– Я вижу его, – сказал Дред. – Но, в любом случае, похоже, они не сильно догнали нас ночью.

Некоторое время Джек ничего не мог разглядеть, но вскоре он различил бледное мерцание пятна паруса вдалеке. Нагнал ли их сколько-то корабль? Джеку показалось, что, несмотря на слова Дреда, он стал ближе к ним.

Наступал день. Солнце еще не взошло, но теперь все было видно в широком, ясном, вселенском потоке света, который озарил небеса и землю. Восток порозовел, и даль на западе резко выделялась на фоне тусклого серого неба, в котором постоянно сияла единственная яркая звезда. Лодка была мокрой от собравшейся на ней росы.

Молодая леди встрепенулась и села, дрожа от холода нового пробуждения. Она огляделась по сторонам. Затем Дред встал и долго и пристально смотрел на полоску побережья на востоке.

– Я мало что знаю о здешнем рельефе берега, – сказал он. – Где-то здесь должна быть сигнальная мачта со стороны океана. Но, насколько я могу судить, мы находимся в десяти милях от залива. Я думал, мы ближе к нему.

Вода была гладкой как стекло.

Внезапно из-за песчаных холмов взошло солнце, большое, приплюснутое, искаженное, проливая широкий ровный свет на воду, и вскоре парус вдалеке вспыхнул, как красное пламя, в ярком тихом сиянии. Снова Джек и Дред гребли, и лодка ползла, ярд за ярдом, по воде, оставляя за собой беспокойную, изломанную, темную линию на гладкой и в остальном нетронутой поверхности.

Солнце поднималось все выше и выше, и день становился теплее и теплее, а ровную поверхность воды по-прежнему не нарушало ни малейшее дуновение воздуха. Было, наверное, часов десять, и мыс суши, к которому они приближались час назад, остался далеко позади.

– Там, где ты видишь песчаные холмы впереди – залив, – сказал Дред.

– Как далеко они? – спросил Джек.

– Думаю, не больше трех миль.

Пираты на шлюпе мерно гребли. Джек мог время от времени видеть блеск длинных весел, когда они опускались в воду и выныривали, мокрые и сверкающие на солнце.

– Они догоняют нас, Дред, – сказал он через некоторое время.

– Это оттого, что гребет больной человек, – мрачно сказал Дред. – Теперь они нас не догонят, если ветра не будет еще некоторое время. Но я почти выдохся, парень, и это так.

– Я тоже, – сказал Джек.

И снова, как и прошлой ночью, острое чувство опасности, которое волновало его, казалось, растворилось в усталости – притупилось и ослабло.

Некоторое время они гребли молча. Песчаные холмы все приближались. Внезапно Дред встал в лодке, держа весло одной рукой. С минуту он молчал.

– Там, у них, дует ветерок, – сказал он. – Они поднимают паруса. Похоже, ветер будет у них раньше, чем у нас. Нам повезло, что мы так близко к заливу. – Он снова занял свое место. – Греби, парень, – сказал он. – Я думаю, мы в полной безопасности, но надо знать это наверняка. Как только мы доберемся до бухты, мы сможем отдыхать целый день.

Джек видел, что на борту шлюпа поднимают все паруса. Затем, вскоре, взглянув еще раз, он увидел, как паруса наполняются, становясь гладкими и круглыми.

– Теперь у них есть ветер, – сказал Дред, – и они станут быстро нагонять нас.

Молодая леди смотрела за корму. Джеку удалось поймать взгляд Дреда, когда тот на мгновение повернулся и посмотрел вперед. Он не мог позволить себе говорить. И снова тяжелый груз страха и беспокойства становился все больше и острее. Внезапно он перерос почти в отчаяние. Джек ничего не сказал, но его глаза спрашивали: «Каковы наши шансы?»

Дред, должно быть, прочитал вопрос, потому что сказал.

– Ну, вряд ли они теперь нас догонят. Если бы прошлой ночью у нас было достаточно ветра, чтобы донести нас до бухты, мы были бы в безопасности, но самое лучшее – это полное отсутствие ветра. Я думаю, мы справимся, если будем держаться поближе к берегу, где слишком мелко, чтобы они могли пойти на такое безумство. Вон оттуда дует ветерок. Черт! Мы получим его раньше, чем я думал. – Он вытащил весло и передал Джеку. – Возьми, – сказал он, – и продолжай грести, а я поставлю парус к ветру. Он пошел вперед и поднял гафель повыше. – Греби, парень, греби! И не сиди, пялясь на меня.

Несмотря на слова Дреда, Джек видел, что шлюп быстро их догоняет. Теперь он стремительно надвигался на них, с каждым мгновением становясь все больше и выше. Вдалеке Джек увидел черную полосу, протянувшуюся по гладкой поверхности воды. Это был бриз, несущийся к ним впереди приближающегося паруса. Внезапно вода вокруг них потемнела от ряби. Затем налетел прохладный порыв воздуха – слабое дуновение, обещающее приближение бриза. Паруса вяло вздулись, а затем снова обмякли. Линия встречного бриза, которая была резкой, теперь выглядела изломанной и неровной при приближении ветра.

– Теперь он приближается, – сказал Дред.

Он пристально смотрел за корму. Шлюп, расправив все паруса, приближался к ним. Под его носом виднелась белая рябь воды. Джеку казалось, что через пять минут он догонит их. Внезапно послышалось еще одно прохладное дуновение, затем порыв воздуха. Гик качнулся, парус наполнился, и лодка быстро накренилась вперед, вокруг них забурлила вода. Затем быстрый ветер обрушился на них со всех сторон, и лодка, накренившись, быстро понеслась вперед.

Джек все еще греб. Это движение стало для него привычным, и теперь он почти не замечал его. Шлюп, казалось, был почти над ними он даже мог разглядеть людей на палубах. Дред мрачно сидел за румпелем, замерев и пристально глядя вперед. Джек затрепетал, как от внезапного спазма, и все в нем, казалось, растворилось в нахлынувшем страхе, в отчаянии неминуемой поимки. Он чувствовал, как подергивается кожа на его лице. Он посмотрел на Дреда. На его твердом лице были морщины, свидетельствующие об измождении и слабости, но никаких признаков беспокойства. И снова Дред, должно быть, прочитал его взгляд.

– Они не могут сюда добраться, – сказал он. – Вода слишком мелкая.

Внезапно, пока он говорил, Джек увидел приближающийся шлюп. Послышался скрип блоков и снастей, когда выбирали большой грот, и вскоре он вяло хлопал, лишенный ветра. Дред быстро обернулся и посмотрел через плечо.

– Ты видишь? – сказал он. – Они уже подошли к отмели. Они должны попасть в пролив, и это самое близкое расстояние, на которое они могут подойти к нам. Теперь они должны вернуться в пролив. Что они попытаются сделать, – это преградить нам путь ко входу, но для этого им придется проделать длинный зигзаг. Да! – ликующе воскликнул он. – Ты опоздал, мой сердечный! – И он погрозил шлюпу кулаком.

Шлюп теперь повернулся к ним бортом. Его обмякшие паруса снова начали наполняться, и он выглядел в десять раз больше, чем раньше. Внезапно в солнечном свете появилось круглое облачко дыма, мгновенно разорвавшееся и растворившееся на пронизывающем ветру. Послышался всплеск воды, затем еще один, и еще, и в тот же миг раздался выстрел. Бум! Глухой, тяжелый, гулкий звук, в такт которому сотня маленьких рыбок выскочила из воды вокруг лодки.

При этом оглушительном выстреле молодая леди издала восклицание, похожее на сдавленный крик. Пушечное ядро пролетело вприпрыжку и срикошетило в стороне от носа лодки.

– Не бойтесь, сударыня, – сказал Дред. – Нет ни одного шанса из тысячи, что они попадут в нас с такого расстояния; и, как видите, сейчас они уходят от нас. С каждой минутой все меньше шансов, что они причинят нам вред. Просто потерпите немного, и они будут далеко.

Она на мгновение провела рукой по глазам, а затем, казалось, овладела собой.

– Они собираются оставить нас? – спросила она.

– Ну, нет, – сказал Дред, – не совсем. Теперь они знают, что мы направляемся к заливу. Что они сделают, так это уйдут дальше в пролив, а затем вернутся другим галсом и подойдут поближе к заливу, чтобы преградить нам путь. Но, видите ли, вода слишком мелкая для них, и они могут сесть на мель в любой момент. Что касается нас, то у нас прямой курс, и у нас десять шансов к одному, что мы пройдем через залив до того, как они смогут нас остановить.