– То есть твой отец все же настаивает?..

– Это не отец, Шани! Мне принесли новости верные люди. Власти Керна подозревают, что я не тот, за кого себя выдаю, и я не сомневаюсь, что скоро за мной придут.

– Ох!.. – растерялась я. Ну что же за напасть! – Как я могу тебе помочь⁈

Но он лишь качнул головой.

– Я рад, что эти выходные ты проведешь во дворце. Там тебе будет безопасно. – Кайрен знал, что я давно уже приняла приглашение принца. – Лучше всего, если ты задержишься там до понедельника.

– Значит, останусь там до понедельника, – негромко произнесла я. К глазам прилили слезы, и я заморгала, пытаясь их скрыть. – Увижу ли я тебя еще раз? Или же…

Неужели на этом все?

– Увидишь, – уверенно пообещал он, после чего мы расстались.

Пошли каждый в свою сторону – преподаватель и ученица. Кайрен отправился к своим студентам, а я вернулась к друзьям, которые тоже умели создавать проблемы.

Потому что Йорген отозвал меня в сторону и заявил, что пригласил во дворец еще и Селесту Делавей. Та всю эту неделю вела себя странно – продолжала пропадать, а если внезапно появлялась на занятиях, то глаза у нее постоянно были на мокром месте.

Принц считал, что таким образом на Селесту подействовал сорванный его драконом призыв.

– Я так не думаю, – сказала ему. – Йорген, дело может быть совсем в другом!

И я даже знала, в чем именно. Причина ее слез сейчас сидела за решеткой в центральной тюрьме Керна, и напрасно адвокаты семьи Делавей пытались освободить отца Селесты.

Доказательства его вины были слишком уж очевидными.

Но разве можно переубедить принца правящей династии, если тот что‑либо вбил себе в голову? Решил для себя, что именно Селеста призвала ту драконицу, которая и есть пара для его дракона.

– Она согласилась на мое приглашение, – добавил он. – Мы с ней поговорим и все выясним.

– Похоже, нам с тобой тоже не мешает поговорить, – пробормотала я. – И тоже все выяснить.

Ну что же, если это произойдет во дворце, так тому и быть!

Заодно я дала согласие остаться на все выходные, да и Лине тоже явно не было чем заняться в академии, и она не возражала против того, чтобы провести субботу и воскресенье во дворце.

Еще бы она сопротивлялась!..

Йорген пообещал, что нас разместят в лучших гостевых покоях, затем добавил, что пришлет карету к дому моего дяди уже этим вечером, а Лину и Рикара, которые отправлялись во дворец из академии, заберут от ворот.

После этого мой день снова потянулся в размышлениях о самом разном: о Кайрене и о подозрениях у властей в том, что он – нари. А еще о Бездне и предстоящей поездке во дворец…

И думала я об этом ровно до тех пор, пока меня внезапно не поймал за руку Лукас Равенмор.

Мы с Линой как раз спешили на последнее занятие – это была физическая подготовка, и по дороге мы вслух размышляли о том, как нам все успеть: вымыть волосы после тренировки на поле, а потом переодеться.

Заодно Лина радовалась новому платью, которое я подобрала для нее из маминого гардероба, а горничная – да, у меня появилась такая в доме ДиРейна, – успела немного его ушить, и Лине привезли наряд сегодня рано утром.

Именно тогда на нашем пути встал Лукас Равенмор и бесцеремонно схватил меня за руку, заявив, что нам нужно немедленно поговорить.

И лицо у него было таким, что я поняла: нужно.

Что‑то случилось.

– Что с дедом? – быстро спросила я, когда Лина ушла, заявив, что будет ждать меня возле женской раздевалки. – Ну правда, не тяни!

– С твоим дедом все в порядке. Но тебе не стоит сегодня быть во дворце, – вот что он мне сказал.

– Что⁈ – растерялась я. – И вообще, как ты об этом узнал?

– Один из твоих однокурсников оказался довольно болтлив, – пожал плечами Лукас.

– Рикар, – кивнула я. – Он не умеет держать язык за зубами. А ты, значит, подслушивал?

– Меня интересует все, что касается тебя, Шани, – отозвался Лукас, после чего протянул руку, явно собираясь погладить меня по щеке.

Но потом передумал и недовольно качнул головой. Наверное, вспомнил, как в прошлый раз улетел в кусты.

– Погоди… То есть ты хочешь, чтобы я не ездила во дворец. Скажи мне, почему?

– Потому что я собираюсь позвать тебя в свое поместье, – любезным голосом произнес он. – Что скажешь, если я приглашу тебя на этих выходных посетить дом Равенморов? Этим ты сделаешь счастливыми многих – и меня, Шани, и моего отца, а уж о моей матушке и говорить не придется. Она решит, что мы собираемся пожениться, и ты от нее не отвяжешься, пока не обвенчаешься со мной при большом скоплении народа. И короля тоже позовем… Ты ведь хочешь, чтобы Герих Вельмар присутствовал на нашей свадьбе?

Я закатила глаза.

– Лукас, не заговаривай мне зубы! Сейчас же говори, что будет во дворце и почему вы хотите, чтобы меня там не было! Уверена, ты действуешь по наущению деда!

Я прекрасно понимала, что добиться правды от пирата – занятие бесполезное. Но я снова попыталась.

– Сейчас же скажи, что вы задумали!

Но вместо этого услышала, что если вдруг меня позовет ветер странствий, а посещать его поместье я не захочу, то мы можем прокатиться на паруснике в город, немного отличающийся от других.

Затем Лукас добавил, что мне стоит хотя бы раз быть послушной девочкой и отказаться от поездки во дворец.

На это я послала его к демонам, а затем долго бегала по стадиону и размахивала тренировочным мечом, размышляя о нашем разговоре.

Единственное, что мне приходило в голову, – пираты собирались выкрасть принца Йоргена – причем из дворца! – чтобы потом обменять его на спасение моего отца, пропавшего где‑то за Проливом Теней.

Поэтому они не хотели, чтобы я присутствовала во дворце.

Но это же… немыслимо! Кому такое вообще могло прийти в голову?

И тут же отвечала сама себе: конечно же, моему деду. Черному Дрейку Велларду – судя по тому, что я о нем слышала, это было как раз в его духе.

Именно поэтому, чтобы помешать планам деда, но сделать это с умом, имея в руках козырь, способный предотвратить похищение принца и весь последующий за этим хаос, я решила серьезно поговорить с дядей.

Ранее я все время откладывала разговор, дожидаясь, когда дяде станет лучше. Хотела убедиться, что затянулись не только полученные раны, но и страшная болезнь отступила без следа – ведь Владыка нари пообещал, что его магия даст полное исцеление.

Зато теперь у меня не осталось никаких сомнений: терзавший дядю недуг исчез, потому что о трости он давно уже забыл, а сейчас легко сбежал по ступеням мне навстречу, когда я приехала в охраняемый дом ДиРейнов на карете.

Причем тоже с серьезной охраной: после недавнего нападения дядя решил не скупиться на нашу безопасность. Заодно он обрадовался, когда узнал, что я пробуду до понедельника во дворце.

Сказал, что у него накопились дела за пределами Керна и потому он решил…

– Нам принадлежит не только этот дом, Шани, – сказал он, – но и много собственности по всему Арвену. Мне не помешает отправиться с инспекцией хотя бы в ближайшие к столице места и проверить, не слишком ли сильно воруют мои управляющие. Думаю, многие из них уже готовились пировать на моих похоронах, но мне придется их разочаровать.

Его слова меня не развеселили.

Вместо этого я увлекла дядю для разговора в маленький салон, который я полюбила больше всего в доме и где, как оказалось, подолгу читала или вышивала моя мама.

И именно там я рассказала ему, что мне известна не только личность моего отца, но и что со своим пиратским дедом я виделась целых три раза. Один раз – в Карассе (но я все равно ничего не знаю о его логове, пираты об этом позаботились), второй раз – в Керне, и третий – там же, когда дед удирал от жандармов через кусты.

И пусть мой отец отпетый негодяй…

– Он погубил твою мать, Шани! – с негодованием воскликнул дядя. – Не будь этого мерзавца, моя сестра все еще была бы жива, а еще счастлива в браке с любимым…

– Но в истории не существует сослагательного наклонения, дядя! – покачала я головой. – Маму уже не вернуть, а вот моего родного отца…