспоминаний о том, как до этого дошло и в чём проблема ситуации. Чтобы всё осмыслить, мне хватило буквально мгновения, а затем…
— Петя, — обратился я мысленно к своему ученику. — У меня для тебя задание… По-настоящему сложное, сопряжённое со смертельным риском и в этот раз тебя действительно некому будет прикрыть. Ты или победишь и выживешь, одолев в бою превосходящего по силе врага, или, скорее всего, сгинешь. Учитывая риски и то, что ты мне действительно дорог, я позволю тебе выбирать — возьмёшься за него или откажешься.
— Возьмусь! — естественно, тут же ответил парень.
— Не спеши с ответом, — осадил я его. — Откажешься — я не разочаруюсь и никаких последствий для тебя не будет. Риск действительно огромен — ты нынешний, такой, какой есть, имеешь лишь десятипроцентный шанс выжить. Уверен?
Разговор происходил не просто телепатически — мы напрямую обменивались чувствами и эмоциями по нашей связи учителя-ученика. Поэтому весь разговор занял меньше десятой доли секунды… И поэтому же парень, подождав ещё две десятых доли этой же секунды, уже полностью осознавал, во что придётся ввязаться, что совершить и что я полностью серьёзен. И тем не менее он не колебался с ответом.
— Учитель, вы всегда были для меня примером. Чтобы вы ни говорили о том, что у каждого свой путь и что нужно быть собой, не оглядываясь на других… Но я всегда был далёк от власти, интриг и прочего. Мне нравилось то, каким вы были в самом начале нашего пути — воин-волшебник, не какой-то там важный лидер или аристократ, а словно бы древний вождь, идущий в бой впереди своего войска! Я не умный, не хитрый, может, и не самый сильный… Но я хочу быть сильным и смелым! Таким, как вы, когда учили меня. И если это — возможность испытать себя по-настоящему, рискуя также, как и вы рискуете всегда, не полагаясь ни на кого, ставя всё на кон и вырывая победу из пасти судьбы, то я готов. Нельзя стать по-настоящему сильным, если тебе всегда кто-то в любой момент может подтереть задницу. В начале нашего пути я тоже часто рисковал — и потому рос. В последнее время перестал и прогресс почти встал… Учитель, отпустите меня — и я вырву победу зубами, если придётся!
Османский Маг Заклятий и пара его джиннов-подручных должны были вот-вот пробить защиту полукровки. Та продержалась бы ещё секунд семь-восемь, не более… Я мог бы отправить кого-то посильнее Пети — Алёну, допустим, которая в считанные мгновения прикончила бы всю троицу. Но тогда был риск, что против неё выдвинут из тыла соответствующей силы противников, скуют боем и мы её если не потеряем, то, по крайней мере, в финальной фазе сражения её уже не будет — а она там нужна, она одна из немногих, кто может дать бой джину уровня Великого. Причём уровня двух-трёх Сверхчар, если отдастся полностью на волю своего меча…
