Домой я добрался за пятнадцать минут. Маруся встретила меня в прихожей с озабоченным видом.

— Миша, там Наденька закрылась в кабинете и никого не пускает.

— Давно?

— Часа три уже. Я стучала, но она сказала, что хочет побыть одна.

Я кивнул и поднялся на второй этаж. У двери кабинета остановился. Постучал.

— Надя?

Молчание.

— Надя, это Миша. Открой.

Снова тишина, но все же замок щелкнул.

Я вошел.

Надя сидела в моем кресле. Перед ней стояла бутылка коньяка, наполовину пустая. Глаза красные, как будто она плакала.

— Надя… — я закрыл за собой дверь. — Что случилось?

Она подняла на меня взгляд. В нем была такая боль, что у меня сжалось сердце.

— Отец, — ее голос был хриплым. — Он в больнице. В ужасном состоянии.

Я медленно подошел и сел напротив.

— Что с ним?

— Не знаю точно, — она сделала глоток прямо из бутылки. — Мама позвонила утром. Сказала, что вчера вечером к ним пришел какой-то человек. Отец пошел с ним поговорить. Потом он куда-то поехал и попал в аварию.

— Аварию?

— Врачи говорят, что ситуация средней тяжести. Но почему-то раны не заживают, но… — она всхлипнула. — Он же маг, Миша…

Лора тут же начала искать информацию. Я видел, как перед ее глазами мелькают данные.

— Миша, — Надя посмотрела на меня. — Это из-за меня, да? Из-за того, что я работаю на тебя? Посол США что-то упомянул.

— Мы не знаем этого.

— А что еще это может быть? — она горько рассмеялась. — Мой отец — обычный юрист. У него нет врагов. Единственная причина, по которой кто-то мог на него напасть, это я.

Я молчал. Она была права. Вероятность того, что это связано со мной, была очень высокой.

— Надя, — я положил руку ей на плечо. — Мы разберемся. Я позвоню Антону Павловичу и лично займусь поисками виноватых.

— Правда?

— Правда. И мы найдем всех, поверь.

Она кивнула, вытирая слезы.

— Спасибо, Миша. Прости, что я так… — она показала на бутылку.

— Все нормально. Иди отдохни. Я все организую.

Когда Надя вышла, Лора материализовалась рядом.

— Нашла кое-что интересное, — ее голос был серьезным. — Авария. Как будто случайность. Машина въехала на перекрестке. Виновник скрылся.

— Случайность⁇

— Нельзя исключать и то, что это покушение.

Я сжал кулаки.

— Тогда они очень сильно пожалеют об этом.

Кремль.

Тронный зал.

Огромный зал был пуст. Только свечи горели вдоль стен, отбрасывая танцующие тени на мраморный пол. В центре кружились двое.

Петр Первый вел свою супругу в медленном вальсе. В углу оркестр из двадцати музыкантов играл нежную мелодию.

Екатерина улыбалась. Она была в роскошном платье цвета морской волны, волосы убраны в сложную прическу. На шее сверкало бриллиантовое колье.

— Давно мы так не танцевали, — произнесла она, глядя мужу в глаза.

— Слишком давно, — согласился Петр. — Государственные дела поглощают все время.

— Тогда давай забудем о них хотя бы на один вечер?

Он улыбнулся и крепче прижал ее к себе.

Музыка плыла по залу. Они двигались в идеальной гармонии, словно были единым целым.

— Я запомню этот момент, — прошептала Екатерина.

— И я.

Она привстала на цыпочки и поцеловала его. Долго, нежно.

Когда они оторвались друг от друга, ее глаза светились счастьем.

— Пообещай мне кое-что.

— Что угодно.

— Когда все это закончится… когда ты победишь… давай уедем куда-нибудь. Просто ты и я. Хотя бы на месяц.

— Обещаю, — он коснулся ее щеки.

Оркестр заиграл новую мелодию. Они продолжили танцевать.

Двери зала распахнулись. В проеме стоял секретарь. Его лицо было бледным, руки дрожали.

Музыка оборвалась.

— Что? — холодно спросил Петр, не выпуская жену из объятий.

— Ваше величество… — секретарь запнулся. — Срочное сообщение из США.

— Я сказал, что сегодня меня не беспокоить.

— Это касается дирижабля, который вы отправили к Кузнецову.

Екатерина почувствовала, как напряглось тело мужа.

— Говори.

— Дирижабль… — секретарь сглотнул. — Его перехватили. Американцы требуют объяснений. Они говорят, что на борту были их граждане. Наемники, которых вы… которых мы наняли.

Петр медленно отпустил жену.

— Какие американцы? Какие граждане?

— Те самые. Которые должны были… — секретарь понизил голос. — Устранить Кузнецова. Кто-то их сдал. Кто-то передал американцам полный список имен и документы, подтверждающие, что операция санкционирована Кремлем.

Екатерина прижала руку к груди.

— Петр…

— Молчи, — он не отрывал взгляда от секретаря. — Кто сдал?

— Неизвестно. Но американский посол уже направляется сюда. Они требуют встречи. Говорят, что если мы не предоставим объяснений в течение суток, они разорвут все торговые соглашения и… — секретарь запнулся.

— И?

— И опубликуют документы. Все документы. Включая те, что касаются нашего сотрудничества с… — он не решился произнести имя вслух.

Петр стоял неподвижно. Его лицо не выражало ничего.

Потом он улыбнулся.

— Занятно, — произнес он тихо. — Очень занятно.

Екатерина схватила его за руку.

— Что ты будешь делать?

Он посмотрел на нее. В его глазах горел странный огонь.

— То, что делал всегда, дорогая. Играть.

Он повернулся к секретарю.

— Передай американцам, что я приму их посла. Завтра. В полдень.

— Но они требуют немедленно…

— Завтра. В полдень, — повторил Петр. — А пока… подготовь мне досье на всех наших агентов, которые имели доступ к этой информации.

Секретарь поклонился и выбежал из зала.

Екатерина смотрела на мужа с тревогой.

— Петр, это серьезно. Если американцы опубликуют…

— Не опубликуют, — он снова взял ее за талию. — Музыканты! Продолжайте играть!

Оркестр неуверенно возобновил мелодию.

— Но как…

— Доверься мне, — он закружил ее в вальсе. — США думают, что загнали меня в угол. Но они не понимает одного.

— Чего?

Петр наклонился к ее уху и прошептал:

— Загнанный в угол зверь опаснее всего.

Они продолжили танцевать. Свечи мерцали. Музыка звучала.

Я стоял у окна кабинета и смотрел на город внизу. Мысли крутились вокруг одного: кто-то посмел напасть на семью моего человека. На семью Нади.

— Миша, — Лора материализовалась рядом, скрестив руки на груди. — Ты же понимаешь, что это ловушка?

— Понимаю.

— И все равно поедешь?

— А ты бы на моем месте осталась?

Она вздохнула и покачала головой.

— Нет. Но я бы взяла подкрепление.

— Хочешь сказать, что тебя мне уже не хватает? — прищурился я.

Лора слегка смутилась и опустила глаза. Хотя, уж кому как не мне знать, что Лора была моим самым сильным союзником. И она это прекрасно понимала, просто в очередной раз выпрашивала больше комплиментов.

— Ой ну я не знаю… — она начала скромно водить ножкой. — Я тут такие апгрейды придумала… Ну просто… Ладно, уговорил, — улыбнулась она.

Я отошел от окна и достал из пространственного кольца артефакт «Хамелеон». Маленький медальон с изображением ящерицы. Простенький на вид, но очень полезный.

— Надю предупредишь? — спросила Лора, моментально став серьезной.

— Нет. Пусть думает, что я занят делами. Не хочу ее еще больше нервировать.

Лора хмыкнула, но спорить не стала.

Через двадцать минут я уже был в гараже. Данила ждал у машины.

— Начальник, куда едем?

— К порталу. И да, сегодня я не Михаил Кузнецов. Я помощник адвоката. Понял?

— Понял, — кивнул он. — А какого адвоката?

— Скоро узнаем.

Я сел в машину, нацепил на лацкан пиджака неприметную брошь, и мы выехали из дома.

Дом Кузнецова.