— Итак, — начал я, — у меня есть предложение.

Петр повернулся ко мне.

— Слушаю.

— Я о требованиях вашего отца. Насчет детей и вашей матери.

Романов напрягся.

— Продолжай, хотя это уже не важно. Я принял решение.

— Важно то, что я могу предложить вариант, при котором все получат желаемое.

Петр взял долгую паузу, но все же сказал:

— Я весь внимание.

Я откинулся на спинку сиденья.

— Петр Первый хочет увидеть внуков. Вы хотите вернуть мать и защитить детей. Проблема в доверии, верно?

— Верно.

— Тогда нужен посредник. Кто-то, кому доверяют обе стороны. Встреча на нейтральной территории под гарантии безопасности.

— И кто будет этим посредником?

— Китай, — ответил я. — Блин Лол достаточно нейтрален и достаточно силен, чтобы гарантировать безопасность обеим сторонам. К тому же у него свой интерес: он хочет укрепить отношения и с Империей, и с Сахалином.

Петр Петрович задумался.

— Это… неожиданное предложение. Особенно та часть, что Блин Лол нейтрален. Не забывай, что мы его поставили на это место.

— Я знаю. Но Петр Первый об этом не знает. Но подумайте об этом. Ваш отец получит то, что хочет, а именно встречу с внуками. Вы получите мать обратно. А дети будут в безопасности, потому что Блин Лол не позволит никому нарушить условия сделки.

— А если отец откажется?

— Тогда у вас будет доказательство, что он изначально не планировал играть честно. И вы сможете действовать соответственно.

Романов молчал несколько минут. Машина проехала мимо центральной площади, где уже начали устанавливать новогодние украшения.

— Я подумаю, — наконец сказал он.

— Это все, о чем я прошу.

— Ты знаешь, Миша, — усмехнулась Лора, — иногда ты бываешь неплохим дипломатом.

— Не говори так, будто это комплимент.

— Это констатация факта. С легкой примесью удивления.

Администрация.

После встречи с Петром мы разошлись по делам. Он поехал обдумывать мое предложение, а я отправился в свой кабинет.

Лора материализовалась рядом, как только дверь закрылась.

— Миша, помнишь разговор со Стражем?

— Как такое забыть? Но если ты уточнишь, буду благодарен.

— Он говорил о людях из другого мира. О том, что они особенные.

Я сел в кресло и потер виски.

— Ну и…

— Он сказал, что люди, попавшие сюда из другого мира, обладают уникальными свойствами. Их души… как бы это объяснить… более «плотные». Они лучше подходят для определенных целей.

— Каких целей?

— Ну, например, для того, чтобы стать сосудом для божества.

Я замер.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что Буслаев тоже из твоего мира. И если Страж был прав, то он, может быть, одной из ключевых фигур в планах Нечто.

— Черт…

А этот персонаж абсолютно вылетел у меня из головы.

— Именно.

Я вскочил и начал ходить по кабинету.

— Мы должны найти его. Если Нечто использует его как запасной вариант…

— Или уже использует, — мрачно добавила Лора.

— Ты знаешь, где он?

— Последние данные указывают на Пруссию. Он исчез примерно месяц назад. Официально числится пропавшим без вести.

— Пруссия… — я остановился. — Думаешь, стоит начать оттуда?

— У меня вообще ощущение, что он пропал без вести или уже давно лежит на дне моря. Но стоит начать именно оттуда, — кивнула Лора.

— Но сначала визит в США. Отменять его нельзя. Это вызовет подозрения.

Лора кивнула.

— План?

— Пока только наброски. Но если он в Пруссии, то мы его найдем.

Я глубоко вздохнул.

— Ладно. Сначала утвердим делегацию. Потом будем думать о поисках.

— Договорились. Кстати, Эль и Надя уже ждут в конференц-зале.

— Тогда пошли.

Конференц-зал.

Тридцать минут спустя.

Эль развалился в кресле, закинув лапки на стол. Надя сидела напротив, перебирая документы. Когда я вошел, оба подняли головы.

— Наконец-то! — воскликнул Эль. — Я уже думал, ты решил отправить меня в США.

— Нет, ты нужен здесь, — я сел во главе стола. — На случай, если опять прилетит что-нибудь с неба.

— О, какое облегчение. Терпеть не могу американскую еду. Слишком много сыра.

Надя подвинула мне папку.

— Вот список кандидатов. Я предлагаю отправить Газонова как старшего дипломата, Маргариту для безопасности и пару представителей торговой палаты.

— Хороший состав, — кивнул я. — Но добавь еще кого-нибудь из молодых. Для баланса.

— Кого именно?

— Кицуню, — неожиданно для себя сказал я.

Надя и Эль переглянулись.

— Лисенка? — уточнил вампир. — На дипломатическую миссию?

— Он умный, незаметный и может пролезть куда угодно. Идеальный разведчик.

— Миша, — осторожно начала Надя, — ты понимаешь, что американцы могут… неправильно отреагировать на мифического лиса?

— Официально он мой питомец. Неофициально мои глаза и уши.

Эль хмыкнул.

— Знаешь, в этом есть своя логика. Безумная логика, но все же.

— Спасибо за поддержку, — кивнул я.

— Всегда пожалуйста! — махнул крылом Эль.

Надя сделала пометку в документах.

— Хорошо. Газонов, Маргарита, двое торговых представителей и Кицуня. Это финальный состав?

— Да. Отправляемся завтра.

— Так быстро? — удивился Эль.

— Чем раньше, тем лучше. У нас много дел, и откладывать их нет смысла.

Эль убрал лапки со стола и впервые за весь разговор стал серьезным.

— Миша, ты что-то задумал. Я вижу по твоим глазам.

— Просто хочу узнать американцев получше.

— Угу. А я верховный повелитель розовых пони, — хмыкнул он.

— Знаешь, с учетом того, как быстро ты получаешь разные способности, это вполне может быть, — сказал я. Увы, моя шутка не вызвала улыбок, так что я продолжил более серьезно: — Эль, доверься мне. Когда вернусь, все расскажу.

Вампир некоторое время смотрел на меня, потом кивнул.

— Ладно. Но если влезешь в неприятности, я скажу «я же говорил».

— Договорились.

Надя встала.

— Тогда я пойду готовить документы. Вылет завтра в восемь утра.

— Оповестишь остальных? — спросил я.

— Уже оповещены, кроме Кицуни, но с этим ты сам справишься.

— Договорились.

Когда все разошлись, Лора снова появилась рядом.

— Ну что, готов к приключениям в логове той самой организации? Опять?

— Готов. Хотя предчувствие у меня не очень хорошее.

— У тебя всегда нехорошее предчувствие. И оно всегда оправдывается.

— Вот именно это меня и беспокоит.

Вашингтон.

США.

Здание Конгресса.

Алексей Октябринович Газонов сидел в просторном кабинете и старался не показывать своего раздражения. Напротив него расположились три представителя американской стороны в дорогих костюмах и с дежурными улыбками на лицах.

Кабинет был обставлен со вкусом. Дубовые панели на стенах, массивный стол из красного дерева, портреты президентов в золоченых рамах. Американцы любили демонстрировать свою значимость.

— Мы рады приветствовать делегацию Сахалина, — произнес седовласый мужчина, которого представили как сенатора Макгроу. — Надеемся, перелет прошел комфортно?

— Вполне, — кивнул Газонов. — Благодарим за гостеприимство.

Рядом с ним сидели два представителя палаты Сахалина: Игнатьев и Сомова. Оба выглядели немного напряженными, но держались достойно.

— Итак, — Макгроу сложил руки на столе, — насколько я понимаю, вы хотите обсудить торговые соглашения?

— Совершенно верно. Сахалин заинтересован в расширении экономических связей с вашей страной, — Газонов достал из портфеля папку с документами. — У нас есть конкретные предложения.

Второй американец, представившийся как заместитель госсекретаря Харрисон, наклонился вперед.